— Собаки полетят однозначно.
— Но…
— Никаких «но». Совет двенадцати проголосовал большинством голосов, средства выделены. Собаки полетят. И ваша задача сделать так, чтобы полет для всех прошел максимально безопасно и комфортно. Для всех. Вопрос закрыт. Свободны.
И Владу Михалевичу ничего не оставалось, как идти и доводить до ума систему, средства защиты, и думать о том, что еще может пригодиться. И разрабатывать это. Приказ есть приказ. Ничего не попишешь и не повыпендриваешься.
— Чтоб их! Андронный коллайдер им! — ворчать-то никто запретить не может.
В лаборатории Влада ждал верный пес Кристалл, претендент №1 на полет в космос. Пес, прошедший не только все испытания с наилучшими показателями, но и выказавший идеальную, практически абсолютную совместимость с наноботами, микрочипами и прочими необходимыми имплантами.
Да, да — Кристалла и отбирали изначально, и готовили потом именно с этой целью, с перспективой полета в космос. Вот только Влад надеялся, что эта перспектива весьма туманная и весьма отдаленная. Причем настолько отдаленная, что скорее появятся высокоэффективные роботы, и живые собаки в этом полете будут не нужны, ну, или хотя бы потомки у Кристалла появятся, нежели состоится тот самый пресловутый полет.
А полгода назад всё изменилось. И полет, который казался каким-то далеким, маловероятным, а временами и фантастическим, стал реальностью. Нет, еще не воплощенной, но подготовка-то уже вовсю шла, так что…
Всё понимал Влад. Но… Не хотел отпускать пса. И не отпустить не мог.
Потому что сам не мог полететь с ним! Не мог.
Здоровьем не вышел. Был у него когда-то порок сердца, операция прошла успешно, Влад не просто жив, но и здоров, и всё отлично, вот только полеты в космос ему заказаны. Перегрузки слишком большие, чтоб их! Да даже, если бы и в этом плане всё в порядке было, все равно не полетел бы: полет экспериментальный! — летят только собаки! А вот уж если с ними всё обойдется, и они вернутся благополучно на Землю, тогда… Еще хотя бы пара-тройка экспериментальных полетов с «биообъектами» на борту, и только потом уже полетят люди.
Вот и шел Влад, и ворчал.
А все Грегори! Нет, чтобы тихонечко промолчать в тряпочку, подумаешь, путь метеорита рассчитал! Так он нет, сразу примчался к генеральному, руками махал, расчеты показывал, от счастья светился!
Кому этот А1137XXL нужен? Неужели человечеству плохо на Земле? Неужели места в Солнечной системе мало? На Марсе несколько колоний есть, на астероидах добыча полезных ископаемых идет… Что еще надо-то? Зачем куда-то еще лезть?
Нет, с одной стороны, конечно, интересно, что там. Новые звездные системы, новые планеты… И, скорее всего, есть такие, которые пригодны для жизни. А с другой стороны — это ведь как ящик Пандоры: откроешь, а там… Кто сказал, что там жизни нет и других разумных рас? Вот так откроешь дверцу, а оттуда как полезет, как полезет… Правда, Максимов говорит, что, ежели бы там что было, оно бы уже залезло. А раз не залезло, значит…
Ничего это не значит.
Живет медведь в лесу и живет. Никого не трогает. А залезь к нему… Вот так и тут может быть.
Но, ворчи, не ворчи, а собак все равно надо готовить. И обеспечить всем необходимым для полета. Чтобы миссия была успешной.
А всё А1137XXL!
Принесло же тот метеорит на Землю десять лет назад!
Да, люди уже освоили ближний космос, да, полеты до Марса уже почти обыденностью стали и по времени занимали не 40-289 дней как когда-то раньше, а 5-36. Но за пределы-то Солнечной системы было все равно не просто выбраться, если уж до Плутона больше года лететь, то до Проксимы Центавра, ближайшей к Солнцу звезде — и того дольше: 150 лет +/-, и то — раз в 80 лет, когда орбиты всех звезд системы Альфа Центавра находятся в одной плоскости.
