Часть- 5: https://dzen.ru/a/Zf7DSQA5Ugu8R7gI
26. Новый год с салютом.
Наступило 31 декабря 1980-го года. Мы готовились к встрече 1981-го, дембельского для меня года. Спиртного не было. Накануне командованием батальона проводились мощнейшие шмоны, и было сказано: если кто попадётся в пьяном виде на Новый год – немедленно будет отправлен на «губу». Гауптвахта не столь страшила, но пить «под одеялом» тоже никому не хотелось. Вот мы и решили на этот раз ограничиться чайком, коли уж начальство так «рексовало».
Но не чаем единым жив солдат. Это я к тому, что нами были запасены осветительные ракеты для новогоднего салюта. Однако до полуночи оставалось ещё несколько часов, а руки уже чесались: так хотелось «салютнуть». И мы не удержались. Я, Виталька Монастырский и ещё пара солдат зашли за палатку и по команде выпустили в воздух ракеты. Небо озарилось разноцветными огоньками, но тут же раздался голос из темноты:
- Кто это сигналит, мать вашу?!
Мы разбежались. Кажется, пронесло. Но не тут-то было. Комбат приказал построить батальон и начал пытать: кто пускал ракеты? Да разве мы бы сознались? Ищи дураков. Но вот наш ротный, химик-дегозатор как-никак, оказался сообразительней. Он велел всем солдатам роты вытянуть вперёд руки и, не спеша, начал обнюхивать их. Мы поняли: сейчас учует запах пороха и определит, кто это салютовал.
Тогда Монастырский неожиданно обратился к командиру роты:
- Товарищ старший лейтенант, это я запускал ракеты.
Ротный не стал «закладывать» Виталия комбату, а когда всех распустили, спросил:
- А зачем ты это сделал, ведь запрещено?
- Извините, но у моего брата сегодня день рождения, вот я и решил в его честь устроить маленький фейерверк.
- Ладно, после праздника разберёмся, - сказал ротный и ушёл к себе.
Потом наступил Новый год по местному времени и, несмотря на запрет, в ночное небо со всех сторон полетели ракеты и трассирующие пули. Стреляли с территорий всех частей, расположенных поблизости. Бойцы нашего батальона повыскакивали из палаток и смотрели на просветлевшее небо, разукрашенное пиротехническими звёздочками и трассами пуль.
Увидели, как неизвестный нам мастер-пулемётчик, настоящий художник, трассерами нарисовал на небе число «81». Кто-то закричал: «Дембель давай!» Тут уж не выдержали и мы и стали запускать в высоту ракеты, не обращая внимания на присутствующих рядом офицеров и самого комбата. Тот только и делал, что бегал от одного «ракетчика» к другому, а потом махнул на это дело рукой и вместе со всеми смотрел вверх.
После полуночи объявили отбой, и мы улеглись на кровати, но не спали.
Когда Новый год наступил по московскому времени, салют повторился. Это было что-то невероятное. Стрельба из всех видов оружия, исключая артиллерию, продолжалась минут сорок, а от выпущенных осветительных ракет стало светло, как днём. Затем мы услышали громыхание крупнокалиберного пулемёта с БТРа, стоящего у общежития командного состава. Поняли, что кто-то из наших командиров здорово перебрал, если уж решился на такое. Подумали лишь: не прошёлся бы он с пьяных глаз по солдатским палаткам.
На следующий день узнали, что из БТР стрелял прапорщик Кожарский. Его, помнится, арестовали за это дело и отправили на гауптвахту на несколько суток. Он потом с хохотом рассказывал о своём приключении.
Минут через десять к нам ввалился ротный. Таким пьяным я его никогда не видел. Мы все сделали вид, что крепко спим, а старлей присел на кровать Витальки и сказал заплетающимся языком:
- Боец Монастырский!
Виталик хотел подняться, но ротный жестом остановил его и продолжил:
- Монастырский, - выговорить Виталькину фамилию командиру роты удалось с трудом. - Почему ты сегодня пускал ракеты, когда был приказ не делать оного?!
- Чего не делать? - не сообразил Виталик.
- О-но-го, - по слогам повторил ротный.
- А-а, - протянул Монастырский, - оного…- и всё-таки присел на кровати рядом со старшим лейтенантом.
Я лежал на соседней койке, укрывшись с головой, и смех распирал меня, а Виталька начал оправдываться перед ротным:
- Товарищ старший лейтенант, ведь я уже объяснял вам, что сегодня у моего брата день рождения. Ну, понимаете, совпало с Новым годом?
- Я понимаю, ну и что?
- Но ведь у моего родного брата, - не знал, как ещё убедить ротного Виталик. - Ему 20 лет исполнилось.
- Ну и что? Девятого ноября, Монаст… Монастырский, моей родной дочери… - ротный громко выдохнул из себя воздух и повторил: - … моей родной (это слово комроты выделил голосом) дочери исполнилось 4 года… Тьфу ты – 5 лет! Но я же не пришёл в роту и не стал х****ть по вам из автомата!
- Ну и сравнение вы нашли, товарищ старший лейтенант, - зевнул Виталик и улыбнулся.
Тут я не выдержал и расхохотался. Засмеялись и другие, не уснувшие солдаты, а ротный встал и сказал:
- Прекратить неуместный хохот, - после чего покинул палатку.
Наказывать Витальку, взявшего на себя вину за запуск ракет, командир роты не стал. Незлопамятный он был человек. Он даже в день рождения родной дочери не стал по нам из автомата ...долбить, как неожиданно выяснилось.
