Помните старые советские медицинские пузырьки с резиновыми пробками, обрамлёнными алюминиевым ободком? В них хранились сухие препараты, которые требовалось сначала развести водой, растворить, а уже потом набирать в шприц и делать инъекции. Причём крышка легко прокалывалась иглой, но при этом не пропускала внутрь ничего лишнего.
Жаль только, что конструкция эта была, как правило, одноразовой. Конечно, можно было алюминиевый ободок сорвать и далее использовать пузырёк с резиновой пробкой повторно, для хранения, например, таблеток. Но это было уже... хлопотно.
А теперь представьте, что существует гибрид такого пузырька с пробиркой, у которой вместо алюминиевого колпачка - пластиковый, причём на резьбе.
Вот это и есть - ПРОБИРКА ХАНГЕЙТА. А служит она для выращивания культур анаэробных микробов (то есть тех, которые существуют только в бескислородной среде).
И тут конструкция этой ёмкости как нельзя кстати, ибо если залить её целиком, под горлышко, воздуха там просто не будет, остаётся лишь закрыть её резиновой пробкой и зафиксировать пластмассовой крышкой. А далее, как в описанном выше случае, можно прокалывать пробку иглой, запускать туда культуру микробов или, наоборот, отбирать оттуда пробы.
Но чаще делают иначе, по-научному: то есть сначала заполняют пробирку инертным газом, а затем заливают туда жидкую культуру анаэробных бактерий. И чтоб никакого кислорода!
Роберт Эдвард Хангейт (2 марта 1906 - 21 сентября 2004) - американский микробиолог-эколог.
Родился в Чейни, штат Вашингтон, в семье школьного преподавателя биологии. Под влиянием отца Роберт настолько полюбил биологию, что сразу после того как сам окончил школу, его назначили директором другой школы - начальной, в индейской резервации Спокан. Потом он, уже как опытный преподаватель, работал в Спраге, штат Вашингтон.
И только после этого поступил в Стэнфордский университет, чтобы ему разрешили работать преподавателем в средней школе. Правда, это желание у него успешно отбили на первом же курсе университета, когда начался курс педагогики. Поэтому Роберт забил на учительство и решил стать просто биологом.
Его очень заинтересовало, как это термиты питаются древесиной, ведь она такая невкусная. На тот момент уже было известно, что насекомым помогают бактерии-симбионты, которые живут в пищеварительном тракте термитов и именно они переваривают целлюлозу, превращая её в олигосахариды. Хангейт решил побольше узнать об этих микробах, но это оказалось довольно сложным делом, ибо методы культивирования ещё не были достаточно хорошо разработаны. Как раз это и стало темой докторской диссертации Хангейта.
Получив учёную степень, он преподавал на зоологическом факультете Техасского университета в Остине и продолжал изучение микрофлоры термитов.
А потом переключился на микрофлору крупного рогатого скота. Как известно, жвачные животные, набивая свой четырёхкамерный желудок травой или сеном, фактически, кормят мириады бактерий, полчища которых достигают там массы в нескольких килограммов. Результатом этого обоюдополезного сожительства является отлично отработанная система питания, при которой животное может есть даже солому, а на выходе всё равно будет то, что нужно организму. И всё благодаря бактериям-симбионтам!
Именно тогда Хангейт изобрёл те самые пробирки, названные в его честь. Их заполняли агаром, вытесняли кислород азотом или аргоном, а затем засевали агар культурой бактерий.
Позже, в 1945 году, Хангейт работал на кафедре бактериологии в Колледже штата Вашингтон (теперь это Университет штата Вашингтон). Там впервые под его руководством удалось выделить метаногенные бактерии.
Остаток жизни Хангейт провёл в должности председателя отделения бактериологии Калифорнийского университета в Дэвисе.