В предыдущей статье я рассказала, как ко мне приклеился иррациональный страх отсутствия туалета, отравляющий мою жизнь:
Далее прошло много лет странного существования. Панические атаки и тревога перестали одолевать меня просто так, дома я чувствовала себя здоровым счастливым человеком, но стоило перешагнуть порог, мысли возвращались к тревожному ожиданию позыва в туалет.
Так я и жила.
Заставляла силой себя гулять, посещать друзей, какие-то мероприятия, временами забывалась и действительно наслаждалась жизнью, но только по близости с уборной. Путешествия, поездки, экскурсии (сейчас поняла, что это слово вызывает ужас) и другие приятные вещи, где доступ к туалету мог быть ограничен находились под запретом.
Жизнь наседки, скучная, но терпимая. К врачу я так и не пошла, в моем понимании было кромешным кошмаром рассказать кому-то о своей туалетной фобии.
Всё изменилось, когда я родила первого ребенка.
Моя тревога вдруг ослабла и на её место взгромоздилась депрессия. Первая и, к счастью, последняя в моей жизни.
Я действительно не хотела жить. Роды были очень сложными, физическое состояние удручающим, три дня в роддоме я вообще не спала, потому что ребёнок постоянно плакал, а я дико переживала.
Домой я вернулась никакая. Малыш продолжал кричать, мне нельзя было сидеть и я часами качала его стоя, ноги отекли как у слонихи, всё болело, спала урывками максимум по два часа. И меня чудовищно накрыло.
Страшная, ужасная послеродовая депрессия, которую так любят выставлять выдумкой.
Жить не хотелось, к ребенку не было никаких чувств, просто хотелось, чтобы всё это закончилось, чтобы жизнь стала прежней, и я смогла принадлежать себе, спать, есть не на ходу, купаться. Это какой-то липкий кошмар, день сурка, где всё в тумане и тебе хочется либо убежать, либо повеситься.
Как-то я сама поняла, что мне нужен специалист, иначе это закончится плохо.
И пошла к частному психиатру.
Все эти события помню словно в бреду.
Мужчина врач постоянно отвлекался на звонки, оговариваясь, что у него есть «тяжелые» пациенты, словно а я-то пришла с какой-то жалкой проблемой, он задал пару каких-то вопросов о сне и мыслях о сyиcuде, и спросил: «Вы хотите сказать, что у вас послеродовая депрессия?». Этот вопрос меня удивил, вроде не я должна тут ставить диагнозы. У меня наворачивались слёзы, я отвечала, что не в моей компетентности ставить диагнозы, он снова отвлекался на телефон, а потом сказал: «решайте будете пить антидепрессанты? Это ваше дело. Я выпишу тогда рецепт, но грудью кормить надо бросать тогда». Я сказала, что подумаю, и он с радостью покинул кабинет.
Наверное, благодаря таким врачам, люди и уходят из жизни. Я вернулась домой уничтоженная. Это пренебрежение, безразличие закрепило мою мысль, что моя проблема действительно жалкая, она не стоит внимания, а я просто нытик.
На пару дней я погрузилась в бездну ада, мысли становились все страшнее, но меня это не пугало, пришло полное безразличие.
Дома все просто думали, что я устаю, а я думала лишь о том, что жизнь окончена, пора выходить.
И только мысли о ребенке, к которому я все ещё не чувствовала любви, но чувствовала огромную ответственность и удушающее чувство вины, что ему досталась такая убогая мать, заставили меня попробовать ещё раз. Пережить такой стыд в кабинете я больше не могла, но встретила молодого и располагающего к себе специалиста в интернете, психотерапевт вызвала мимолетную симпатию и я записалась на онлайн встречу.
На первом же сеансе терапевт предложила мне всё-таки согласиться на антидепрессанты и под ними начать терапию с ней, но я тогда, как и сейчас, очень боялась этих препаратов, поэтому мы встречались онлайн только для терапевтического лечения, наметился прогресс, я снова стала замечать солнце, плохие мысли ослабли, а вот чувства к ребенку начали крепнуть.
К сожалению, дальше произошел конфликт с мужем и ряд роковых ошибок, которые привели меня к сегодняшнему состоянию.
Об этом мы поговорим дальше.
А пока расскажите, каким был ваш первый поход к психиатру? Что вы чувствовали?
