Найти тему
Родом из детства

Такие разные матери. 4-1

У всех есть свои секреты… что-то такое, что не говорят даже самому-самому близкому. По разным причинам. Иногда потому, что не хочется причинить боль.

Был такой секрет и у Пашки. Чуть меньше трёх лет назад они с сестрой занимались одним мерзейшим типом, который обожал палить их пневматики по птицам до дворе. Объяснялось всё это заботой о здоровье проживающих рядом людей, мол… голуби и вороны – разносчики заразы.

Одного подранка ПП сумели спасти и втихаря продержать на балконе в Полиной комнате, пока он не окреп, но многим, слишком многим не повезло. Поэтому, ПП взялись за дело, и со свойственной им энергичностью принялись разрабатывать меры против «вольного стрелка».

В тот день Поля осталась во дворе – караулила одного из соседей с отчаянно дорогой машиной, которую слегка поцарапало пулькой от пневматической винтовки «охотника», а Пашка помчался домой за одним полезным техническим приспособлением.

Именно тогда он и услышал то, что для его ушей явно не предназначалось:

-Ты же говорила, что хотела только мальчика, помнишь? Вот и оставила бы себе его, а девчонку… ну, не знаю, отдала бы родственникам мужа, если уж тебя так совесть мучает. Ты же постоянно вздыхаешь, что с ними обоими не управляешься, так зачем страдать? Как ты не поймёшь, что твоё счастье гораздо важнее всего остального! Почему ты должна как-то себя обделять?

Пашка замер как суслик у норы, а потом беззвучно прокрался к приоткрытой комнате.

Если бы Ева тогда была у них дома, целой и невредимой она бы оттуда не вышла. Всё-таки в десять с небольшим у ПП самообладание было послабее. Не таким прокачанным, прямо скажем.

Но, к счастью для этой ледниковой тётки, она разговаривала с мамой ПП по громкой связи.

-Ну, признайся сама себе, чего ты боишься! Вот скажи вслух – я не люблю дочь! Скажи и тебе полегчает!

Пашка отчаянно порадовался тому, что Полины радом нет, а потом прищурился… мама помолчала, а потом негромко ответила:

-Я не могу так сказать!

-Это в тебе боязнь общественного порицания, боязнь реакции системы. Как же так – мать не любит ребёнка! Да такого быть не должно, она негодяйка, ату её!

-Ев, ну… ну не все же так как ты к детям относятся!

-А! Так что, ты тоже меня осуждаешь? А какое ты имеешь на это право? Я-то обеспечила своей дочери самое лучшее – она с любящим отцом, обожающей бабкой, а ты? Ты ж сама говоришь, что не справляешься с детьми. По-твоему, ты хорошая мать? Любящая?

Начало этой книги ТУТ

Если вам интересно, кто такие ПП, то про них можно почитать ТУТ и дальше, начиная с третьей книги серии "Убежище" - она есть в Навигации по каналу. Её начало ТУТ

Все остальные книги и книжные серии есть в Навигации по каналу. Ссылка ТУТ.

Короткие "односерийные" публикации можно найти в навигации по отдельным публикациям. Ссылка ТУТ

Ссылки на книги автора можно найти ТУТ

Все фото в публикациях на канале взяты в сети интернет для иллюстрации.

Мама притихла, и Паше страшно захотелось распахнуть дверь, выхватить у неё из рук смартфон и выкинуть его куда подальше.

-Я… я слабая мать. Наверное, ты права – нехорошая. Я не могу с ними совладать, не могу руководить ими.

-Ну, занафига нами руководить? – беззвучно злился под дверями Пашка. – С нами просто общаться надо и любить!

-Хорошо, что ты это признаёшь! – довольный голос Евы заставил его покрепче сжать кулаки: - Хорошо, что ты понимаешь - что просто слишком слабая, чтобы честно признаться!

-Да я не…

-Всё, всё, Свет, я тебя поняла, даже если ты сама боишься это высказать вслух, я всё поняла!

Пашка отошел от двери, злобно прищурившись и прошипел:

-Поняла она… да что бы ты знала!

Нет, ни разу он не верил, что мама Польку не любит – видел же, как она носила её на руках несколько ночей подряд, когда они вместе болели коклюшем, но почему-то Польке было гораздо хуже. Помнил, кидалась, их защищать, когда они маленькие чего-то боялись. Не забыл, как мама перепугалась за сестру, когда Пашка с Полиной в восемь лет прыгали с крыши гаража в соседском дворе и, неудачно приземлились, сильно разбили себе колени и локти.

Мама тогда даже бабушку прогнала, когда она пришла и начала на его сестру кричать.

