– Геннадий Трофимыч, у меня беда, – плакала в трубку Серафима Ильинична.
– И ты мне говоришь, что у тебя беда? А мне тогда кому жаловаться? Выгнали дочку с позором. И ты еще смеешь звонить мне?
В трубке послышались короткие гудки. Серафима Ильинична уткнулась в подушку. Сколько она так проплакала, неизвестно, только очнулась от звонка.
– Что у тебя случилось, Фима? – уже миролюбивым голосом спросил Геннадий.
– Павлик в армию собирается.
– В армию? Ну пусть сходит, может мужиком станет. А то распустил, понимаешь, нюни.
– Но он не сможет там, – рыдала Серафима.
– Ну откуда же ты знаешь, женщина? Армия и не таких мужиками делала. Там же дисциплина. Не умеешь – научим, не захочешь – заставим. А? Каково? От меня-то чего хочешь?
– Помоги, Геннадий Трофимыч, – умоляюще сказала Серафима Ильинична, всхлипывая.
– Чем же я могу помочь? Я не генерал какой.
– Ну ты же все можешь. У тебя связи.
– Ну ты конкретно-то чего хочешь? Чтобы не взяли твоего сына? Или в какие элитные войска определили? – не понятно было, то ли смеется Геннадий, то ли говорит всерьез.
– Не знаю я… – Серафима заплакала.
– Ты там давай успокойся. Я чего-нибудь придумаю, – обнадежил Геннадий Трофимыч.
Серафима перестала плакать, веря своего старому приятелю. А Геннадий ухмыльнулся и подумал: «Как же… только лыжи смажу… Ты дочку мою опозорила, а я помогай тебе, дура». Он не стал сжигать мосты. А вдруг понадобится прокурор в лице Серафимы.
Геннадий Трофимович любил свою взбалмошную дочь. Отправив ее учиться в Лондон, он даже не думал, что та не учиться там будет, а бесцельно прожигать время, пока не промотает все деньги, которые у нее были, естественно, не свои, а папины.
И вот, вернувшись из-за границы, она и тут не хотела браться за ум. Отец не знал, что с ней делать. И вот вспомнил свою давнюю знакомую, когда-то любившую его, Серафиму. Навел справки и узнал, что она на хорошем счету, прокурор. И есть у нее сын, будущий стоматолог. Хорошая партия для его дочки. Так все и получилось, как он задумал, но драгоценная его дочка снова все испортила. Вернулась к нему в дом. В тот день он вернулся домой рано и застал дочь как раз в то время, когда она вернулась.
Бросив накладную подушку, которая имитировала ее животик, на диван, она зло посмотрела на отца.
– Что случилось? – спросил он.
– Ничего не случилось. Выгнали меня.
– Как выгнали? И даже это не помогло? – кивнул он на брошенную накладную подушку.
– Он на всю голову отмороженный вместе со своей мамашей.
– Даже тут не смогла нормально себя показать. Наверняка, сама накосячила.
– Не хочу я замуж. Не надо мне это. И вообще… Не вмешивайся в мою жизнь, папа, – крикнула Лиза и убежала в свою комнату.
Отец пожал плечами. Что тут скажешь? Взрослая, дальше пусть принимает решение сама. Он задумался. Ведь все у нее есть, даже квартира своя. Чего не хватает?
Геннадий тяжело вздохнул и направился в свою комнату.
Серафима Ильинична ждала звонка Геннадия. Она то и дело брала телефон, думая, что вдруг не услышала звонка. Но звонка не было. Она подошла к бару и достала фужер. Подумала, потом фужер поставила и взяла рюмку. Хрустальная рюмка играла радугой от попавшего на нее солнечного лучика.
Серафима подняла ее на уровень глаз и улыбнулась. Вот так действует солнечный свет и на людей. Светит солнце и на душе приятно, она так же светится, как эта рюмка. Но стоит скрыться солнышку, как сразу и на душе становится пасмурно.
Серафима Ильинична достала бутылку дорогой водки. Налила, посмотрела на наполненную рюмку и залпом выпила. Сморщилась и снова налила.
Зазвонил телефон. Она метнулась к столу. Но звонок был с работы.
