Лена сидела за столом и смотрела на ревущую Катьку, которая размазывала по лицу тушь, помаду, слезы и сопли.
— Ленка, Ленка, — чего мне делать? А? Что делать-то теперь? Это же всё, это крест, я скоро умру.
— Во-первых, успокоиться, во-вторых, протрезветь, в-третьих, завязать с такой жизнью, в-четвертых, сходить в больницу и пересдать все анализы, — строго сказала старшая сестра Лена.
— Думаешь, всё так просто и легко? — подвывала Катя.
— Да, начинать нужно по пунктам. Пей чай и иди ложись спать, завтра всё обговорим. Успокоительные никакие тебе сейчас не помогут, ты слишком пьяная, а вот сон тебе сейчас просто необходим.
Елена встала со своего места, подхватила сестру под руку и попыталась поднять.
— Нет, нет, Ленок, я сама, сейчас только чаю глотну и пойду.
Катя одним махом выпила немного подостывший чай, встала со своего места и, покачиваясь, пошла по коридору. Лена разместила ее в маленькой комнатке, которая периодически служила кабинетом для нее и мужа. Она уложила сестру на диванчике, укрыла ее пледом и поставила рядом тазик.
— Спи, утро вечера мудренее.
— Какая ты хорошая, Ленка, прости меня, непутевку, только мамке пока ничего не говори.
— Хорошо, не буду, всё равно анализы надо будет еще пересдать, а потом уже от этого плясать, - успокоила старшая сестра.
Лена прикрыла за собой дверь и направилась на кухню. Там она достала рюмку, накапала туда успокоительных капель и развела водой. Сердце и душа болели за младшую сестру. катя всю жизнь была такой, как мама говорила - оторви и выбрось. Она лазала по заборам и деревьям, убегала от собак, перед этим дразня их и кидаясь в них палками, дружила с мальчишками и впутывалась в неприятности. Одежда на ней просто горела, а Лена с ужасом смотрела с какой скоростью сестра уничтожает вещи, которые ей стали малы
В пятнадцать лет Катя влюбилась и убежала из дома с мальчиком. Родители Ромео через два дня вернули ее на место. Сбегали они вдвоем еще пару раз, а потом сестрица нашла новый объект воздыхания и постоянно торчала около него. На радость маме, он не обращал на нее внимания. Однако Катерина решила, что не стоит так жить и решилась покончить с собой. Она слопала целую банку витамина С. Естественно не умерла, но заработала шикарную сыпь на все лицо и тело, и быстро перестала думать о своем возлюбленном, когда чешешься, то сложно представлять в романтическом свете кого-то и себя рядом с ним.
В семнадцать лет Катерина пришла с выпускного домой и сообщила маме и сестре, что она беременна и собирается рожать, и учиться дальше не планирует. Маму тогда отпаивали валерьянкой. Но все разрешилось благополучно. Молодой человек заделавший ей ребенка оказался порядочным и женился на ней. Прожили они с ним три года, родили за это время двоих детей - старшую Софию и младшего Петра. Через год после рождения сына Катерину понесло во все тяжкие.
Валера пытался с ней как-то бороться, призывал к совести, собирал семейные советы, возил к психологу, наркологу и даже психиатру. Но все было тщетно. Промучившись так с ней еще полтора года, он в очередной Катин загул закинул детей к своим родителям и уехал за длинным рублем в Москву. Ипотечную квартиру Валера оставил бывшей жене и детям.
Катя выйдя из загула с удивлением обнаружила, что дома ее никто не ждет. На полгода она притихла, устроилась на работу, водила детей в садик, пыталась наладить отношения с бывшим мужем. Валера регулярно оплачивал ипотеку и присылал немного денег на детей, но связываться с Катериной больше не желал.
Однако через полгода ее лядская натура возобладала над разумом и ее опять потянуло на приключения. Дети были оставлены на попечение бабушек и дедушки. Свекровь со свекром постепенно самоустранились, и вся нагрузка легла на плечи мамы Кати и старшей сестры Лены. Нет, конечно, Катю периодически мучала совесть и она на пару месяцев могла стать примерной матерью, начинала заниматься детьми, устраивалась на работу. Однако сценарий всегда был одним и тем же - она встречала очередную любовь всей ее жизни и отправлялась в загул.
