Бывшая подруга к женщине приехала из другого города, в руках большой пакет.
Прошла в комнату, и начался обыкновенный в таких случаях разговор: кто как жил.
Села подруга, пакет на пол поставила. Стала что-то рассказывать, неожиданно остановилась. И о другом: «Помнишь, ты мне подарила»? И вынула из пакета полушубок из соболя: «Ты мне лет восемь назад отдала. Знаешь, тогда взяла, а сама не носила. Не идет мне, даже смешно. Не для меня. Вот решила вернуть, зря в шкафу место занимает».
Хозяйка взяла, нежно ладонью погладила: «Сережа подарил. Я тоже не носила, зачем-то берегла. Потом пуховики появились. Они удобные. А тут – соболь. Тебе тогда понравился, поэтому подарила».
Подруга продолжала: «Я всего два раза надевала. В первый раз, когда бабушку хоронили, во второй – уже маму. Тогда холодно было. Я надела свитер, сверху полушубок, потому что натуральный мех. А тут в ваш город поехала, дай, думаю, завезу. Ничего с ним не случилось, каким был, таким и остался».
Женщина положила на диван, чай предложила.
На кухне прошлое вспоминали. Гостья сказала: «Зря я тогда за него замуж пошла и отсюда уехала. Ты же ничего не знаешь. Короче говоря, стали вместе жить, а позже узнала, что у него другая была. Разбежались. У меня работа хорошая, поэтому там и осталась. Хорошо, что не родила, мучилась бы потом с ребенком».
Помолчали.
Женщина встала, достала из шкафа конфеты, на стол поставила: «У меня второй брак. Первый ошибкой был, и рассказывать не хочу. Второй счастливый. У меня сынишка, муж с ним к бабушке уехали – к моей свекрови. А я дома осталась, чтобы разные дела закончить».
Все обсудили, и не о чем больше разговаривать. Бывшая подруга пошла одеваться. На прощание сказала дежурное: «Будем иногда перезваниваться. Я твой номер с трудом нашла».
Хозяйка ответила, что обязательно перезваниваться надо. И закрыла дверь.
Затем смотрела в окно, пока та не скрылась за поворотом.
Взяла полушубок, хотела надеть, но не стала. Вернула в пакет. Сидела некоторое время, решилась.
Во дворе дерево рядом с мусорным контейнером, сучок торчит. Повесила полушубок, пакет выбросила.
Быстро домой вернулась, руки помыла.
Утром взяла театральный бинокль, посмотрела: нет полушубка, кто-то забрал.
И подумала: «Бабушку в нем хоронила, и мать в нем. Нет, мне не надо. Не радует».