– Серафима Ильинична, у вас сегодня заседание в два часа. Вы не забыли? – голос секретаря был встревоженным.
Конечно же она обо всем забыла. У нее в голове был только Павел.
– Сынок, – она опустилась на диван и снова заплакала. – Зачем ты так со мной поступаешь? Что я делаю не так?
Она разговаривала сама с собой, будто перед ней сидел ее сын.
Ей было невдомек, что она своим вторжением в дела сына, портит не только его жизнь, но и свою тоже. Лучше бы свою жизнь наладила, а сын разберется сам, как ему лучше. Но она этого не хотела понимать. И сейчас сидела на диване, тупо глядя на пустую рюмку. Потом вдруг размахнулась и кинула с силой эту рюмку о стену. Рюмка разбилась на мелкие кусочки.
– Вот и моя жизнь так же разобьется и даже по кусочкам не соберешь, – сказала она и истерично засмеялась. – А работа не волк. Пошли все…
Она подошла к бару. Достала низкий граненый тоже хрустальный стакан и налила виски.
*****
Проше год. Танечка подросла и стала такой хорошенькой, похожей на Павла. Катя смотрела на дочку и вспоминала любимого. Она понимала, что пришлась не ко двору его маме, не ему. Она знала, что он любил ее и любит. Интересно, как сейчас он живет со своей Лизой? Наверное, тоже есть дети.
– О чем задумалась, Катенька? – подошла к ней бабушка.
– Да так, бабулечка, – ответила Катя, улыбаясь.
– Я могу с Танечкой посидеть, а ты съезди в город, – сказала бабушка.
– Зачем мне в город?
– В институт съезди. Узнай, что, да как.
Катя поняла, что хотела сказать бабушка. Она видела, как Катя до сих пор думает о своем Павле. Но Катя не хотела видеть его. Зачем? Пусть живет своей жизнью. Если бы хотел, то нашел бы ее. Ведь столько времени прошло, а он даже и не думал искать.
Бабушка вздохнула и пошла в сад. Маленькая Таня смотрела на маму, словно понимала ее чувства.
– Ну что, солнышко ты мое? – сказала Катя дочке. – Не надо нам никого, да? Сами с усами.
Танечка засмеялась. Детский смех раздавался далеко по поселку. Она была подвижная, несмотря на то, что пухленькая. На ножки встала в восемь месяцев, а в девять уже пошла.
Неожиданно Катю окликнули. Она повернулась на голос и увидела, что у калитки стоит Вадим.
– Вы? Как вы меня нашли? – подошла к нему Катя с дочкой на руках.
– Я не вовремя, – смущенно ответил Вадим, смотря по сторонам.
– Почему? – спросила Катя. – Вы как здесь?
– Услышал звонкий детский смех, решил подойти поближе, а тут вы, – сказал Вадим.
– А так вы не ко мне… – разочарованно сказала Катя.
Вадим не стал говорить, что именно ее он и искал и вот нашел. Он все ждал, что вот сейчас на крыльцо выйдет муж Кати. И его присутствие здесь может как-то скомпрометировать Катю. Но никто не выходил.
Важим уже стал думать, что нет никакого мужа, как Катя сказала:
– Ну раз не к нам, тогда мы пойдем. У нас еще дел много. Да, солнышко? – сказала Катя и чмокнула Танечку в щечку.
– До свидания, Катя. Надеюсь, мы с вами еще увидимся, – сказал Вадим и пошел к машине, которую оставил у следующего дома.
– Кто это, Катюша? – бабушка так тихо и незаметно подошла, что Катя вздрогнула.
– Бабушка, ты напугала меня. Это мой знакомый.
– Я так и подумала. На Павла вроде не похож. Но опять же… смотришь на фотокарточку, вроде один человек, а на самом деле совсем другой.
– Как это, бабушка? – засмеялась Катя.
– Да ладно, – махнула бабушка рукой. – Мелю сама не знаю, что. А так-то мужчина не плохой. Ты бы присмотрелась к нему. Катя.
– Бабушка…
– Молчу.
Бабушка ушла снова в сад, а Катя вошла в дом. Надо было кормить дочку.
На следующий день Вадим пришел снова.