Кого только у нее не было, с кем только она не гуляла. Как-то она познакомилась с рокером-байкером и колесила с ним по стране. Почти полгода продержался их союз, но Катя застукала его с поклонницей и сломала об него его гитару, порезала ему колеса на байке и вернулась обратно домой зализывать свои раны. После этого она вела себя прилично три месяца, а затем стала встречаться с женатым соседом. Тут их поймала соседка на горяченьком и пересчитала все волосики на ее крашенной головке, выдернув по ее мнению лишних пару пучков.
От такой обиды Катя собралась и рванула работать на Черное море. Там у нее случился роман с хозяином кафе. Его жене было все равно, лишь бы общепит приносил денег. С морей Катерина приехала не домой, а к фермеру в деревню. В этот раз ее поймали за этим делом в сарае с работником. Фермер отходил негодную сожительницу граблями по спине и выгнал в чем была, кидая ей в спину резиновые изделия: галоши, шлепки, сапоги. А ведь мужчина-то был порядочный и никогда не позволял себе поднимать руку на женщину, но вот случилась с ним Катерина, и он отступил от своих принципов.
Потом она целых два месяца была ждулей, но быстро наигралась в это. Катя посчитала, что это слишком накладное занятие, надо возить передачки, кидать деньги на телефон, и вообще тратиться, а она к такому не привыкла. К тому же с возлюбленным своим слишком часто не получается встречаться, да и встречи эти тоже нужно "подогревать". Мужчинка для порядка ей поугрожал, да нашел очередной объект воздыхания по совместительству спонсоршу его отсидки.
Дети все это время болтались по родственникам, но в основном жили с бабушкой. Иногда их забирали свекры. Старшая Софийка как-то пришла в гости к тете Лене, старшей сестре Кати, да там так и осталась жить. В отличие от мамы, девочка была умненькая и целеустремленная. С дочерью Лены Наташей у них разница была всего в полгода, и девочки между собой дружили. Кроме Натальи, у Лены было еще двое детей — погодки Сеня и Олежка.
В последнее время Софийка отказывалась контактировать с матерью, брезгливо морщила нос и отворачивалась, когда Катя приезжала к сестре. У девочки не было желания жить несколько недель с гулящей матерью. В последний раз она с ней разругалась, назвав ее нецензурными эпитетами.
— Ленка, что же это творится. Она меня ш-хой назвала и сказала, что я по мужикам прыгаю, как белка по забору, — удивленно таращилась она в сторону уходящей дочери.
— У нее подростковый возраст, что ты от ребенка хочешь. Вспомни себя в двенадцать лет.
— Я в этом возрасте с матерью так не разговаривала.
— Так мама наша, дай бог ей здоровья, о мужиках и не думала. К тому же ты творила совсем другие вещи.
— Еще ты меня осуди, — сердито зыркнула на нее Катерина, — Петька тоже со мной разговаривает через губу, а я, между прочим, им подарков привезла. Софийке вот платьице в розовую оборку с вышивкой и куклу.
— Катя, ей двенадцать лет, какое платье в оборках. Она носит мешковатые свитера и широкие джинсы. Да и куклами она никогда не играла. Сейчас у детей совсем другие интересы.
— И тут я вам не угодила, — обиделась Катя.
Она немного посидела у сестры в надежде, что дочь к ней выйдет и они поедут вместе домой, но так и не дождалась. Уехала с обидой на Софийку и сестру, считая, что та настраивает дочь против нее. Все же ей удалось забрать младшего сына у мамы. С Петей они провели чудесные две недели, а потом она встретила его — будущего космонавта. И снова у нее закрутилась любовь. Космонавт периодически закидывался интересными таблетками, которые почему-то называл марками. Говорил, что это ему помогает расслабляться после тяжелых нагрузок на космодроме.
Три месяца продлилась такая неземная любовь, а потом его приняли по дороге домой вместе с его марками и другими интересными веществами для выхода в открытый космос. Благо, за это время Катя не успела подсесть на эти средства, расширяющие сознательное и бессознательное. Как она говаривала, и своей ду-ри достаточно, зачем мне еще и такое употреблять.
