Да, причем не просто работать, а еще и на опасных или вредных производствах - валить лес, работать на высоте, иметь дело с токсичными веществами и прочее. Правда, такая оригинальная, прямо скажем, информация о трудовых пристрастиях отечественных тинейджеров есть только у одного человека в стране - г-жи Оглоблиной, которая заседает в Госдуме в качестве одного из главных лоббистов интересов агропромышленных холдингов.
Откуда Оглоблина взяла эту странную социологию сказать трудно. Возможно, легендарные закрытые опросы ФСО курсируют там по думским коридорам. Качество этих замеров общественных настроений можно предельно кратко описать цитатой из известного фильма: девочка, ты чего хочешь - чтобы тебе оторвали голову или поехать на дачу?
В любом случае, с замерами или без, а проблема найдена - подрастающее поколение рвется валить сосны в тайгу и строить заводы, а коварное отечественное законодательство запрещает допуск несовершеннолетних к опасным работам. Что, в общем-то, логично - к высотным работам, например, далеко не каждого взрослого допускают, ибо нужна подготовка, которая занимает порой не один год. Но г-жу депутата вся эта ерунда совершенно не смущает:
Техника безопасности непонятная, ответственные взрослые рядом, еще какая-то чепуха, призванная сохранить жизнь и здоровье молодежи. Как-то несерьезно обо всем этом говорить, когда Родина остро нуждается в рабочих руках, пусть даже и совершенно неквалифицированных. Тем более, если дети сами просят.
Потому с подачи г-жи Оглоблиной в Госдуме начали обсуждать насущный вопрос - снизить возраст допуска в опасным работам до 16 лет. И оно понятно, ведь главным лоббистом этой инициативы выступает Татарстан, - регион богатый, с серьезным аппаратным весом - где остро ощущается нехватка кадров на местных предприятиях типа КамАЗа и ЕлАЗа. Немногим ранее тамошний госсовет даже внес соответствующие поправки на рассмотрение в Госдуму, но история как-то не поехала (региональные инициативы вообще редко удается протолкнуть).
К слову, нынешнее законодательство к опасным относит и многие виды сельхозработ. Например, вождение комбайна.
Теперь "заход" с другой стороны - товарищ Оглоблина мало того, что заместитель председателя комитета по аграрным вопросам, но заодно еще и член Единой России, что обычно помогает продвигать абсолютно любые законопроекты.
Но если у нее и не выйдет, то найдется кто-нибудь другой, посолиднее. Ведь дефицит рабочих рук в России никуда не денется - только в промышленности 47% предприятий пожаловались в январе на кадровый голод (рекорд с 1996 года), а кроме них есть еще сервис, логистика, IT и прочие, где ситуация ничуть не лучше. Нехватка айти-специалистов, например, составляет порядка одного миллиона человек, и это только по официальным данным.
Поэтому неудивительно, что приходится "скрести по сусекам" - привлекать формально нетрудоспособное население. Сначала с барского плеча решили вернуть индексацию пенсий для работающих пенсионеров, теперь вот ходят кругами вокруг подростков.
Только подается это в своеобразной, советской форме: нельзя ведь сказать прямым текстом, что не хватает рабочих рук, когда с высоких трибун постоянно хвастаются "исторически низкой безработицей". Так что приходится делать вид, что возмущенные школьники буквально завалили г-жу Оглоблину письмами с жалобами на то, что их не пускают на вожделенные заводы. Инициатива с мест, прием проверенный.