- Даже когда ты находилась в моих объятиях? – обижено спросил он, а сам подумал. – Если бы сейчас нас со Светой кто-то услышал, то наверняка подумал бы, что мы друг друга ненавидим.
Кирилл уставился на Светлану.
- Да, — ответила она, стараясь вонзить нож поглубже в грудь любовнику на прощание. – Ты, чуть не разрушил мою жизнь.
- Значить во всём виноват я? – вскипел Кирилл. – А ты вся такая белая и пушистая?
- Да, — оскалилась Светлана. – Ты же своею помощью и вниманием окружил меня как змей искуситель, а я была молодая и неопытная.
— Вот значить как обернулось дело? – спросил он и его лицо стало белым. – Прости, я тебя больше не намерен слушать.
— Это ты во всём виноват, — обвиняла любовника Светлана. – Ведь моё замужество с Борисом, заставляло меня почти механически отказываться от любых сиюминутных желаний по отношению к другим мужчинам, которые я испытывала за все эти годы своего замужества.
- Какая же ты двуличная, — смахивая капли пота со лба, заявил любовник. – Как таких, как ты, ещё могут любить мужья? Не понимаю.
- Если бы Боря не любил меня так сильно, и я бы в этом не была так уверенна, я бы не смогла жить, с таким грузом в качестве тебя.
- Я не перестаю тобою удивляться, — тряся перед собою кулаками, теряя остатки сил прошептал любовник. – Какая же ты…
- Ну-ну, какая говори? – переходя на крик полюбопытствовала Светлана. – Значить несколько лет мною пользовался для своего удовольствия и теперь же меня в грязи измазываешь.
- Ты, тоже мною пользовалась и что?
- Так вот если бы меня мой муж так сильно не любил, ты бы мне нужен был бы только в качестве успокаивающего средства, разумеется постель в список оказываемых услуг не входила. Понял меня?
- Что ты несёшь? – возмущался он. – Хрен бы ты сделала такую карьеру, без того, чтобы не побывать в моей койке. Неблагодарная.
Кирилл, уже не в силах выслушивать бред Светланы, желая остановить словесный понос своей любовницы, обнял её, и что есть силы прижал её к себе, а потом прижался своими холодными губами к её устам и закрыл глаза от удовольствия.
Светлана, вяло пыталась сопротивляться уже ослабшим объятиям Кирилла, но в этот момент у неё внизу живота стало невыносимо жарко, а следом всё её тело начало пульсировать начиная с ног, а потом трепет через всё тело переместился и в её губы.
Они снова лежали на ковре по центру номера, преисполненные блаженной разбитости.
- Может быть расскажем твоему мужу о нашей многолетней дружбе? - неожиданно предложил любовник, надеясь отомстить Светлане за её обидные слова.
- Ты, что совсем «куку», — вздрогнула она, но тут же решила всё перевести в шутку. – Зачем обижать моего любимого мужа, ему и так больно.
- Ты думаешь, — не переставал шутить Кирилл, – эта новость может причинить Борису боль?
- Ты шутишь? – спросила, теряя терпения Света, а потом вспыхнув добавила. – По какому праву ты вмешиваешься в мою семью?
- Дорогая моя сожительница, — с еле скрываемым раздражением заявил Кирилл, – я давно стал членом вашей так называемой семьи. Даже можно сказать стал помощником в кое-каких делах твоему любимому мужу.
- Я тебя неоднократно, умоляла не вмешиваться в то, что составляет основу моей жизни. – Чуть ли не плача попросила она. – Не лезь.
- Светлана тебе нечего бояться, считай, что меня больше нет среди живых. – С грустью в голосе заявил старик. – Прости меня. Я признаю, что был болваном. Я признаю всё. Я могу даже признать, что старше тебя почти вдвое и гожусь тебе в отцы. И то, что было между нами – это ненормально, но так было приятно. Находясь все эти годы рядом с тобой я был счастлив, как не был счастлив ни с одной женщиной. Поверь мне, мне больше нечего скрывать. Мой путь почти закончен. Умирая, я буду помнить только о тебе и буду повторять, что ты необыкновенная женщина.
- Ты меня тоже прости Кирилл, я такая сука, — уткнувшись в его впалую грудь тихо всхлипывала она.
- Не плачь, прошу тебя, ты же знаешь, я не могу смотреть на женские слёзы.
- Хорошо я больше не буду, — ответила она, растирая влагу по лицу.