Как много в нашей жизни значит случай! Один клик мышкой обрушил на меня лавину впечатлений, освежив в памяти давно забытые образы и позволив открыть много нового, о чём я иначе наверняка не задумался и не узнал бы. В наш бурный век профицита информации нужна удача, чтобы отфильтровать для себя ценные сведения.
Название фильма, которое я случайно щёлкнул, было совсем не интригующим — «Не забудь… станция Луговая». В 1966 году это был один из хитов проката. Сейчас о нём с пылом рассказывают отдельные любители. Но этому фильму не повезло войти в культурный код, как комедиям Гайдая и Рязанова, военным фильмам Бондарчука или Леонида Быкова, драмам Шукшина. Слишком многое было забыто, даже нарочно вытеснено из культурной памяти народа. И сейчас на признанных великих не получается не оглядываться, а на «Луговую» — уже как будто и не обязательно. Уверен, сегодня не так много людей, кто слышал об этом фильме и его создателях.
К счастью, забытая картина зацепила с первых секунд: ракурсом съёмки, тревожной ноткой в музыке, и тут же — искусно выстроенным диалогом. В далёком штате Теннеси Квентин Тарантино ещё только учился внятно разговаривать, а в советском фильме пошло флиртующие пассажиры поезда уже держали внимание зрителя совершенно пустой словесной пикировкой.
Уставший от их болтовни пожилой пассажир с нижней полки выходит купить сигарет на ближайшей станции под названием «Луговая». В буфете на него пристально смотрит продавщица и укоризненно спрашивает: «Забыл? Всё забыл?» Очередь не даёт поговорить: поезд стоит всего десять минут. Герой возвращается в вагон…
А через несколько километров спрыгивает с подножки на откос и шагает в сторону станции. Растревоженная память подбрасывает сперва отдельные образы, потом — всю оставшуюся в прошлом историю, которая произошла с ним летом 1942 года, когда на Луговой застряли бок о бок два состава.
Один шёл за запад. В нём герой — лейтенант Георгий Рябов — возвращался на фронт после ранения. Другой шёл на восток, увозя людей в эвакуацию, и в нём ехала молодая девушка Люся. Они встретились и за сутки пережили столько, сколько иным хватило бы на целую жизнь…
Да, в сущности, это мелодрама, но снята она так, что даст фору миллиону триллеров. Серьёзно — на месте Хичкока я бы, увидев такой фильм, посыпал главу пеплом и поступил учиться во ВГИК.
Авторы превосходно держат ритм, постоянно находя новые повороты и наращивая напряжение. Каждый раз кажется, что достигнут пик драматизма, но за ним открывается новый. Постараюсь избегать спойлеров, поэтому сюжета касаться не стану. И кроме него есть о чём сказать: у «Луговой» потрясающая кинематография, в которой хватает и классических, и новаторских приёмов.
Основная часть фильма встречает зрителя щедрой россыпью колоритных эпизодических персонажей и ярких миниатюр. Здесь прорываются ноты страшного психологического надлома, в котором живёт страна, медленно пожираемая немецко-фашистскими полчищами.
Здесь и срыв солдата, узнавшего, что его родные края превращены в головешки, нервозность и подозрительность попавших в беду людей. И дурные, и хорошие стороны характеров обостряются в кризисной ситуации. Бок о бок с эгоизмом и глупостью существуют стойкость, доброта, гуманизм.
В довольно компактной станционной локации авторы сумели изобразить широкую палитру жизни военного времени. Каждый персонаж, даже если он появляется на экране меньше, чем на минуту, запоминается; за каждым стоит история, рассказанная честно и убедительно в нескольких умелых штрихах.
А ещё мало какой фильм может похвастать таким же мастерским включением в сюжет природы. После событий, о которых я умолчу, памятуя обещание не спойлерить, усталый Рябов и надломленная Люся идут по холмам. Их одинокие фигуры на скупо очерченном пустом склоне, на фоне вечных небес, приобретают почти гравюрную выразительность, а драматизм происходящего раскрывается в поистине космических масштабах.