Квартиру обыскали, но ничего такого не нашли, не успел, видать, донести до нее. Катерину таскали на допросы, и после этого она снова притихла. Нашла работу поваром в небольшом кафе, а после того, как сдала все необходимые анализы, в ее крови обнаружили тот самый вирус иммунодефицита человека и гепатит С — прощальные подарки от ее любимого космонавта, а может, и не от него, а от того самого, который отбывал не последний срок в своей жизни или еще от кого. Хоть она и говорила, что она честная женщина и со всеми мужчинами была только по любви.
Узнав новости, Катя напилась и поехала жаловаться сестре на свою тяжелую долю. На Лену снова свалился груз забот, который ей подкинула младшенькая. После того как Катерина проспалась, сестра записала ее в платный центр на анализы. К сожалению, всё подтвердилось. Пришлось сдаваться в центр, который занимается этими болезнями. Катя очень сильно страдала, пыталась заглушить свою боль в алкоголе, но это не помогало. Везде ее поддерживала старшая сестра Лена. Она и выслушивала, и записывала к врачам, и оплачивала платное лечение.
В центре ее заставили пройти других врачей и назначили специальные лекарства, благо давали их бесплатно. Катерина работала с психологом, регулярно его посещала. О мужчинах в этот момент она не думала, но и детьми не торопилась заниматься. Сейчас все ее мысли были заняты болезнью и, может быть, даже скорой смертью.
— Мама, за что это всё мне? — спрашивала она мать, сидя на кухне и мотая на кулак сопли.
— Катя, ты не обнаглела случаем? — спросила возмущенно мама.
— Ты какой образ жизни ведешь? Еще удивительно, что эта болячка тебя в этом возрасте догнала, а не раньше. И только болячка, а не проломленный череп, как награда за все твои похождения.
— Но я же не алкоголичка, - сердито глянула Катя.
— Но гулящая дама, - возразила ей мама.
— Как ты можешь? Я тонкая натура и часто влюбляюсь, и еще свою единственного.
— Ты могла бы его искать не так бурно, — сердито сказала мать. — Забери к себе хотя бы Петьку, я с ним уже не справляюсь. Да и возраст у меня уже такой, что хочется покоя, а не воспитывать мальчика на пороге подросткового возраста. Слава богу ты меня больше внуками не одарила, а то при твоем образе жизни могло быть такое количество детей.
— Мама, прекрати, не такая я уж и пропащая.
Катерина после этого разговора все же забрала сына к себе. София возвращаться к матери не захотела. Она упорно училась, а мать бы ей в этом процессе мешала.
Через полгода Катерина свыклась со своими диагнозами, а потом в центре познакомилась с ним. И снова ее захлестнула волна страсти. Объект возжелания работал на стройке плиточником. Зарабатывал очень хорошо и мог обеспечить полностью свою любимую и ее сына. Жили они втроем хорошо и дружно, пока Катя не стала строить глазки дворнику-узбеку. Тогда ее нынешний сожитель легонько тряхнул за грудки, заглянул ей в глаза и тихим голосом сказал: «Убью». С тех пор Катерина перестала гулять, но иногда посматривала налево, но сразу вспоминала лицо своего сердечного друга и сразу понимала, что он сможет сделать что угодно, а умирать в ее ближайшие планы не входило.
Софийка закончила школу с золотой медалью и уехала поступать в престижный вуз в Москву. Иногда звонила тетке Лене, хвасталась успехами, общаться с матерью она не стремилась. Петр пошел по стопам матери и начал фестивалить уже в тринадцать лет, ни уговоры матери, ни разговоры с бабушкой, ни угрозы отчима не влияли на его любвеобильную натуру. Он также убегал со своей возлюбленной, как когда-то делала его мать, также пытался покончить с жизнью от несчастной любви, также бегал на свидания с разными девицами. Он вырос чертовски обаятельным бабником.
Катька иногда сидела у сестры за рюмкой чая и с ностальгией вспоминала те развеселые прошедшие времена. Лена же в этот момент думала, что как же вовремя заболела ее сестра и смогла остановиться в своих загулах, которые могли неизвестно к чему привести. Да и благодаря болезни Катя нашла своего нынешнего супруга, с которым проживала вполне себе счастливо уже несколько лет.
Конец.
Пы.сы. Герои выдуманы, а все совпадения случайны.