А потом, когда мама не дала бабушке вдоволь поругаться на Полину, которой полагалось быть послушной, прилежной, аккуратной и тихой девочкой, бабушка начала ругать уже свою дочь:

-Да лучше бы ты их не рожала! Ты же не можешь… ничего сама не можешь! Ты справиться с ними не в состоянии, ты – отвратительная мать! Ты обязана была воспитать их так, чтобы они были нормальными детьми, а не стаей обезьян! Ты посмотри, во что по твоей милость превратилась Полина? Это… это же полное безобразие! И виновата в этом ты! Ты всегда была слабой и ни к чему не пригодной! Ни грамма энергии, ни капли самоуважения, ни крошки решительности! И это МОЯ дочь!

Она много ещё чего говорила, близнецы едва-едва не ревели от того, что им было отчаянно жалко маму. Правда, если честно, они не просто так сидели тихо, а собирались выпроводить мамину маму с помощью некоторых хитрых средств, но… но не знали, не сделают ли хуже, вот и выжидали нужный момент.

А потом пришел отец и выставил бабушку! Да, вот так взял за локоть и решительно выпроводил из квартиры, напоследок сказав:

-Вы из Светки всё её детство делали управляемую куклу – туда не ходи, этого не делай, сиди на месте ровно, не говори громко, не смейся громко, не лезь в разговоры взрослых, главное – послушание, главное, чтобы ты была такой, какой хочет тебя видеть мать!

-И что в этом плохого? Разве тебя жена не устраивает? – ехидно приподняла бровь тёща.

-Что меня устраивает – не ваше дело! А в то, что вы дочь родную загнобили ниже плинтуса, плохо ВСЁ! Так что валите в свою Болгарию и сидите там!

-Ну, Светочка, смотри! Я уйду, но ты учти… ни рубля ты от нас с отцом не получишь, ни одного квадратного метра площади! Когда этот… Мошенов тебя выпнет на улицу, будешь с голой… ну, ты поняла! Так что соберёшься разводиться, думай, где тебе жить, на нас не рассчитывай!

-Да что на вас рассчитывать-то? Вы как уехали, так и живёте в домике у моря и наплевать вам на дочь! Да, может, оно и к лучшему! Такое подальше, воздух чище! Всё. Идите себе подобру-поздорову! – рявкнул отец ПП, прикрывая жену.

-Да ты сам смотри, как она детей воспитывает – они же вырастут какими-то бaндитaми. Они же никого не слушаются!

-Да уж лучше, как они, чем как Света – она же дышать без вашего приказа боялась! Короче, уходите! Нет! Рот закройте и так уходите! ТИИХАА я сказал!

Пашка с Полей много чего уже знали… Знали, что мама не очень решительная, не очень-то сильная, но она их мама. А раз они решительнее и сильнее, то они-то уж смогут защитить маму от бабушки и её родственников!

-Какое счастье, что они вредные, но умные! Ну, мы всего-то бачок у одного из дяденек обрушили… Хотя, что это я? Он сам того… упал. Ну, и так… по мелочам! Ещё у одной родственницы книги из шкафов вышли. Все сразу! Ну, а что? Сказано нам было сидеть и никуда не ходить два часа, типа мы наказаны, так мы и не ходили – просто книжный шкаф слегка раскачали и уронили - кто ж знал, что там такой нервный шкаф? И вообще, как только они нас приглашали, чтобы учить дисциплине, сразу почему-то очень расстраивались – дисциплинированно так. Прям как по команде! – обменивались мнениями ПП, которых родственники со стороны мамы понемногу признали неисправимыми и оставили в покое.

-2

Правда, «неудачнице и слабачке» Светке периодически звонили – рассказать, что её мама про неё говорит. Но это ПП тоже пресекли.

Да, наверное, нехорошо… но как только кто-то из московских родичей звонил и расстраивал их маму, вот странность какая… приходилось расстраиваться самому. Наверняка совершенно случайно!

Да, после этого они опять звонили и жаловались на ПП. Причём, больше на Полю – Пашке, как мальчику, видимо разрешалось слегка покуролесить, а вот Поле – ни-ни!

-Отстань от моей дочери! Она у меня самая лучшая, самая умная и замечательная! – это Пашка когда-то собственными ушами слышал, как мама говорила, так что ни разу он не поверил в то, что мама Полю не любит.

-Ерунда это! Просто… её легко заставить подчиняться. Ну, ещё бы, если всё детство дрессировать, как нам бабушка и тот двоюродный «унитазно-плавучий» дядечка рассказывали, это немудрено!

Именно так решил для себя Пашка. Именно исходя из этих своих секретных сведений и знаний, он принял решение и, стоя в прихожей, под дверью за которой вещал холодный, мерзкий голос Евы, подставил Польке классическую подножку!