Это, определённо, одна из самых сильных сцен в мировом кинематографе. Здесь физически ощущаются и приближение грозы — аллегория душного безумия, в которое погружается Люся, — и очищающая мощь ливня.
И нельзя не отметить, как тонко, без грубой прямолинейности, показано мужество Рябова. Его разорванная в лохмотья гимнастёрка убедительно говорит о том, что он не отсиживался в стороне, когда пришла беда. А в страшные минуты перед грозой он просто находится рядом с Люсей, хотя ничем не может помочь, может потерять её в любой момент, если она сломается. Но он рядом — терпеливый, стойкий, надёжный…
И когда спустя годы он идёт по мирной земле к станции Луговой, вспоминая 42-й год, мы постепенно понимаем, что он идёт навстречу своей вине. Что бы ни ждало его впереди, это будет сопряжено с болью. А ведь так просто было махнуть на всё рукой и ехать дальше!
Почему же он всё-таки идёт? Да просто потому, что так надо.
И именно это видится мне главным итогом «Луговой». Перед нами не просто мелодрама о несостоявшейся любви, призванная подарить домохозяйкам «красивую сказку» и пощекотать их нервы, припорошенные пеплом повседневной рутины.
Этот фильм остаётся в сердце, как доброе слово мудрого друга, рассказавшего о человеческой стойкости перед лицом любых испытаний: военного лихолетья, непосредственной опасности, невозвратных потерь и самого главного — испытания совести.
Богатый, филигранно выстроенный сценарий «Луговой» написал крепкий творческий дуэт супругов Иосифа Ольшанского и Нины Рудневой. Они были настоящими мастерами. Уже их совместный дебют, «Дом, в котором я живу», стал одним из киношедевров конца пятидесятых.
Вообще, над «Луговой» работала очень крепкая команда. Взять хотя бы Рябова, которого играет Георгий Юматов. К тому времени он уже был известным актёром. Через пять лет он вытянет счастливый билет, исполнив, пожалуй, главную роль своей жизни — Алексея Трофимова в шедевре «Офицеры».
Вчерашнюю школьницу Люсю изумительно играет Алла Чернова. Она снималась не очень много, и «Луговая» была лишь третьей её работой в кино, но Чернова прекрасно справилась со сложной ролью, которая потребовала очень широкого актёрского диапазона. В сцене на холмах её взгляд пробирает до дрожи, и голос до жути убедителен, когда она произносит очень простые слова: «Я забыла, что бывает гром».
Нельзя не отметить и Валентину Владимирову, которая не играла звёздных ролей, но была узнаваема и любима за предельно правдивые образы простых русских женщин. Здесь она сыграла ту самую буфетчицу, Марию Агафонову, третьего ключевого персонажа, в котором тоже своеобразно отразилась бесконечная доброта и стойкость простого народа.
Но особенно примечателен ещё один дуэт — режиссёрский. Один из постановщиков — маститый режиссёр Леонид Менакер, заслуженный деятель искусств, которому в 2010 году был вручён Ордена Почёта. Менакер снимал в разных жанрах: в его «активе» и жизненные драмы, и мелодрамы, и военные фильмы, и даже фантастика — в 1984 году он поставил картину «Завещание профессора Доуэля» по мотивам знаменитого романа Александра Беляева.
Его напарник по «Луговой» не успел достичь званий. В 1968 году, сорока пяти лет от роду, он вместе с женой погиб в автокатастрофе. Его гибель стала большой утратой для советского кинематографа.
Практически каждое его упоминание включает в себя фразу вроде такой: «Он успел снять всего пять фильмов, но зато каких!» Не избежал её, как видите, и я. И в следующей статье мы поговорим об этом человеке и его необычном творческом наследии:
#советское_кино #станция_луговая #Юматов #старое_кино #военная_драма