Проще простого казалось сунуть записку в карман его куртки. Тайно! Но как, спрашивается, он узнает тогда, кто автор? Стоп. А зачем ему вообще это знать?
Разве недостаточно просто отдать любовь? Без авторства. Пусть Коля живёт и знает, что его любят и не важно кто. Но в таком случае, что получит она сама?
А разве обязательно любящий должен что- то получить в обмен на свою любовь? В конце концов Коля ведь не просил, чтоб его любили. И не его вина, что она сходит по нему с ума. Ой, как всё сложно, как запутано, как трудно найти выход. А ещё пишут, мол, любовь - это радость.
Какая радость? Мучение! Ужас! Тупик!
Она развернула листок и дрожащей рукой дописала: "Прости"
За что?
За то, что влюбилась без его на то согласия. И теперь навязывает ему эту свою любовь. Может она ему и не нужна вовсе?
Часы терзаний и сомнений по поводу анонимности послания. Конечно, захочет - по почерку поймёт. Восьмой уже класс и почерк у каждого сложился, а годам к сорока сложится и судьба... А у кого-то ничего не сложится...
И всё-таки рука сама выводит имя, аккурат под сердечком "твоя Венера"
Почему твоя?
Потому, что всё теперь в его руках. Он будет решать:казнить ли миловать? А ей остаётся ждать, что, как известно - самое противное дело.
И вся эта "буря в стакане", подумать только, из-за микроскопических каких-то гормонов, про которые в учебнике анатомии и физиологии человека сказано чёрным по белому:
Половым поведением людей и прочих млекопитающих управляют гормоны
Млекопитающим-то проще. У них всё естественно и без лишних заморочек. Там в мире дикой природы красиво всё что способно к размножению.
А тут тебе общество со своими понятиями о красоте, добре и зле.
Утром Венера нарочно припозднилась, рассчитав всё таким образом, чтоб основная волна учящихся схлынула в классы, а раздевалка оказалась бы пуста за пару минут до звонка. Ей останется быстро сунуть записку в карман Колиной куртки и бежать.
Синяя куртка висит обычно в самом конце. Быстренько переобувшись в сменные туфли, Венера приблизилась к цели, рука её ловко скользнула в чужой карман и замешкалась. Тут, не кстати совсем, раздался топот нескольких ног и она, испугавшись, что её застукают на месте "преступления", попятилась к выходу, но было уже поздно.
- Смотрите, Жирабасина ворует! - заорал противно-знакомый голос.
- У меня на прошлой неделе, червонец пропал.
- Это она, пацаны, я сам видел, как она в карманах у Коляна рылась!
Законы подлости работают чётко. Ничто не бывает таким простым, как кажется вначале. Если же что-то плохое должно произойти - оно непременно случится.
Путь из раздевалки перекрыла мерзкая троица: Бутов, Скаленко и Шумилин. Самые-пресамые, такие есть в каждом классе. Они терроризируют всех, но больше всех достаётся слабым и безропотным, таким как Венера и Коля.
Колю они тоже частенько обзывали разными обидными словечками: прыщом или дристуном. Подножки ставили, толкали под локоть в столовой, когда он держал ложку или чашку с компотом. Потом дружно ржали и награждали жертву звонкой затрещиной или щелчком.
Венере больше доставались издевательства насчёт лишнего веса, щипки за мягкие места и плевки жёванной бумагой. Ко всему этому она давно привыкла и теперь сделала вид, что не слышит страшных обвинений. Молчание - проверенная тактика. Позубоскалят да и отвлекуться на что-нибудь менее скучное для их примитивного сознания. Но стоит начать оправдываться - конец тебе.
Длинный Бутов орал басом громче всех:
- Всем расскажу как ты шаришся по карманам!
Ему вторил тонкий голосок нервного, круглолицего Скаленко.
- Жирная овца, червонец гони!
Слава богу, прозвенел звонок и троица ретировалась. Венера выдохнула и тоже побрела в класс.
Увы, этим дело не закончилось.
Начало - Тут!
Спасибо за внимание, уважаемый читатель!