Который день сажусь за комп и который день обратно его выключаю. Я, знаете, не умею вот в это: картинки со свечками, журавлики, туда-сюда. Хорошо, если кому-то это помогает пережить. Мне нет.
Я все выходные генералила квартиру. Когда руки заняты, то и голове легче. Мотя, правда, предлагал альтернативу в качестве личного пуза:
- От сердца отрываю фактически, - говорил он мне, растягиваясь на пороге, - чеши!
Но работало плохо. Вот под ванной полы отдраить – оно получше. Под ванну я, разумеется, помещаюсь только плашмя. То есть полтуловища под ванной, пузом лежишь перед стиральной машинкой, а ноги торчат в коридор. Чем Мотя не преминул воспользоваться. Пока я пыхтела в подванную темноту, он плюхнулся мне на колени – с обратной стороны, разумеется, – и плотно закрепился когтями.
Я орала минуты три, мол, Мотя, что ты делаешь, мне больно, пошёл прочь – и другие подобные глупости. Мотя реагировал примерно никак.
Потом я размышляла, как бы мне так подняться, чтобы когти не содрали с меня слой стружки. Любые попытки пошевелить филейной частью, чтобы стряхнуть с себя несколько кило кота, заканчивались тем, что когти впивались глубже в эту самую филейную часть.
Верхняя часть меня была плотно зафиксирована ванной. И я уверена, что Мотя с академическим любопытством наблюдал за конвульсивными дёрганиями выше упомянутого филея.
Наконец на помощь – или на мои истерические выкрики – пришел Зёма и что-то там такое сделал, отчего Мотя резко перестал испытывать моё терпение и тяжёлым галопом поскакал в сынарник. Не знаю, возможно, Зёма показал Моте язык. Или погрозил ему сухоньким кулачком. Или, зажмурившись, плюнул прямо на Мотин тщательно оберегаемый хвост.
Но то, что он пришёл меня выручать, поступившись собственными принципами «лишь бы не меня» – это факт. Звезда моей души и сердца! Ликалепный, одним словом.
И вы знаете… реально начало отпускать. И можно стало дышать. Ну и вообще как-то жить.
А ещё я собралась и поехала в лес на лыжную базу. Лес – лучший бальзам для моих нервов. Там было тихо и безлюдно. Потому что для лыжников, которые на нормальных лыжах, снег уже мокрый и рыхлый. А для лыжников, которые на колёсиках, ещё не сезон. Зато там орали птицы. У меня не поворачивается язык сказать, что они пели! Если считать это пением, то я категорически заявляю, что я тоже умею петь!
Словом, там было холодно, но хорошо. А ещё там было мокро. Кой ляд дёрнул меня сойти с дорожки и пройти по упавшему дереву над болотцем? Впрочем, наличием большого количества мозгов я не хвалилась никогда. Просто, знаете ли, захотелось! Типа я Алёнушка и красиво сейчас сяду вон на том пенечке на другой стороне болотца.
Примерно на середине бревна под моей ногой с сырого ствола соскользнула кора, я начала падать в болотце. И только мысль о том, что до машины мне пилить с километр в абсолютно мокрой одежде, температура воздуха едва выше нуля, а рядом ни души, придала мне сил, ловкости и грации (да-да!). Поэтому я благополучно ухватилась за какую-то торчащую ветку и вскарабкалась обратно на бревно, не долетев до поверхности воды буквально несколько сантиметров. Куда-то врезалась ногой, располосовала ладонь, спину мне тоже скрутило, но!..
Теперь у меня огромный синяк в полноги, на ладони пластырь, я сижу, замотав спину пуховым платком. У меня болит всё тело, но меньше болит душа. Хотела отвлечься? Отвлеклась. Чего тебе не нравится?!
В общем, сентенция о правильной формулировке желания работает в любом случае.
И именно об этом сегодняшнее письмо от барышни Аллы, извлеченное из моих заплесневелых почтовых закромов!
Оно так и называется:
Сказ о том, как я чего-то захотела наконец-то, на самом деле кого-то, но это я не сразу поняла!
Для всех напоминаю: слова автора письма написаны вот таким шрифтом. И чаще всего в авторском тексте я практически ничего не меняю.
