Артур Лекус поделился опытом в области военной психиатрии: «Внезапно моей основной обязанностью командира взвода (и заодно - головной болью по службе…) стал некто рядовой Мисюра из моего взвода.
Те, кто имел дело с военнослужащими срочной службы или сам был на такой службе, встречали особый тип солдата, которые были во всех частях, кроме специальных подразделений…
Это - такие увальни, спящие на ходу или, как говорили: «наложившие в штаны». Они всегда засаленные и грязные, последние на всяких спортивных и прочих мероприятиях, засыпающие на посту и постоянно «недомогающие» тогда, когда предстоят какие-то трудности службы, в виде полевых выходов.
Таких сначала побивают, затем вообще не трогают и относятся как к пустому месту, не доверяя никаких задач, кроме уборки, которую они делают «спустя рукава». Такие тяготятся службой и стараются найти повод досрочно окончить исполнение «Священного долга и почетной обязанности».
Мисюра был ярчайшим представителем такого типа солдат. К своим годам он, по-моему, в совершенстве овладел двумя ремеслами: сытно жрать и сладко спать. Правда, у него было водительское удостоверение, но допускать его к управлению никто не решался.
С первых же дней после призыва вся его деятельность была направлена на решения задачи по досрочному окончанию срочной службы. «Закосить» по здоровью у него не получилось: его физическому здоровью мог бы позавидовать любой кандидат в отряд космонавтов.
Потерпев фиаско в этом предприятии, Мисюра решил пойти другим путем и с завидным постоянством совершал суицид, путем повешения своего рыхлого тела.
И вот ведь странно: само приготовления и процесс процедуры никто не видел (думаю, что если бы видели, то с удовольствием бы ему подсобили…), и что-то у него не ладилось: то верёвка порвется, то виселица не сдюжит и.т.п.
А вот странгуляционная борозда оставалась. Все в батальоне были обеспокоены. Мне было понятно, что если вдруг такое произойдет, то это уже будет прямая моя вина. Понижать в должности меня некуда, так что, учитывая историю с Бойко, меня просто уволят по дискредитации.
Ну и какое это будет горе для родителей самоубийцы?! А резонанс? Помните то время? С гласностью и зачатками нарождающейся демократии, появилась такая организация «Комитет солдатских матерей», с которой у меня сложились очень непростые отношения...
Негативность, в моём понимании, состояла в том, что резко увеличилось количество самовольных оставлений частей. Бойцы, наслушавшиеся бойких мам, при малейшем недоразумении бежали в эти комитеты, а мамы поднимали такую шумиху в СМИ, что их чад попросту по-тихому увольняли (у меня был конкретный случай в полку).
По-моему, ум Мисюры хорошо всё это понимал и « надежду юношу питали», что, от греха подальше, его сбагрят домой к салу, горилке и перине. Я назначил специально проинструктированного воина, который как тень следовал за потенциальным суицидником, а дежурный по части по ночам лично оберегал его сон и покой.
Я же часто до отбоя был в расположении и лично беседовал с Мисюрой, конечно же я не рассказывал ему об истории любви Пола и Линды Маккартни, а что то плёл о необходимости службы и о международной обстановке , а он молчал, но в его глазах читалась знаменитая фраза: «Вот ты думаешь, это мне дали пятнадцать суток? Это нам дали пятнадцать суток. А для чего? Чтобы ты вёл среди меня разъяснительную работу, а я рос над собой!».
Но все же проблему надо было решать кардинально, и мой гибридный ум придумал удобоваримый вариант. Я схватил Мисюру в охапку и привел его на прием к приходящему врачу-психиатру в гарнизонный госпиталь.
После приема, врач пригласил меня в кабинет. Как и все психиатры, этот был, как мне показалось, тоже был немножечко «того», видимо сказывается общение с соответствующим контингентом.
Я услышал длинный монолог, из которого понял, что Мисюра – типичный дебилоид, но не психически больной. Он не вешался, борозду он просто натирал проволокой и лучше его «комиссовать» и тем самым избавить всех от проблем. Для этого необходимо направить его на обследование в окружной госпиталь с направлением и характеристикой.
Далее пошло рассуждение: «Только не пишите в характеристике, что он понимает и одобряет политику Партии и Правительства» - пауза- «Хотя, возможно, такие вот дебилы эту политику и понимают!».
Мисюру комиссовали, я сопроводил его домой в Киев и более ничего о нем не знаю. Думаю, что от ярлыка «душевно больного» он избавился и прекрасно зажил, как Емеля на печи…»
P.S. Полностью рассказ читаем здесь: https://dzen.ru/a/Zkt4GCTMUw_R1n-c
