Мальчик мой - 5
Вика и Евгений даже не заметили, как проговорили часа два. Вика выложила ему о своей жизни всё: и о голодных годах студенчества, и о большой семье, оставшейся в деревне, и о насмешках над её бедностью в универе. Женя скупо поведал о погибшей жене.
Так началось их постепенное сближение, завершившееся браком.
Чистая, неиспорченная городом, девушка пришлась Евгению по душе. Но не это было главным. У Вики с Кириллом сложились прекрасные отношения. Правда, лишь до тех пор, пока она не родила Жене дочку. И Кирилл, к тому времени уже превратившийся в нескладного 12-летнего подростка, стал её безмерно раздражать.
Вика уговаривала себя, что с мальчиком нужно быть добрее и терпимее. Однако, она ничего не могла с собой поделать: любое действие Кирилла она подвергала критике. Пока про себя, не озвучивая. И изменившееся отношение к пасынку ей долго удавалось скрывать.
Она даже записалась на приём к семейному психологу. И на первых порах его рекомендации и объяснения, что именно с нею происходит, помогали. Но в ней жил постоянный страх, что любви и заботы мужа на её девочку не хватит. Что резковатый и излишне, по её мнению, самостоятельный сын Жени постоянно предъявляет права на отцовскую любовь. Конечно, это было естественным. Сын же. Продолжатель фамилии. По старинным, прадедовским законам, так и вообще наследник всего и вся.
В три года дочь пошла в детсад. Вика получила хорошую должность в строительной компании. Она быстро завоевала авторитет. От офисных фиф ее выгодно отличали хорошие знания и умение их применить в деле, и работа «в поле», притом в любую погоду и на любых, даже самых удалённых объектах. Начальство для такого сотрудника не жалело весьма внушительных премий. Вика могла обеспечить себе финансовую самостоятельностью.
Внешне в семье была тишь да гладь. Резкие высказывания в адрес Кирилла она допускала только в отсутствие мужа. Причина придраться к парню, хотя и умному, но резковатому, да ещё с подростковой гормональной неустойчивостью, находилась всегда. В основном – из-за поведения.
Кирилл отцу ничего не говорил. Понимал, что такие жалобы внесут разлад в семью. И неизвестно, чем бы дело закончилось, если бы не особо тёплые его отношения с Машей. Ей-то он и поведал о растущем день ото дня напряжении в таком внешне дружном семействе.
Машу охватил гнев. Вот же гадюка! Вползла в дом, отложила яйцо со своим змеёнышем, и выживает настоящих хозяев. Маша постаралась смирить себя. Выключить эмоции, включить холодный разум. Возникшая коллизия стара, как мир: пасынок, злая мачеха.
Маша умом понимала, что мало кто из женщин способен искренне полюбить рождённого не ею, ребенка. Женщины - не мужчины, те в несколько раз чаще принимают чужих детей за своих.
В данном случае, дело касается по-настоящему родной крови. С Женей требовалось поговорить так, чтобы не задеть его отцовские чувства. И вообще, вся история должна быть придавлена в зародыше. Никому, даже родному мужу Маше, не стоит открывать правды. Она сама выбрала этот крест, и теперь нужно было неси его до конца.
Она неистово искала выход из положения, преследуя одну цель: убрать Кирилла подальше от Вики.
Решение нашлось. У Жени в соседнем городе (всего 120 километров от них) жила сестра Наталья. Прекрасная, добрая женщина на десять лет старше своего брата. Наталья давно была в разводе – муж укатил сразу после рождения ребёнка в неизвестном направлении. Она одна растила дочь Катю.
Наталья хорошо знала семью брата, а отношение её к Кириллу было, поистине, материнским.
К тому же, в том городе существовала одна из немногих школ с математическим уклоном, в которую съезжались будущие математики со всей страны. Кириллу с математическим складом ума и мечтой связать свою жизнь с этой точной наукой, оказаться в той школе было бы весьма полезно.
На тайном семейном совете, где присутствовали трое – Маша, Кирилл и его отец, было решено, что до окончания школы Кирилл будет учиться в соседнем городе в той самой знаменитой школе. А жить будет у тёти Наташи.
- Вы ведь с ней ладите, да, Кир? – еще раз убедилась Мария.
Благо квартира тёти в три комнаты вполне такое проживание позволяло.
Умный парень понял, откуда дует ветер. Пристально посмотрел на тётю Машу. Улыбнулся. И кивнул.
Приехать к папе не только на каникулы, но даже иногда и на выходные, всегда будет можно. Летние каникулы длиной в три месяца тётя Вика тоже как-нибудь переживёт. Кирилл давно оставил всякие попытки выговорить в её адрес слово «мама». Такого титула, кроме мамы Киры, удостаивалась в его жизни всего одна женщина – мама Маша.