Tea & Coffee Trade Journal опубликовал отчет о состоянии глобального чайного рынка на 2024 год. Отчет дан, скажем так, крупными мазками, без особых подробностей. Что, конечно, немного огорчительно. Но все равно интересно.
Самая главная интрига глобального чайного рынка осталась неизменной. И состоит она в том, что вообще мировой чайный рынок растет, но при этом экспорт чая на мировом рынке падает.
Мировой чайный рынок растет нормальными такими темпами — производство чая за последние 10 лет выросло на 26% и в 2023 году составило 6,6 миллионов тонн. Потребление растет примерно такими же темпами, но традиционно отстает от производства — в 2023 году, например, разрыв между спросом и предложением на глобальном чайном рынке составил почти 400000 тонн. Этим профицитным чаем три года можно поить всю Россию — и еще останется.
При этом мировой чайный экспорт падает — и тоже приличными темпами. Почти все крупные импортеры чая за последний год стали покупать чая заметно меньше. В 2023 году США импортировали на 13% меньше чая, чем в 2022 году, Великобритания — на 16% меньше, Россия и другие страны СНГ — на 5%, Европа без России — на 8%, Египет — на 16%, Марокко и вовсе на 27%, ну и так далее. И только Пакистан сохранил объемы импорта чая на прежнем уровне, импортировав в 2023 году 236000 тонн чая. Пакистан, кстати, является крупнейшим импортером чая в мире — но даже в этом статусе он не может переломить общую тенденцию.
В настоящее время экспортируется примерно 26% от всего произведенного чая в мире. Весь остальной чай потребляется на внутренних рынках тех стран, которые его производят. Просто для понимания — в кофе картинка практически противоположная, «неэкспортно» потребляется всего 34% от общего объема производства — остальные две трети кофе выпиваются за пределами стран, его выращивающих и производящих. Это соотношение экспорта и внутреннего потребления, кстати, является еще одной принципиальной разницей между чаем и кофе. Но сейчас не об этом.
Падение глобального экспорта традиционного и не только черного чая (Марокко, например, плотно сидит на зелёном) позволяет очень четко охарактеризовать старые чайные рынки, полностью построенные на импорте чая, как рынки падающие. Но их падение полностью компенсируется ростом рынков тех стран, которые чай производят. И в первую очередь Китая, который сейчас производит 49% всего мирового чая.
Никаких выводов из того, что импортирующие чайные рынки падают, а производящие — растут, я сделать не могу. Замечу только, что падение импортирующих чайных рынков заметно отражается на чайном маркетинге соответствующих стран. Ну просто потому, что маркетинг на растущем рынке и маркетинг на падающем рынке — это два немного разных маркетинга. Так что из чайного маркетинга в странах-импортерах чая постепенно уходит стиль, присущий старшему быку из анекдота про «сейчас мы спустился и поимеем все стадо». И появляются элементы истерики и надежды на чудо.
Собственно и сам материал в Tea & Coffee Trade Journal — этот журнал, понятное дело, тоже является частью описываемого маркетинга — тоже местами радует такими надеждами. Чего стоит только утверждение, что «Первым шагом к повышению профиля продукта (чая) во всем мире вполне может стать введение ежегодного Международного дня чая, который был утвержден Генеральной Ассамблеей ООН в декабре 2019 года и с тех пор отмечается 21 мая каждого года». Ну то есть кто-то на полном серьезе верит, что ооновский праздник при существующем уровне вложений в него, привлечет дополнительное и коммерчески заметное внимание к чаю на старых рынках.
Не привлечет, конечно. Посмотрим, впрочем, как отпразднуют Международный день чая в этому году. 21 мая уже скоро.