А тут — метеорит!
Его быстренько их структура себе захапала — рядом с этим небесным камнем была замечена странная активность всяких гаджетов, нет, они не взрывались, не ломались и не глючили, просто начинали работать так, будто какую-то подпитку извне получают. Конечно, военные хотели прикарманить, но, не вышло — корпорация «Космосиз» оказалась быстрее и проворнее.
А уж когда стали изучать этот камушек… — о! — такое нашли, такое! — он почти весь оказался состоящим из вещества, которое позволяет получить неведанную ранее энергию. Мощную, чистую, безопасную. Ну, по крайней мере до сих пор ничего опасного в ней не нашли. А уж мощность-то просто запредельная была: позволяла получить скорость выше световой! Это ли не прорыв? Прорыв, да еще какой! — с таким источником энергии полеты в дальний космос, к другим звездам, перестают быть сказочкой и мечтой. Вот она — новая реальность.
Вот только… — камушек-то один. С неба больше таких не падало. И на Земле ничего похожего нет, естественно. И получить искусственным путем это или аналогичное вещество не получается — мощности не хватает. Над этим, конечно, работают, но… сколько лет еще продлится работа? — не один десяток лет, точно. А тут — готовое вещество. Еще бы знать, откуда этот камушек прилетел, и где это вещество можно взять.
Озадачили этим целый, специально созданный отдел. И они, гады такие, рассчитали! Нет, молодцы, конечно, по большому счету, но только не для Влада. Для него это значило лишь одно: питомцев, и Кристалла, в том числе, придется отправлять в полет.
Экспериментальный зонд-разведчик уже слетал. Подтвердил. Расчет был верным. Естественно, полет совершался на новом «топливе». Не на «топливе», конечно, там какая-то специальная установка была, плюс специальные «штуки» на околоземной орбите, которые давали первоначальный толчок и разгон, но, Владу привычнее было называть «топливо», вот он и называл его так.
И вот настал день Х.
Кристалла и еще двух других собак привезли на космодром.
Предполетная подготовка, адаптация к реальной «кабине» и помещениям, и — старт.
Кто-то смотрел на взлет и провожал корабль глазами, находясь недалеко от взлетной площадки, но Влад, с тех самых секунд, как пошел обратный отсчет, сидел перед мониторами и следил за жизненными показателями собак. Всё в норме.
Ну и что, что когда-то Белка и Стрелка слетали в космос и вернулись живыми — Лайка-то погибла… А Ветерок и Уголек? — да, они вернулись живыми, но на кого они походили после 23 дней полета в космосе? Обезвоживание, истощение, нарушение обмена веществ, пролежни — пространство-то маленькое, не побегаешь… Да и вообще — не летали они так далеко! Никто на Земле еще не летал.
Первые сутки Влад не отходил от мониторов. Следил за состоянием собак. Ему все время казалось, что, вот, стоит ему только отлучиться — и обязательно что-нибудь произойдет!
Через 25 часов Влада, можно сказать, насильно увели от мониторов. Точнее — унесли. Подошел врач, сказал, что вколет ему энергетик, поскольку он уже вторые сутки не уходит с наблюдательного пункта, и вколол ему снотворное. Его и унесли.
Ценило руководство Михалевича, ценило. И не хотело, чтобы он свалился от перенапряжения в самый неподходящий момент, вот и приняло такое решение. Корабль-то все равно еще летит. И до приземления почти месяц. 26 суток 17 часов и 12 минут, если более точно. По расчетам, естественно. Но, зонд-то их подтвердил.
Выспался Влад и первым делом побежал к мониторам. Убедился, что всё нормально, полет продолжается, все жизненные показатели в пределах нормы, и только после этого пошел в душ и завтракать. Ну, или ужинать, если ориентироваться на время суток.
Шли 23-и сутки полета. Слава богу, всё было штатно. Некоторые же, глядя на Влада, готовы были пальцем у виска крутить — понятно, они тоже переживают, но разговаривать с собакой?! Пес же все равно ничего не поймет! Да и не услышит. «Сеанса связи» по любой прихоти никто не устраивал. А Влад — разговаривал! Будто пес его видит и слышит. Ну, как тут пальцем у виска не крутить?
