Профессор, жги!

Академическая среда – бездонный кладезь сюжетов. Если главный герой – университетский профессор, автору это дает возможность порассуждать о вещах более возвышенных, чем адюльтер и мордобой, хотя и не без этого. Например, о поэтах-романтиках викторианской эпохи, как Антония Байетт, или о Рембрандте, как Зэди Смит. Темой может стать этика или эстетика, философия или религия. Эрудит-автор надеется на встречу с эрудитом-читателем, и, если это совпадет, доля счастья в мире станет чуточку больше. И всяческие стереотипы вроде того, что профессора – непременно зануды, тут не работают: взять хотя бы профессора из романа Ричарда Руссо «Непосредственный человек». Из сегодняшней подборки не все – новинки, но все заслуживают пяти звездочек.

Антония Байетт «Обладать»

…Как часто, решив не блуждать без пути, устроить свою жизнь по правилам, мы обнаруживаем, что решение наше запоздало, правила неосновательны, а выбранный путь, бывает, ведёт не туда.

…Человек – это история его мыслей, дыхания и поступков, телесного состава и душевных ран, любви, равнодушия и неприязни, история его народа и государства, земли, вскормившей и его, и предков его, камней и песчинок знакомых ему краёв, история давно отгремевших битв и душевных борений, улыбок дев и неспешных речений старух, история случайностей и постепенного действия непреложных законов – история этих и многих других обстоятельств, один язычок огня, который во всём живёт по законам целого Пламени, но, вспыхнув единожды, в своё время угаснет и никогда больше не загорится в беспредельных просторах будущего.

…Всё-таки не стихи сочиняются для барышень, а барышни существуют для сочинения стихов.

…Писатель превращается в настоящего писателя, лишь когда непрестанно упражняется в своём искусстве, работает с языком, подобно тому как великий скульптор или художник работает с глиной или с красками, покуда материал не станет его второю натурой, так что творец сумеет придать ему любую форму, какую только пожелает.

…Дружба есть чувство более драгоценное, более избирательное, более интимное и во всех отношениях более прочное, чем любовь.

Зэди Смит «О красоте»

…А я вот не спрашиваю себя, для чего я живу, — твёрдо сказала Карлин. — Это мужской вопрос. Я спрашиваю себя, для кого я живу.

…Ты слишком много пишешь — начни жить...

…Горько смотреть на то, что тебе никогда не достанется.

…Когда ты выключена из мира секса — состарилась, растолстела или просто не внушаешь известных чувств, — ты открываешь новый спектр мужских реакций. Одна из них — ирония. Ты кажешься им забавной.

Джон Уильямс «Стоунер»

…На сорок третьем году жизни Уильям Стоунер узнал то, что многим становится известно гораздо раньше: что человек, каким ты его полюбил, не равняется человеку, каким ты его будешь любить в итоге, что любовь – не цель, а процесс, посредством которого человек пытается познать человека.

…В ранней юности Стоунер представлял себе любовь как некое абсолютное состояние бытия, доступное тем, кому улыбнулась судьба; повзрослев, он стал думать о ней как о небесах ложной религии, на которые разумный человек может взирать либо с добродушным неверием, либо с мягко-фамильярным презрением, либо со смущением и ностальгической печалью. Ныне, в среднем возрасте, он начал понимать, что любовь – и не божественная благодать, и не иллюзия; он увидел в ней человеческий акт становления, состояние, которое поминутно и день ото дня творят и совершенствуют воля, ум и сердце.

…Иногда на него, погруженного в книги, накатывало сознание, что он почти ничего не знает, почти ничего не читал; и путь к желанному покою преграждала мысль, что у него слишком мало времени в жизни на всё это чтение и на всю эту учебу.

…Любовь и книги, – сказала однажды Кэтрин. – Что еще нужно?

Кроме того, академическая среда очень живо показана у Ричарда Руссо в «Непосредственном человеке»

и у Донны Тартт в «Тайной истории».