Следы этого необычного дела искал давно. Назвал его загадочным, поскольку оно вроде бы как есть. И в то же время - его нет.
Начнем с вопроса: откуда взялась фантастическая цифра 700?!
Она упомянута в записке заместителя председателя ОГПУ Г.Г. Ягоды на имя И.В. Сталина от 25 декабря 1933 г. В этом документе сообщалось о ликвидации в 1930 году "шпионско-вредительской контрреволюционной организации медицинских и ветеринарных бактериологов".
По версии следствия, эта организация:
«подготовляла бактериологические диверсионные акты (распространение эпидемий) для дезорганизации тыла и проводила вредительство в области животноводства. Подготовительную работу в этом направлении вела специальная террористическая группа под руководством бывшего директора Саратовского бактериологического института проф. Никанорова. Медицинская часть к.-р. организации получала руководство от т.н. «Оргкомитета» во главе с проф. Коршун С.В. Главным центром ветеринарной части являлось т.н. «Ветбюро», непосредственно руководимое проф. Михиным. Организация занималась шпионажем, передав агенту германской разведки проф. Цейсу секреты, касающиеся бактериологической и химической обороны Союза. Организация охватила своими ячейками все важнейшие пункты Союза (Москва, Ленинград, Харьков, Минск, Ростов, Саратов, Новосибирск и др.). По делу осуждено до 700 человек».
Поиски в архивах показали, что действительно было организовано и проведено несколько групповых судебных процессов – по регионам. Например, в архиве Управления ФСБ России по Саратовской обл. сохранилась схема контрреволюционной организации микробиологов на нижней Волге.
Между тем, набрать семь сотен осужденных "контрреволюционеров-бактериологов" у меня не получилось. С учетом даже второстепенных участников (лаборантов и других технических работников) насчитывалось не более 200...
Дела в отношении руководителей и членов «вредительской организации микробиологов и эпидемиологов» рассматривались в основном в 1931 году. Причем, во внесудебном порядке. Коллегия ОГПУ заседала 30 мая, 5 июня, 23 октября[1] и 28 декабря 1931 года. Кроме того, было вынесено постановление Особого совещания от 12 октября того же года (заочное осуждение). В процессе реабилитации ряд дел (в отношении наиболее известных ученых, всего 47 человек) объединили в одно и 28 апреля 1959 года Военная коллегия Верховного Суда СССР отменила все ранее состоявшиеся постановления, как незаконные и необоснованные.
Расскажу об этом, объединенном в ходе реабилитации деле, поскольку по нему проходили все упомянутые в записке Г.Г. Ягоды руководители "контрреволюционной организации" - Степан Коршун, Сергей Никаноров и Николай Михин.
В течение четырех августовских дней 1930 года арестовали несколько руководителей и сотрудников Московского института инфекционных болезней имени И.И. Мечникова: директора института С.В. Коршуна, помощника заведующего эпидемиологического отдела Ф.Г. Бернгофа, заведующего сывороточно-вакционным отделом А.М. Чельного, заведующего Пастеровской станцией А.И. Саватеева и др. Арестовали также директора НИИ микробиологии и эпидемиологии при Академии наук УССР М.И. Штуцера, заместителя директора Московского химико-фармацевтического института О.А. Степпуна, профессора эпидемиологии Одесского медицинского института В.А. Башенина, профессора микробиологии МГУ В.М. Губина, профессора Ленинградского института экспериментальной медицины А.А. Владимирова, директора Саратовского микробиологического института профессора С.М. Никанорова и др.
Меры наказания осужденным были определены на срок от 3 до 10 лет лагерей.
Так, 30 мая 1931 года судебная коллегия ОГПУ «отмерила» оказавшимся на скамье подсудимых ученым (наиболее активным контрреволюционерам) по 10 лет концлагерей. М.И. Штуцеру, О.Г. Биргеру, Д.А. Голову и некоторым другим арестованным в сентябре врачам-микробиологам определили по пять лет, В.А. Новосельскому - три года. К высылке на тот же срок приговорили профессоров эпидемиологии П.Ф. Беликова, преподававшего в Горьковском медицинском институте, и П.С. Розена из Алма-Атинского института.
Следующая партия арестованных была осуждена на заседании коллегии ОГПУ, состоявшемся 5 июня. Перед «судом» предстали «ветеринары-вредители» - старший ветеринарный врач ветеринарного управления Наркомзема РСФСР М.А. Воротилов, директор Московского ветеринарно-бактериологического института Н.А. Михин, директор Витебского ветеринарного института С.Н. Вышелесский, заведующий отделом микробиологии Государственного института экспериментальной ветеринарии П.Н. Андреев, профессор этого же института С.Н. Павлушков и другие сотрудники перечисленных учреждений.
Одним из главных организаторов «вредительской организации микробиологов» был признан Степан Васильевич Коршун, известный как основатель двух важнейших научных центров, которые носят имя И. И. Мечникова - Харьковского бактериологического института и Московского института инфекционных болезней.
Степан Васильевич Коршун родился в 1868 году в г. Глухове Черниговской губернии. Окончил медицинский факультет Харьковского университета. В 1895 году возглавил бактериологическую станцию Харьковского медицинского общества. С 1906 года работал в Пастеровском институте у И.И. Мечникова, в ряде других институтов за границей. В годы первой мировой войны С.В. Коршун с сотрудниками Харьковского института разработал метод получения стандартной противостолбнячной сыворотки. Была в биографии Коршуна и компрометировавшая его деятельность страничка. Во время Гражданской войны он «служил в армии А. И. Деникина консультантом по заразным болезням при Главном начальнике санчасти». В 1920 году С.В. Коршун был утверждён в звании профессора медицинского факультета Кубанского университета, в 1923 году - назначен директором Института инфекционных болезней имени И. И. Мечникова в Москве. В 1924 г. Коршун предложил методику вакцинации против кишечных инфекций с помощью убитых формалином культур микробов.