- Ну, у меня ить как? Чего хочу – не знаю, чего знаю – не хочу.
Ну так это ж нормальная женская практика. Вечно же чего-то хочется: то ли замуж, то ли семечек. Я в таких случаях действую по принципу «упал-отжался». Но заменяю мытьём плиты. Плиту я мыть не люблю, поэтому организм как-то сразу определяется, чего он хочет и хочет ли вообще. Не знаешь, чего хочешь? «Упал-отдался!» (пардон, это опечаточка, там клавиши рядом стоят просто)
- Давненько это повелось. А тут вдруг после нового 2015 ка-а-ак ЗАХОТЕЛА! Аж пятки чешуцо! Бальшова рыжева ката! И прям чувствую, у нас с ним взаимно!
Ого, давненько это было, оказывается. Аж восемь лет назад! Так что от лежания в моём почтовом ящике история не слишком-то и устарела, яличнощитаю.
- Ну, что делать? Инет в помощь. Связалась с тетей Олей, владелицей котовника, тоси-боси…
Тут мне не совсем понятно: «тоси-боси» - это название котовника, тьфу, питомника? Или порода кота? Этих фелинологов не разберешь, где у них порода, а где название окраски. «Ред-пойнт» - это ж язык сломаешь! Нет бы по-русски, мол, беленький котик с рыжими ушками и носиком. Ликалепный! А то… Так что я уже никаким тосям-босям не удивляюсь.
Впрочем, полагаю, это просто такое языковое ответвление от «тыры-пыры», «ля-ля-тополя» и «тудымы-сюдымы». Тоси-боси… отлично.
- «Котик созреет к осени, с вас ТРИДЦАТЬ СЕМЬ ТЫЩ!»
Тридцать семь? Тридцать семь??? Нехилый такой урожай, я вам скажу! Я, конечно, всегда любуюсь породистыми котиками на выставках, но за тридцать семь тыщ мой внутренний еврей задушит меня голыми руками.
- Я такая: мол угу, понила, ваще недорохо (сыграла хорошо, конечно *гордицо*) трубочку положила, а сама думаю: «Нучо, гамновапроц! Деняк у меня как его же за баней. Только это неточно».
Тридцать семь тыщ! Ну не… у нас за баней было как-то поменьше, точно вам говорю. За кота! Махайте на меня, махайте!
- Надо искать работу! Иначе не видать мне желанного кота…
Хм… очень, очень разумное решение. Я тоже всегда так делаю: как только на коммуналку не хватает или там на хлеб с молоком, я тоже сразу на работу иду. Прям каждый день! Только, понимаешь, начинаешь откладывать на отпуск на Мальдивах, как то молоко закончится, то трусы порвутся. Так и живу без Мальдив!
- И ка-а-ак только деньга была у меня в кармашке – я уволилась. Вы только не подумайте, что я там буржуин, олегарх или свецкая какая там львица.
Уже подумали, поздно!
- Не-е-е, я – как все вы, иногда последний хрен без соли доедаю, иногда все в порядке. Короче – переменный успех, но я верю, что он вырастет и станет перманентным! Чего и вам желаю!
А вот за это отдельное спасибо. Знать бы еще, что такое, этот успех. Я его что-то и не видала особо, встречу – не узнаю…
- Тетя Оля сказала, что кота будут величать Фараон. Мы долго не могли придумать, как же его называть коротко, но потом бы-ы-ыстро освоились: на первых порах звали просто Фара. Потом всеми словами с буквой ФЫ, а потом просто Фарид Алексеевич.
Не так уж много в русском языке слов на букву «фы»! Фанфарон, фонарь, ферзь, флаг. Фугас!
Но Фарид Алексеевич лучше, однозначно. Татарин?
- И вот где-то вроде в сентябре въехать к нам царь пожеламши! Боже, явление царя народу было фееричным, словно слонышко засветило в каждом уголке этого мира! Я была так счастлива! Мои домочадцы ликовали! Они запрещали мне говорить, двигаться, моргать, когда царь усаживался на трон, ой, горшок. Это чтоб не спугнуть процессы и не расстроить царя!