И, вот он — ответственный день: приближение к планете, виток вокруг неё и торможение.
По данным зонда, полученным ранее, атмосфера на планете была пригодной для дыхания. И никаких следов живых существ обнаружено не было. Ну…, может, они и были, но вот цивилизации не было точно. Хотя…
Эта мысль не давала покоя Владу практически постоянно: где гарантия, что на эту планету не прилетают другие? За тем же А1137XXL, например. Или еще за чем. Туземцы с какой-нибудь соседней планеты или из соседней галактики. А формы жизни они разные могут быть. Очень разные.
Приземление. Всё штатно.
Первыми на поверхность планеты вышли роботы-разведчики. Чем-то похожие на наших крабов или пауков. С восемью «ногами», с антеннами, манипуляторами и небольшим багажным отделением, разделенным на несколько отсеков, куда образцы воздуха и почвы помещали.
Корабль уже сутки находился на планете. Собаки чувствовали себя нормально. А на Земле, в лабораториях «Космосиза» кипела работа: надо было максимально быстро и детально изучить образцы. Да, они были там, на корабле, а люди — здесь. Но лаборатория-то и на корабле была! Да, не такая, как здесь, но в ней всё было предусмотрено для изучения полученных образцов. Спектральный и химический анализ, вес, плотность и прочая, прочая.
Воздух пригоден для дыхания, ядовитых веществ не обнаружено, форм жизни — тоже. По крайней мере, вписывающихся в рамки человеческого восприятия. А так, кто его знает, кто знает.
Еще раз всё перепроверили и дали отмашку: «биообъект» выпускать!
Кто-то бы сказал, что, вот он — звездный час Влада: подготовленный им «биологический объект» делает первые шаги по другой планете. В другой галактике. Слава, известность, деньги!
Вот только для Влада этот час был никаким не звездным, а адским — сколько седых волос у него прибавилось и сколько нервных клеток сгорело, не знал даже он. Но вот седая прядь появилась. Её все заметили.
Кристалл единственный из всех «биообъектов» выходил на поверхность планеты. Потому что самый умный, самый способный, самый подготовленный. И, вообще — самый. Остальные собаки и не должны были покидать корабля. Летели для того, чтобы можно было изучить действие всех факторов на живой организм во время полетов по дальнему космосу. Экспериментальная группа, так сказать. Хотя, точнее будет, наверно, «подопытная» …
Для пса был подготовлен специальный скафандр, надевали его и всё проверяли с помощью специальных манипуляторов. Но, одно дело следить за датчиками и видеть, что вроде всё нормально, и совсем другое, если бы ты сам всё мог проверить. Своими собственными ручками. И быть рядом. Вот, представьте, что вашу собаку увезли куда-то, пусть даже в пределах Земли, на Северный полюс, например, выпустили там и…, и пусть за собакой следят самые разные датчики, и пусть есть страховочный трос, и пусть всё сто тридцать три раза проверено, но, как бы вы себя чувствовали? Вот, то-то и оно…
А здесь даже не Северный полюс, а совсем другая планета. И рядом не окажешься, если что. Вообще не окажешься. Если результат будет не тем, на который рассчитывают. Или что-то случится. Не дай Бог, конечно.
Программа-минимум была выполнена. Можно и обратно. Но, была еще и программа-максимум. На возможность её реализации мало кто рассчитывал, всё же первый полет так далеко, и расчеты с теоретическими выкладками могли оказаться далеки от реальности. Мало ли что зонд там нафотографировал, снял и проверил, он же на планету не приземлялся, да и она сама с того времени уже значительно переместилась по орбите… Куча неизвестных и неизведанных факторов.
Однако, корабль находился на планете уже почти двое суток (земных, естественно), и всё было не то, что штатно, а хорошо, очень хорошо. Можно даже сказать — идеально. И грех было этим не воспользоваться. Руководство полета и вышестоящее руководство совещалось недолго: программу-максимум решено было выполнить. По возможности, естественно.