Гном сидел на крыше дома
И играл на свирели.
У золотистого водоема
Плясали феи.
Звезды летели острым клином, как журавли,
И вдали, у леса,
Искрились желтые шары вдоль той тропы,
По которой я брел к золотистому водоему,
И к дому, на крыше которого играл на свирели гном.
В том доме светились окна кровавым цветом,
И старуха с алым букетом
Стояла на низком балконе,
Глядя,
Как три собаки в упряжке,
Катали в санях ребенка,
И как какой-то дядя в тельняшке
Расчесывал гребешком теленка.
А на крылечке меня поджидали мои будущие сыны.
По стенам и фронтонам вились призрачные сны,
И розы с гибкими ветвями,
И феи на лужайке напевали:
«Бим-бом! Бим-бом!»
И когда я вошел в дом,
Там плавно танцевали пары.
И какой-то парень тихонько бренчал на гитаре,
А на стене висело зеркало в квадратной раме.
В том зеркале отразилось мое лицо.
Незнакомый человек с грустными глазами,
Желтыми,
Как те шары, которые катились вдоль тропы,
Когда я брел к золотистому водоему
(И к дому, увитому розами и призрачными снами)
Глядел на меня.
И этим человеком был я!
Но тут ко мне подошла девушка с голубыми волосами.
Мы стали танцевать,
А затем вышли на крыльцо,
И я надел ей обручальное кольцо,
И обнял ее за плечи.
В темно-синем небе горели свечи.
Мы пошли к лесу по серебристой тропе
Ласково шелестел дождь.