“Ещё одна девочка, еще одна сложная беременность и непростой диагноз”, - думала я, когда утром Саша вошла в палату, представилась и начала располагаться. Сейчас мы с ней обменяемся своими историями, проблемами, надеждами.
У неё с собой был ноутбук, какие-то бумаги, она ещё не была в декрете, и судя по всему, собиралась работать. Она то и дело выходила из палаты, постоянно с кем-то созванивалась.
После спокойной Алёны моя новая соседка показалась мне чрезмерно активной девушкой. Она не ходила, а перемещалась бегом, даже в палату она входила и запрыгивала на кровать с разбегу. При её высоком росте и достаточно плотной комплекции со стороны это выглядело немного дико.
“Ничего себе, - думала я, когда Саша в очередной раз плюхалась с разбегу на кровать, - Мне страшно сделать лишнее резкое движение, а она летает по коридору и врывается в палату как ураган!”
Правда при такой активности она не была особо общительной, очень часто она сидела в телефоне в наушниках. Мы почти не разговаривали, только когда нам ставили капельницы и мы подолгу лежали пристегнутые к ним, напротив, друг друга.
- У меня ГСД, диабет беременных. - начала она разговор, - хорошо, что я об этом узнала. Ведь очень важно выявить этот недуг как можно раньше, потому что некомпенсированная гипергликемия опасна для ребёнка.
- Ого, она, наверное, врач, раз так уверенно говорит такими сложными терминами, - подумала я, но спросила о другом. - А как он выявился? - Ты сдала кровь на сахар, и он оказался повышенным?
- Почти, в самом начале беременности, когда я вставала на учёт, я сдала анализ на сахар натощак, он оказался чуть меньше 5, тогда он ещё был в норме и диагноза ещё не было. А вот в 22 недели я решила ещё раз проверить сахар, и вот тут уже показатели оказались не в норме, врач направила меня сделать дополнительное обследование, ГТТ, глюкоз толерантный тест, более достоверный способ выявить ГСД, которое и показало, что у меня этот самый диабет беременных. Две недели я пыталась справиться с ним с помощью диеты, но не помогло, и вот я здесь на сохранении в институте, который как раз специализируется на диабете и ГСД.
- А что делать, как его лечат?, - спросила я
- Ну как, бороться с ГСД можно с помощью специальной диеты, если она не помогает, тогда приходится колоть инсулин. Мне вот диета не помогает, мне нужно колоть инсулин, но это не опасно для ребёнка, и никакой зависимости в будущем ни у меня ни у ребенка от препарата не будет. Врачи подбирают правильные препараты, применяемые как раз в таких случаях. Куда опаснее, если жить с ГСД и никак это не компенсировать.
- Да, как всё сложно и серьёзно, - ответила я, - И как здорово, что современная медицина может помочь женщинам с диабетом выносит и родить здорового ребёнка, хоть и при таком изматывающем лечении.
Капельницы докапали, медсестра их увезла, а Саша схватила телефон и снова побежала звонить, пока она лежала с капельницей, телефон разрывался.
Я под впечатлением услышанного, вбила в поисковик Яндекса - ГСД и немного прочитала про это. ГСД - очень серьёзный диагноз, если его просмотреть, это чревато осложнениями у женщины и у ребёнка, вплоть до потери беременности.
Каждый раз по утрам и ещё несколько раз в день я с сочувствием наблюдала, как Саша измеряла уровень сахара специальным прибором - глюкометром, сначала утром, натощак, затем через час после завтрака и других приемов пищи, всего четыре раза в день. Когда прибор показывал завышенные значения, она колола себе в плечо инсулин. Кроме того, были такие контрольные дни, когда она четыре раза ходила сдавать кровь на сахар в специальную лабораторию при институте. Сложно следовать такому изматывающему режиму? Да, но ради того, чтобы родить здорового ребёнка, придется потерпеть.
У неё это была первая беременность, она работала учительницей в школе, вот почему у неё так поставлена речь и иногда мне кажется, что она говорит, как учебник читает. Мы говорили с ней о разных формах обучения, я рассказала ей, что у меня племянник должен пойти в школу, а учебная комиссия не пускает его в общеобразовательную, она мне рассказывала, что необязательно идти в коррекционную школу, что и при обычной бывают классы 7, 8 вида. В процессе учебы ребенок может выровняться и перейти в обычный класс.
Про мой диагноз она особо не расспрашивала, ответила только, что у её знакомой тоже была отслойка плаценты и тоже в районе 20 недель, она, как и я, лежала на сохранении, но недолго, кровотечение остановили, через неделю выписали домой и больше до конца беременности отслоек не было, до 40 недель её знакомая доносила благополучно.
Меня, конечно, немного приободрил её рассказ, но нехорошее предчувствие крепко засело в душе, я как будто чувствовала, что будет ещё одно кровотечение, тем более раньше в моей жизни сны про выпадающие зубы всегда приходили перед тем как я серьезно заболевала, вот и сейчас меня всё сильнее стало одолевать предчувствие…