13 августа 1930 года Коршун был арестован и осужден на 10 лет по обвинению в том, что «создал антисоветские группы в институте им. Мечникова, в Саратовском микробиологическом институте и в других институтах СССР»[2]. Однако какие-либо конкретные доказательства вредительской деятельности Коршуна следствию собрать не удалось. Совершенно очевидно, что уголовное дело от начала и до конца было сфальсифицировано, состав преступления в действиях многочисленных его фигурантов отсутствовал. В конце 1931 года С. В. Коршун покончил жизнь самоубийством в Бутырской тюрьме.
Сергей Михайлович Никаноров, один из основателей системы противочумных учреждений страны, родился в 1887 г. в Курской области в семье сельского священника.
После окончания медицинского факультета Варшавского университета в 1912 г. он возглавлял противочумную лабораторию в бывшей Ханской ставке Букеевской Орды (входила в состав Астраханской губернии, ныне - Западный Казахстан). Никаноров руководил практическими мероприятиями по локализации очагов чумы в Киргизских степях. С июле 1921 года - директор саратовского института «Микроб». Распоряжением Наркомздрава в 1923 г. на С.М. Никанорова возложено руководство всеми противочумными мероприятиями в стране. С.М. Никаноров стоял у истоков концепции перехода от борьбы с уже возникшими вспышками чумы к мерам, предупреждающим заболевания людей. С 1922 года доктор медицинских наук, профессор С.М. Никаноров возглавлял кафедру микробиологии Саратовского университета. Он был инициатором издания и первым редактором журнала «Вестник микробиологии и эпидемиологии». За выдающиеся заслуги в области изучения чумы и борьбы с этой опасной болезнью 6 февраля 1926 г. С.М. Никаноров первым среди врачей был награжден орденом Трудового Красного Знамени. А через 5 лет осужден... и направлен в шарашку - в Бюро Особого назначения Особого отдела ОГПУ (г. Суздаль)[3]. Позже сослан в Казахстан.
О Суздальской шарашке можно прочесть ЗДЕСЬ:
Николай Андрианович Михин родился в 1872 году в г. Чаусы. С 1900 по 1909 годы проходил специализацию по бактериологии в Харьковском ветеринарном институте, с 1909 по 1919 годы проводил бактериологические исследования в Петербургской ветеринарно-бактериологической лаборатории МВД, практиковался в ряде институтов за границей. В 1919 году Н.А. Михин назначен первым ректором Московского ветеринарного института (находился в должности по 1922 год), в дальнейшем - заведовал кафедрой микробиологии. В 1926 году получил звание профессора.
7 декабря 1930 г. председатель ОГПУ Менжинский направил Сталину очередную записку, в которой говорилось: «Особым отделом ОГПУ раскрыто ответвление организации микробиологов среди ветеринаров-бактериологов. В задачи группы входило распространение искусственной эпизоотии сибирской язвы и прочих инфекционных заболеваний скота в районах крупного животноводчества, в первую очередь в совхозах и колхозах».
Михин был осужден коллегией ОГПУ на 10 лет и направлен отбывать наказание в Карлагерь. Освобожден досрочно. С 1934 по 1936 годы Н. А. Михин был одновременно заведующим кафедрой микробиологии в Новочеркасском ветеринарном институте и микробиологическим отделением Азово-Черноморской краевой научно-исследовательской ветеринарной станции. В 1936 году возвратился в Москву. В том же году Н. А. Михину была присвоена степень доктора ветеринарных наук без защиты диссертации. С 1936 года до конца своей жизни заведовал кафедрой микробиологии Московского ветеринарного института.
Надо сказать, что в 1932-1933 годах досрочно освободили не только Михина, но и большинство других осужденных по «делу бактериологов». Хотя есть свидетельства того, что реально некоторые из них и в 1934 году продолжали трудиться в «бактериологической шарашке».
Аресты ученых продолжались и в 1932-1936 годах. Так, сентябре 1932 года были арестованы: А.В. Белицер (зав. протозоологическим отделом Всесоюзного института экспериментальной ветеринарии, осужден на 10 лет за вредительство, умер в лагере 2 октября 1940 г.); В.А. Косарев (зав. микробиологическим отделом того же института); П.В. Сизов (директор Института болезней птиц); профессора Р.А. Цион, М.Г. Тартаковский (в 1933 г. осужден на 5 лет, в 1935 г. умер в лагере) и др.
В 1937-1938 годах многих ученых накрыла еще более мощная репрессивная волна. Так, в Алма-Ате были арестованы и расстреляны С. М. Никаноров и директор противочумной станции Д.А. Голов; в Ленинграде - директор Бактериологического института им. Пастера Я.Ю. Либерман и другие. Об этом можно прочесть ЗДЕСЬ:
[1] На этом заседании специально рассматривался вопрос о конфискации личных библиотек ученых. Таковые были обнаружены, описаны и увезены в неизвестном направлении у Ф.Г. Бернгофа, В.А. Новосельского, В.А. Кутейщикова, О.Г. Биргера, О.А. Степпуна, И.М. Клинковштейна и А.М. Чельного.
[2] Надзорное производство Военной коллегии №4-н – 242/59 по делу С.В. Коршуна и др. (всего 47 чел.), с. 10-12.
[3] Бюро организовано по предложению начальника ВОХИМУ Я. М. Фишмана на территории бывшего Покровского монастыря. В 1932-1936 годах именовалось - Бюро особого назначения (БОН) Особого отдела ОГПУ, позднее - Биохимический институт (БИХИ).