Советская и эмигрантская критика о драматической поэме Сергея Есенина "Пугачев" в подавляющем большинстве своем отозвалась негативно. И тем удивительнее факт, что эта поэма практически в то же самое время была переведена на чешский, польский и французский язык.
И, более того, в иностранной, в частности, французской прессе велось обсуждение поэмы, ее художественных особенностей.
Парижская газета L'Action от 19 мая 1924 года опубликовала такую заметку.
Большевистский кризис и новая русская поэзия
Продолжая исследование о большевистском кризисе и новой русской поэзии, которое мы цитировали ранее, мадмуазель Элен Изволски в журнале "Ревю де Франс" от 15 мая приводит перевод отрывка из «Пугачева», исторической поэмы Сержа Есенина, молодого крестьянина с неистовыми порывами, поэта истинной революции.
Вот, например, описание или, скорее, «аллюзия» Востока:
В другом месте это ночной пейзаж:
А вот мы в деревне и удивлены беспорядками:
Вот типичные примеры этого любопытного Есенинского искусства, который сравнивает движущиеся облака с неподвижными надгробиями и неподвижность деревни с галопом обезумевших лошадей...
(В последнем отрывке речь идет об обсуждении мятежниками сложившейся ситуации, когда из-за разрастания масштабов мятеж стал неконтролируемым я и появились предзнаменования, что добром все не кончится.)
В этой статье мне импонирует то, что французские читатели разбирают и трактуют образы из поэмы "Пугачев" и делают это весьма успешно. В русскоязычной прессе подобных разборов мне не попадалось. И это печально, потому что, как мне думается, для Сергея Есенина, как для любого автора, важны были не похвалы или поношения, а то, что его читали и пытались понять.
Давайте попробуем разобраться, что изображено на иллюстрации из польского издания "Пугачева". Так как я неоднократно прочла поэму, могу предположить, что здесь нарисовано одно из недобрых знамений, пугавших мятежников и отнимавших у них уверенность в их правоте.
Стоп, Зарубин!
Ты, наверное, не слыхал.
Это видел не я...
Другие...
Многие...
Около Самары с пробитой башкой ольха,
Капая желтым мозгом,
Прихрамывает при дороге.
Словно слепец, от ватаги своей отстав,
С гнусавой и хриплой дрожью
В рваную шапку вороньего гнезда
Просит она на пропитанье
У проезжих и у прохожих.
Но никто ей не бросит даже камня.
В испуге крестясь на звезду,
Все считают, что это страшное знамение,
Предвещающее беду.
Тот же образ можно видеть на обложке в начале статьи.
Смысловой разбор поэмы смотрите здесь.
У вас еще не возникло желания прочитать или перечитать "Пугачева"? Уверяю вас, поэма стоит того, чтобы уделить ей час своего времени.
Подписывайтесь на канал Смотри в корень. Здесь буду новые оригинальные разборы и исследования.