Охотник стоял на перешейке между двух озер недалеко от газопровода, и смотрел на оленей.
История эта случилась во время миграции Северного оленя. Путь их пересекали нитки газопровода Месояха - Норильск. Люди сделали несколько проходов под трубами для оленей. Стадо, голов двадцать, не торопясь продвигалось вдоль труб.
Один рогач неожиданно свернул на перешеек. Ширина в том месте была метра три-четыре, и покрыта редкими кустиками ольховника.
Уже пройдя почти половину пути олень заметил охотника. Реакция была мгновенной:
Прыжок в сторону, тонкий лёд, провал...
Очевидно, что ноги оленя не достали до дна, и он прямо в воде сделал ещё один отчаянный прыжок в сторону.
Предательский лёд был очень тонким. Прыжок, ещё прыжок, ещё и еще- лёд под весом животного проламывался, не давая даже малейшего шанса на спасение.
Охотнику, бывалому мужику, который уже многое повидал на своём веку стало не по себе от такой картины. Это надо же, столько силы и стремления к жизни!
Охотник стоял, словно забыв про ружьё и смотрел, как молодость зверя борется с природой.
Олень, выпрыгивал из воды и проваливался вновь , обогнув по дуге уже метров семьдесят. Видно было, что он устал, и силы покидают его.
В какой-то момент поймав ногами дно, из последних сил выпрыгнул олень на берег, высота которого была около метра и встал, как вкопанный. Ноги его подрагивали, вод шкурой перекатывались волны мускулатуры.
Обречено оглянулся олень в сторону охотника, и такая тоска была в этих красивых, огромных глазах, подернутых поволокой, что понял охотник- сдался олень.
В душе мужика, что стоял с ружьём и смотрел на беззащитного оленя произошёл какой -то надлом. Словно истину увидел он в этих больших, красивых оленьих глазах, что смотрели в самую глубь, в самое нутро, заставляя сердце биться сильнее, громче.
Сначала робко, а потом сильнее и сильнее забилась в голове у охотника мысль о том, что как- то всё это нелепо, неправильно.
- Да что я, с голоду пухну, что-ли?
И уже другая мысль, сильная, смелая, дерзкая, прочно засела в голове, и отозвалась в душе.
- Нет, не помираю я от голода. Он, олень этот, так бьётся за свою жизнь, он так хочет жить, что даже природа отпустила его, дала шанс. Что я, хуже зверя какого дикого? Пусть живёт!
Аккуратно повесив ружьё на плечо, охотник внимательно смотрел на оленя. Интересно, что он будет делать?
И олень, глядя охотнику в глаза понял, что его отпускают, дают шанс. Что он будет жить дальше, и прекрасная тундра, его любимая тундра с ягелем и всем живым снова будет окружать его.
Сделав робкий, несмелый шаг олень оглянулся. Шаг, ещё шаг. Во взгляде уже читалась надежда -а вдруг и правда отпустит?
С каждым следующим шагом уверенность возвращалась к оленю, и вскоре тоска и безысходность совсем исчезли.
Отойдя метров на сорок олень снова оглянулся, встрепенулся, дрожь пробежала по всему его телу, и он медленно-медленно, гордо подняв голову побежал.
Это был уже совершенно другой олень. Гордый красавец, полный надежд и готовый к своей трудной, но такой прекрасной жизни.
Отбежав метров на пятьсот олень в последний раз остановился, оглянулся, и побежал дальше, чтобы жить, а охотник, громко вздохнув, пошёл в другую сторону.
Автор рассказа Фёдор Фотин. Рассказ опубликован с разрешения автора.
Спасибо за внимание. С вами как всегда, Язва Алтайская.