– Кать, в город не хотите съездить? На выходные. В парк сходим.
– Вы приглашаете? – сощурилась Катя.
– Да. Дочку с собой возьмите. Фотосессию сделаем.
– А что? Идея хорошая. Давайте. А вы когда в город?
– НУ давайте завтра и поедем, если вы не против, – предложил он.
Катя обрадовалась, как ребенок, только не запрыгала и не захлопала в ладоши, хотя ей очень хотелось.
– Тогда я заеду завтра за вами к обеду и поедем, да?
– Давайте, только не поздно будет к обеду? Пока погуляем, пока…
– Вы не беспокойтесь. Я отвезу вас обратно. А можно даже на следующий день.
– Нет, лучше завтра же вернуться.
– Договорились. Как скажете, Катя, – он улыбнулся, а Катя сразу вспомнила Павла.
Улыбка Вадима напомнила ей о нем. Он ведь стоматолог. Наверное, уже работает.
Часов в десять следующего утра Вадим уже стоял возле дома Кати. Катя будто ждала его, вышла тотчас. Бабушка тоже вышла на крыльцо проводить внучку и правнучку.
Вадим вышел из машины и подошел к крыльцу.
– Меня Вадимом зовут, – сказал он бабушке.
– Клавдия Ивановна.
– Клавдия Ивановна, вы не переживайте. Я привезу ваших девочек завтра вечером.
Я предлагаю сначала позавтракать, а уж потом и в путь, – предложила бабушка.
Вадим посмотрел на Катю.
– Бабушка, мы в городе позавтракаем. Правда, Вадим? – ей не терпелось уже ехать.
– С Богом тогда поезжайте, дети. Только прошу вас, поосторожнее на дороге…
– Все будет хорошо.
Они сели в машину.
– Только кресла у меня нет для Танечки, – сказала Катя.
– Обойдемся без него.
– А если остановят?
– Кто? – засмеялся Вадим, повернувшись к Кате.
– Вы навели обо мне справки? – вдруг спросила Катя, когда они уже выехали на трассу.
– Почему вы так решили?
– Вчера вы были не уверены, озирались по сторонам. Думали, что скажет муж. А сегодня уверены и решительны.
– Вы такая проницательная и умная. Большая редкость в наше время.
– Эти два качества?
– Три. Три качества. Вы еще и красивая.
– Вы меня смущаете, Вадим. А как поживает ваш друг доктор Ковригин?
– Мишка-то? Да нормально поживает. Можем заехать к нему, проведать.
– Нет, не стоит. Неудобно, да и зачем отвлекать человека от работы?
– А мы не будем отвлекать. Мы чисто поблагодарить, – улыбнулся Вадим.
– Ну если только за этим, – согласилась Катя.
Танечка мирно посапывала у нее на коленях.
Вскоре они приехали в город. Погода была отличная.
– Предлагаю вначале позавтракать, – сказал Вадим.
Они подъехали к кафе. Танечка проснулась и смотрела вокруг с интересом. Ее красивые большие глаза в пушистых ресницах казались такими умными и серьезными. А когда она начинала смеяться, они загорались веселыми огонечками. Удивительным ребенком росла Танечка. Все говорили, что такие дети рождаются только по великой любви. И Катя всякий раз, глядя на дочку, видела в ней своего Павла. Вот и сейчас она задумалась, глядя на нее.
Вадим стоял у раскрытой дверки машины и ждал, когда Катя вернется в себя.
Народу в кафе было немного. Они сидели за столиком напротив входа у окна. Катя поглядывала в окно, словно ждала кого-то. Глаза ее были грустными. Вадим не знал, как ее развеселить и взял за руку.
– Кать, о чем задумалась?
Катя посмотрела на Вадима и улыбнулась. И в это время в дверях кафе появился он. Катя от неожиданности даже открыла рот.
Павел окинул взглядом помещение и увидел Катю. Он рванулся к ней, но тут же резко развернулся и быстро вышел из кафе.
Вадим все это видел и рванулся вслед за Павлом. Но быстро вернулся и развел руками.
Катя закрыла глаза и из них выкатилась слеза.
Следующая ГЛАВА 6