Утром Катя еле дождалась, когда отец уйдёт на работу, чтобы наконец поговорить с матерью.
Елена молча готовила завтрак для дочери, ничем не выдавая своих эмоций. Но девочка слишком хорошо знала свою маму, чтобы сразу заметить её волнение.
— Ну что, так и будешь делать вид, что ничего не случилось? — спросила дочь, стоя в дверях кухни. — Ты мне не хочешь сказать правду, в конце концов?
Вопрос Екатерины «повесил» в воздухе неприятные ощущения.
— Катя, я прошу тебя, не начинай. Я... Сейчас и так всё очень непросто, давай не будем усложнять дело скандалами, — ответила Елена.
— Оставь ты уже свои бутерброды и поговори со мной. — Дочь обошла мать и вынула из ее ладони столовый нож.
— Мы же и так говорим. Чем тебе бутерброды помешали? — Елена поставила тарелку с бутербродами на стол, а сама села на стул. — Хорошо, — помолчав, сказала она. — Что ты хочешь услышать? Что папа пошутил? Это не так, ты же знаешь. А может быть, ты хочешь услышать, что я не согласна и буду против развода? Тоже нет. Я уважаю его решение и тебе советую.
Катя усмехнулась. Ей до сих пор не верилось в то, что происходило между отцом и матерью.
— Вы оба рехнулись, — сказала она. — И я знаю одного человека, который вам вправит мозги. Когда там бабушка возвращается? Завтра? Вот и отлично. У вас как раз есть время до завтра. А я «стучать» пока на вас не буду, даю слово.
— Да, вовремя ты о бабушке вспомнила. Знаешь, я, пожалуй, не буду дожидаться её возвращения. Я сегодня переберусь к тёте Тане. Поживу пока у неё, — ответила на это мать.
— Я вот думала, что папа чокнулся. Оказывается, и ты вместе с ним. Какая тётя Таня? У тебя есть дом.
— Ну, здесь ты, малыш, ошибаешься. Дом есть у папы и бабушки. Квартира оформлена на них, и я больше не имею права здесь оставаться.
— Браво! А ты подумала обо мне?
Елена не могла выдержать прямого взгляда дочери. Она встала из-за стола и подошла к окну.
— А ты остаёшься с папой, — ответила она Кате. — Он настаивает, и это тоже не обсуждается. Всё, завтракай быстрее, а то в школу опоздаешь.
Мать вышла, оставив дочь наедине с самой собой.
Екатерина настолько растерялась, что даже не понимала, что ещё возразить маме. Девушка видела, как ей было плохо, что она мучилась. Но нельзя же так просто сдавать все свои позиции! И самое ужасное было то, что Катя даже не могла ничего сделать. Если мама принимала какое-то решение, её танком не сшибёшь.
***
Несмотря на надежды Кати, что всё ещё может измениться, вечером Елена забрала вещи и уехала к своей подруге Татьяне. Желая сделать хоть что-то для спасения семьи, Осина-младшая решила взять в союзницы тётю Таню и отправилась к ней домой, зная, что мама придёт с работы позже.
Женщина была рада видеть девочку, хоть и сожалела о том, что помочь в этой ситуации ничем не сможет.
Квартира Татьяны походила на музей или антикварный салон. Она досталась женщине от деда-еврея, который скоропостижно скончался несколько лет назад. С тех пор великовозрастная внучка ничего в доме не поменяла, ревностно оберегая семейный очаг.
Татьяна была простой женщиной, а главное, очень доброй и отзывчивой, всегда шла навстречу близким людям.
— Твоя мама – мой самый близкий друг, — сказала она, поставив чашки с кофе на круглый стол посреди комнаты. — И она попросила меня ни о чём тебе не говорить. Поняла?
— Ага, — растерянно ответила Екатерина.
— Вот и всё. Не обижайся.
— Тогда я поступлю иначе. Где мамины вещи? — Чтобы придать своему намерению серьезность, девушка стала целенаправленно обходить одну комнату за другой.
— Кать, успокойся, — сказала ей хозяйка. — Неужели ты думаешь, что этим ты можешь что-то изменить? Ты ведешь себя некрасиво.
— Ни одежды, ни вещей. Её здесь не было, — обойдя все четыре комнаты, сделала вывод Екатерина.
— Кать, уймись.
— Где она была?
— Катя, здесь она была. Хватит.
— Если здесь, тогда покажите мне хотя бы одну мамину вещь. Почему вы мне врёте?
— Катя, ничего я тебе больше не скажу. Хватит меня пытать. Иди, спрашивай всё у отца.
Кате пришлось уйти ни с чем. Она хорошо знала тётю Таню. Когда того требовала ситуация, женщина умела стоять на своем, характер тот ещё. И эта её упёртость жутко разозлила девушку. Но Катя должна была знать, что происходит.
— Пусть хоть под пытками, но вытащу из отца правду, — сказала она вслух, спускаясь по ступенькам.