Найти в Дзене
Стакан молока

Находчивый дятел

Зима для птиц – это борьба за выживание. В Подмосковье теперь не сеют, скот не держат, а потому поживиться пернатым особенно нечем. Чтобы поддержать птиц, посещающих мой участок, я каждую осень привожу из деревни два мешка чёрных семечек. Завсегдатаями чаще были синицы. Они кормились рано утром, затем куда-то улетали, а к вечеру снова таскали семечки из кормушки и, усевшись на ветках и кустах, ловко их шелушили, доставая маслянистые зёрна. Иногда прилетали воробьи. Вели они себя нагло, но по-хозяйски. Как правило, воробьёв было больше, они прогоняли синиц, облепляли кормушку, разбрасывали семечки и начинали драться. Но если этих забияк было мало, то их гоняли уже синицы, и воробьи были вынуждены сидеть в стороне, дожидаясь своей очереди. Воробьи не посещают висящих и качающихся кормушек, поэтому для синичек мне пришлось подвесить на дереве щиток из фанеры. Прилетали и красногрудые снегири. Вели они себя степенно, я бы сказал, с птичьей интеллигентностью. Они садились красными новогодни
Рассказы о природе / Илл.: Художник В. Федотов
Рассказы о природе / Илл.: Художник В. Федотов

Зима для птиц – это борьба за выживание. В Подмосковье теперь не сеют, скот не держат, а потому поживиться пернатым особенно нечем. Чтобы поддержать птиц, посещающих мой участок, я каждую осень привожу из деревни два мешка чёрных семечек.

Завсегдатаями чаще были синицы. Они кормились рано утром, затем куда-то улетали, а к вечеру снова таскали семечки из кормушки и, усевшись на ветках и кустах, ловко их шелушили, доставая маслянистые зёрна.

Иногда прилетали воробьи. Вели они себя нагло, но по-хозяйски. Как правило, воробьёв было больше, они прогоняли синиц, облепляли кормушку, разбрасывали семечки и начинали драться. Но если этих забияк было мало, то их гоняли уже синицы,

и воробьи были вынуждены сидеть в стороне, дожидаясь своей очереди. Воробьи не посещают висящих и качающихся кормушек, поэтому для синичек мне пришлось подвесить на дереве щиток из фанеры.

Прилетали и красногрудые снегири. Вели они себя степенно, я бы сказал, с птичьей интеллигентностью. Они садились красными новогодними шариками на лиственницу, издавали громкие отрывистые звуки, затем спускались на снег и подбирали разбросанные воробьями и синичками семечки. Иногда они залетали в кормушки, если там никого не было.

Однажды для синиц я подвесил на шнуре кусочек свиного сала. Они его очень любят. К вечеру от него остался небольшой огрызок с крупными вмятинами от клюва. Я был озадачен. Так быстро синички с салом расправиться не могли. Сороки и вороны тоже. Обычно они своими мощными клювами отрывали кусок и уносили подальше от участка.

Подвесив очередной кусочек лакомства, я стал посматривать из окна в сторону кормушек, надеясь увидеть таинственного посягателя на сальце. Долго ждать не пришлось. Вспугнув синиц, подлетел дятел и стал крутиться вокруг подношения. И так сядет и эдак, а взять не может: от удара клювом вожделенная пища раскачивалась из стороны в сторону, словно маятник на часах...

Долго приноравливался лесной кузнец к салу и, наконец, сообразил. Подлетев снизу, он вцепился в него коготками и повис головой вниз. В таком положении дятел стал спокойно клевать своё лакомство. Минут через тридцать он улетел, оставив синичкам жалкий огрызок трапезы.

Пришлось подвешивать теперь несколько кусочков: побольше для дятла, а маленькие – для синичек.

Продолжение здесь
Tags: Проза Project: Moloko Author: Гуров Александр
Начало повествования здесь