Джаз, элитарный и адаптированный, с вокалом и без, сопровождает современного человека повсюду, наряду с любой другой музыкой, лишая возможности уединиться в телефонной будке, как в былые времена, и послушать, набрав "затерявшийся в памяти номер", что-нибудь из того, что не запрограммировано составителями плейлиста. Угадать в шуме начинающих зеленеть деревьев хаотическую турбулентность осеннего листопада...
Знакомство с этой певицей происходит в зоне встреч, которые бывают в жизни только раз. Посредником выступает песня, подчас весьма неожиданная - патефонное эхо первой мировой, сложнейшие пьесы Брайана Уилсона, потусторонние настолько, что слушателю кажется, будто они ему снятся, так же, как приснись своему создателю. Не уверен, но, вполне возможно, что эта певица первой среди мастеров старшего поколения оценила магическую музыку Бич Бойс.
У каждого артиста имеется вещь, которую преображает крохотный кристаллик личной горечи. Так поступил Синатра, внеся изменения в текст I'm a Fool to Want You. Одну из двух песен, придуманных Элвисом вместе с Сонни Уэстом, делает шедевром призрачный флер пережитой трагедии, подробности которой знать совсем не обязательно.
I'm a Fool to Want You была подхвачена повсюду "ветром и людьми", её не может испортить самое дилетантское исполнение, чреватое составлением протокола. That's Someone You Never Forget навсегда останется монологом Элвиса, уверенного, что "предназначенное расставание означает встречу впереди".
Свой маленький "yesterday" Кармен Макрэй сочинила в девятнадцать лет (при участии Лютера Хендерсона), и это, изумляющее зрелостью, произведение, подобно вещи Элвиса, не вошло в число востребованных стандартов, зато первый запись этой композиции осуществила Билли Холидей.
В авторском исполнении Dream of Life прозвучала лишь в 1957. И, как это происходит всегда, если за песню берется Мисс Джаз, она предстала в ином свете, подобно другим стандартам, воскрешаемым в ту же пору Синатрой, как полузабытым, так и успевшим примелькаться.
Кармен и Фрэнк почти синхронно, отреставрировали We'll be Together Again, каждый по своему, зарядив это напутствие уходящей любви неиссякаемой дозой гипнотического оптимизма.
Сохранилось видео передачи Juke Box Jury, где мисс Макрэй безжалостно критикует сентиментальную новинку одной из "священных коров" рок-н-ролла, преподавая бесценный урок хорошего вкуса, нормам которого предстояло измениться самым катастрофическим образом.
Однако эта вивисекция нарочито пафосной баллады Орбисона, не помешала проникновению поп-шлягеров в репертуар рафинированной Мисс Джаз. Разуммется, все вещи облегченного жанра проходили строжайший отбор, и ни одна не пострадала от прикосновения, скажем так, "снежной королевы", сохранив свою незатейливую и хрупкую красоту.
Осмысленное разнообразие материала не дезориентирует, а скорее, наоборот, выправляет рассеянность, излечивает от верхоглядства, чьи пагубные последствия мы видим на каждом шагу. Учит присматриваться и прислушиваться к тому, что так легко упустить.
Позитивный эклектизм, или, если угодно, энциклопедизм, сближает мисс Макрэй и Сэмми Дэвиса, с которым она легко и беззаботно записала целый альбом безупречных дуэтов. Ведь мистер Дэвис так же уделял внимание молодежным ритмам, не забывая и про материал довоенного качества.
Помимо очевидных удач на джазовом поприще, в солидной дискографии Кармен Макрей красуется отдельный альбом произведений Ноэла Коварда, чей поэтический дар не уступал таланту мелодиста, в джазовых тонах. Классик мировой и британской драматургии, сэр Ноэл гениален в великом и малом, и ариетки, написанные им к собственным пьесам, нелинейно соединяют остроумие Оскара Уайльда с Брехтом и Вертинским.
Очень может быть, что замысел, осуществленный Кармен Макрэй, не имеет равных аналогов в популярной культуре двадцатого века. Владение словом, отточенное десятилетиями клубных выступлений мисс Макрэй, таково, что сопротивляться её увещеваниям и перевоплощениям бесполезно.
И это не лицедейство не показное лицедейство, сформулированное "На дне":
Образование — чепуха, главное — талант. Я знал артиста... он читал роли по складам, но мог играть героев так, что... театр трещал и шатался от восторга публики...
Не профессиональная наглость простолюдинки, изображающей аристократку там, где не знают, кто она и откуда.
За ним - интеллект, неагрессивный атлетизм могучей личности, знающей цену и недостатками и достоинствам не понаслышке. Взгляд дочери эмигрантов с Ямайки сквозь прутья ограды гетто,, и взгляд детективной писательницы мисс Мокридж, знающей с чего всё начнется, и чем всё закончится в пьесе "Опасный поворот"...
Carmen Mercedes McRae (8. IV.1920 – 10. XI. 1994)
