Зачем я это делаю? Наверное, чтобы наконец-то увидеть ЭТО своими глазами и вылечиться?
Я устала. За эти два года, что замужем, устала от такой жизни. Устала быть той, кем сейчас являюсь: ненужной, нелюбимой и несчастной.
Поднявшись на двадцать пятый этаж башни многоквартирной высотки, где во владении есть шикарная и элитная квартира у моего дорогого и любимого для меня мужа. Я здесь впервые за два года нашего брака с Андреем Востровым. Прекрасно знала о ней, и кто проживает в этой квартире. Но меня в этом месте никогда не ждут, да и запрещено тут появляться.
Вынимаю из сумки электронную карту, которую украла у мужа. Прикладываю к дверному замку, происходит негромкий писк и загорается зеленая лампочка. Тихо открываю дверь и бесшумно прохожу в идеально блестящий холл. Пол из мраморной плитки сверкает чистотой, на пороге ботинки мужа и множество разной женской обуви. Не мои. Расстегиваю свои белоснежные босоножки на тонкой шпильке, чтобы не стучать по мраморному полу и не выдать свое присутствие. Обвожу взглядом убранство: красиво! Все здесь шикарно и в современном стиле. Квартира обставлена со вкусом. Только чьим?
Ступаю босой стопой на зеркальный пол, вздрагиваю от обжигающего ледяного холода. В моей груди точно такой же, и я уже к этому привыкла. Иду по широкому коридору, слышу приглушенный смех. Направляюсь по интуиции, точнее по мере приближения голосов. Догадываюсь, что моя цель находится в конце коридора.
Так и выходит, за закрытой дверью, слышу голоса, переплетенные с мужским и женским.
В груди на бешеной скорости стучит истерзанное сердце, уже заранее зная, что происходит за закрытой дверью. Но мне это надо! Надо увидеть собственными глазами, чтобы вытравить, искоренить больную любовь к мужу. Если раньше я представляла, то теперь, хочу увидеть и очиститься от иллюзий, от чувств.
Толкаю дверь и медленно открываю. И вместе с этим мое сердце замирает, источая адскую боль. Это просторная светлая спальня, в стиле минимализма. В нос моментально бьет запах любви.
Мой муж и его любовница на широкой двуспальной кровати.
Я забываю дышать, когда вижу их своими глазами. В горле застревает такой огромный ком обиды и разочарования, будто шею стискивает невидимой цепью с острыми шипами, причиняя жгучую боль.
Это больно, адски больно. Хочу разрыдаться и умереть. Но вместо этого сдерживаюсь и заставляю себя смотреть, чтобы наконец излечиться и больше не чувствовать к этому человеку НИ-ЧЕ-ГО.
«Смотри, Женя, смотри! Не вздумай отворачиваться и сбегать как трусливая девочка! Смотри, слышишь? Смотри и выдирай с мясом из своей груди то, что ему никогда не было нужно!»
Она красивая и стройная брюнетка, с длинными ногами как у модели. По сравнению с ней, я моль и невзрачная девушка с волосами цвета пшеницы, маленького роста и худая как тростинка. Мое тело как у не сформировавшегося подростка: угловатая фигура, узкие бедра, плоская грудь.
Господи, дай мне сил, очень тебя прошу, дай! Больше не хочу этого всего. Его не хочу, и тем более взаимных чувств, о которых мечтала почти пять лет.
В какой-то момент Лариса поворачивает голову в мою сторону и ее большие карие глаза раскрываются еще шире. Она издает визг от моего присутствия. Испугано отскакивает от Андрея.
Андрей в растерянности наблюдает за “любимой”, и поняв, что она смотрит в сторону двери, поворачивается. Наши глаза встречаются, при этом я чувствую ликование, что смогла их обескуражить. В его глазах вспыхивает страх и растерянность.
— Женя?! Что ты здесь делаешь?!
«Пытаюсь излечиться», хочется сказать ему, но стойко молчу, смотря в его красивые и такие любимые серые глаза.
— Андрей, нам надо поговорить, – негромко и дрожащим голосом произношу слова, которые уже несколько недель мечтаю озвучить.
Он недовольно хмурится. Встает с кровати.
Так болит в груди, что впору закричать и наброситься на него с кулаками, но стойко стою на месте, не желая даже сдвинуться. Держу себя в жёстких рамках, чтобы только не показать мужу свою слабость, насколько сейчас раздавлена и разбита. Внутри уже давно все кровоточит, там нет живого места, и давно привыкшее к мучительной боли.
— Другое время не могла найти? – произносит с недовольными нотками в голосе.
— Не могла, – хрипло отвечаю.
— Выйди, я оденусь, – резко произносит.
— А что тебе от меня скрывать? Чего я там не видела? – со злой ухмылкой отвечаю ему.
Он с вызовом и демонстративно надевает спортивные брюки, ни на миг, не прерывая нашего зрительного контакта, показывая мне, что ему плевать на меня.
Лариса испугано наблюдает за нами, натянув простыню до самой шеи. Хочу ей сказать пару ласковых, но сдерживаюсь, чтобы только не показать свою уязвимость перед ней. Пусть все останется на ее совести.
Не дожидаясь Андрея, выхожу из проклятой спальни и иду в гостиную. По-хозяйски располагаюсь на широком белоснежном диване, ожидая появление мужа.
— Говори, — заходя в гостиную, недовольно произносит.
Хорошо, что хоть додумался натянуть футболку.
— Я подаю на развод! — твердо произношу, держа ровно спину.
Андрей ухмыляется и идет на кухню. Берет бутылку воды и наливает в чистый стакан прозрачную жидкость. Завороженно наблюдаю за его движениями, как преподносит к губам стакан и, как отпивает небольшой глоток. Он, красив и мужественен, ровные и правильные черты лица, небольшой ровный нос, гладко выбритые скулы и подбородок, средней толщины губы.
— Даже не надейся, — не смотря в мою сторону, Андрей произносит с издевкой. — Договоренность наших родителей тебе это не позволит.
— Я с отцом сама поговорю, объясню, что это моя инициатива. Он не станет разрывать контракт.
— Наивная, — усмехается.
— Андрей, мне плевать. Я улетаю через неделю и неважно, с тобой или без тебя, но ты оформишь наш развод. Это ляжет на твои плечи, а я умываю руки. Мне от тебя ничего не нужно и делить имущество не собираюсь. Мой адвокат свяжется с тобой.
— Куда собралась? — игнорируя мои последние слова.
— Далеко отсюда, чтобы дать вам возможность не скрываться, — произношу и от своих же слов становится еще больнее, потому что я добровольно отказываюсь от своего любимого. Я люблю его так сильно, что от этой любви сгораю заживо. Больше этого не вынесу. Хватит! Мне пора излечиться и прекратить позволять поступать так со мной.
— Никуда ты не поедешь и развода тебе не дам! Продолжаем жить, как и прежде, — равнодушно произносит, отпивая бокал виски.
Этими словами и равнодушием в глазах, наносит мне похлеще ножевых ранений.
— Что?! Ты предлагаешь мне принять твою полигамию? А детей мы тоже вдвоем будем тебе рожать? – меня всю трясет от его слов.
Получается, он хочет продолжать жить на две семьи? Делить его с другой? Мы живем в стране, где запрещено многоженство. Да и я этого больше терпеть не намерена!
— Детей будет рожать только одна из вас, – смотрит с вызовом, – и это будешь не ты.