Кане-е-е-е-ешно! За тридцать-то семь тыщ! Да за таки деньжищи я и сама бы за процессы переживала! И горшок, поди, золотым песком наполнен, не иначе. Для царстввенной-то задницы.
- Государь ходил по покоям, одаряя нас взглядом, выражающим только одно: я смотрю на вас всех, как на гамно. Челядь! Не трожь царя, он не повелевал грязной дланью твоей нарушать покой и спутывать меха горностая. А вот когда снизойдет правитель до ласк, то трожь только то, что царь разрешит, а если ошибешься – нет тебе пощады, доставай бинты и зеленку.
Эдак отдай тридцать семь тыщ, а потом ходи, как по минному полю: тут не моргни, тут не почеши. Не, я б так не смогла. У меня внутренний еврей очень практичный. На работу сходила? Сходила. Деньги отдала? Отдала. Значит, моё!
Вообще, в моей жизни меня до бинтов рвали только два кота. Один, дворовый Бандит, отец моего приснопамятного Мурзика, и это было давно. А второй был Кудрявый, он дорого продавал свою свободу. Всех остальных я перехватывала за лапы и энергично чмокала в лоб. Вы знаете, что когда кота чмокаешь в лоб, он цепенеет и далее позволяет делать с собой все что хочешь? Не знали?
И правильно. Это я только что придумала.
- Чо ты захотела? Помыть царя? Наивная! Ты наивнее всех чукоцких жэнсчин! На, получи вспоротые вены!
Божечки-кошечки, как вы там выжили вообще?! Может, проще было сразу загипсоваться с ног до головы? Да, не шибко удобно, зато какая безопасность! И комары не покусают.
- В общем, мылся Фарид Лексеич за все 8 с половиной лет четыре раза: первый, когда вены мне вспорол, да три в салонах красоты, где ему его царская скромность, хе-хе, не позволила матами выражовываца да клешнями махать и зубьями клацать.
То мало отдать тридцать семь тыщ, его ещё и стирать потом надо?! Он не самоочищающийся?! Неэкономный вариант, ей-богу. Мотя за двенадцать лет в нашем доме был мыт дважды. Первый раз – сразу по прибытии в наш дом, ибо нужно было избавиться от помоечных запахов. Второй раз я стирала всю братию после обработки противолишайным лосьоном, когда лечила Кудрявого. Зёму, пожалуй, мыла на пару раз чаще. Ну так ему и лет поболее.
Во все остальные годы наша троица в режиме самоочищения. Вы посмотрите, может, там недокомплект? Или какую-нибудь кнопку вы забыли нажать?
- Трапезничал правитель на первЫх порах говядиной да кормами заморскими, у меня слюни текли от зависти. Пил Фара только из огромных мисок и только один раз, предварительно размешав воду лапой и пролив добрую половину, а потом вода уже была тухлая, это он сам нам сказал, да.
Поэтому он предпочитал утолять жажду в ванной из-под крана, чтобы точно не отравиться. Спал везде, где ему приглянется, повелел терем ему построить с хоромами белокаменными. Было исполнено.
Я поняла. Это как с машиной. Купил жигуль – и он возит тебя безропотно, ночует во дворе у дома, ест девяносто второй бензин и не вы... не выпендривается. Мыть его можно раз в год под апрельским дождем.
А потом раз – и купил бэху. Или гелик. И всё, попал. Гараж, два комплекта резины, девяностой восьмой бензин, мытье с шампунем, воск, тоси-боси (пригодилось слово-то!). А он тебя два раза на дачу свозил и всё, устал.
- Вощем, товарищи, чувствую себя крестьянкой на службе у государя, но ни секунды не жалею ни о чем: ни о волосьях Фаридиных везде и кругом, ни о его блёвиках посреди ночи (это отдельная песТня), ни о его крутом нраве и упрямстве. Фарулька – чудо мое расчудесное, люблю его до неба!
Во-о-о-от. Я так и знала! Это называется «стокгольмский синдром», и все кошатники им страдают. Хотя какие там страдания, да? На самом деле, все кошатники им наслаждаются!
- Только бы вот еще чего вдруг не захотеть. Так на работу не хочется.
З – зависть! Прекрасно, когда есть выбор. И Фарид Алексеевич, конечно.