Так мы встретили 1981-ый год. До приказа об увольнении из рядов Советской Армии для меня оставалось около трёх месяцев…
27. Они спустились с гор, а начальство……
23-го февраля 1981-го года состоялся 26-ой съезд КПСС. И надо же было ему случиться в День Советской Армии и Военно-Морского Флота. Тогда этот день хоть и считался рабочим, в войсках разрешался отдых незадействованному на службе личному составу.
Вместо отдыха всех в присутствии начальства заставили слушать трансляцию с открытия съезда по радио. Приёмники имелись в каждой палатке, и мы в течение 4-х часов слушали доклад Л.И.Брежнева, борясь со сном, кто стоя, кто сидя.
Это был тот самый съезд, на котором Генсек при чтении доклада запнулся и далее текст по радио читал диктор. Нам от этого легче не стало.
Мне съезд запомнился ещё и потому, что в этот день я был награждён почётной грамотой «за успешное выполнение социалистических обязательств в честь 26-го съезда партии и примерную воинскую дисциплину».
Грамота была красочно оформлена и скреплена подписью и.о. комбата майора Ключника и печатью в/ч. Ребята рассматривали её и всячески шутили по поводу моего поощрения. Кто-то предложил приклеить грамоту на дембельский китель и так ехать домой. Но я выслал награду родителям.
Пусть, думаю, почитают. Может, им приятно будет, а то мне благодарственное письмо на родину уже объявляли в приказе, да только не послали его. Видать, лень было писать. Вот сейчас, в эпоху компьютеров и ксероксов, это дело можно на поток поставить.
12 марта 1981-го года. Этот день навсегда запал в память и не потому, что я отпраздновал свой 21-ый день рождения. Разве дата "круглая"?
В 17 часов, когда мы разряжали автоматы, отстояв суточную смену в карауле, со стороны гор послышалась приближающаяся частая стрельба.
Неподалёку открыла огонь артбатарея десантников. Пушки громыхали, не переставая. Мы поняли, что, видимо, большие отряды «духов» двинулись с гор.
На аэродроме, расположенном неподалёку, послышался шум авиамоторов.
В нескольких километрах от нас шёл ожесточённый бой. Вернулся старшина Мошняга из штаба дивизии. Привёз почту. Прапорщик рассказал, что по пути они подобрали нескольких раненых десантников и доставили их в медсанбат. У одного солдата были оторваны ноги. Он скончался по пути.
«Завтра же инспекторская проверка намечена, - возбуждённо говорил Мошняга. - Генералов из Москвы понаехало, а духи, видать, узнали об этом, и пошли лавиной вниз. Сейчас десантура ведёт с ними бой. Ох, хлопцы, если доберутся до нас, вы уж выбирайте позицию как следует… Ведь домой скоро».
«Духи» до нас не дошли. Десантники сумели остановить их натиск, неся потери.
На следующий день старшина поведал: «Вы представляете, когда вчера душманы попёрли на наших, то генералы, что приехали для проверки, как начали на самолётах съё******ся из Баграма в Союз».
Мы подумали: какие они смельчаки. Не побоялись под неприятельским огнём скрыться из района боевых действий. Генералы как улетели, так и не возвратились. Намеченная проверка не состоялась. Но на бумаге, понятно, всё расписали, как надо.
Мы поинтересовались у начальства, почему же по «духам» не стреляли из установок «Град»? Нам сказали, на складе к тому времени не оставалось ни одного реактивного снаряда.
Проверку не произвели, зато два дня нас кормили заранее заготовленной показушной пищей. На обед котлеты с гарниром, вечером дополнительно бочковая селёдка – армейский деликатес.
ч. 28 Удар, ещё удар!
Надо сказать, бокс в батальоне практиковали не только в тёмное время суток (говорю о методах воспитания ротного).
Прапорщик Полянский имел какой-то разряд по данному виду спорта. И сначала он, высокий, крепкий парень, проводил для желающих из командного состава занятия перед ужином. Боксировал с ними, понятно, всегда выходя победителем.
Однажды к Владимиру Полянскому подошёл лейтенант Постовалов и попросил преподать ему азы бокса.
Полянский старательно обучал офицера правильно надевать перчатки, сам зашнуровал их, а после показа нескольких упражнений предложил:
- Лейтенант, может, побоксируем слегка? Я-то тихонечко, чтоб не травмировать тебя. А ты бей в полную силу.
- Точно? Нос не сломаешь?
- Говорю же тебе.
И мужчины стали мутузить друг друга.
Постовалов неумело уклонялся, получая удары то по челюсти, то в корпус. Но он, молча, терпел.
Полянский снисходительно посмеивался.
В очередной момент, когда прапорщик врезал Постовалову, тот неожиданно провёл серию ударов, после чего Полянский оказался на земле.
Он сидел и мутно взирал на новичка:
- Ты чего?..
А Постовалов, легко скинув перчатки, слегка склонив голову в поклоне, произнёс:
- Позвольте представиться, мастер спорта по боксу – лейтенант Постовалов.
Окружающие беззлобно рассмеялись, а Полянский с обидой спросил:
- А что прикидывался?
- Извини, Володя. Ты боксируешь, как бы сказать помягче… не особенно хорошо. А строишь из себя этакого бывалого боксёра. Ну, зачем это?
Ты людей потренируй в достаточной мере, а потом проводи тренировочные бои. Что ты их в качестве груш используешь?
В ту пору все бредили карате. Но никто не знал ни одного приёма или удара из этого единоборства.
Кто-то случайно услышал, что в соседней части есть солдат, окончивший институт физкультуры и имеющий дан по популярному виду спорта.
Солдата попросили на вечерок у его начальства, и тот показывал растяжки, комплексные упражнения (каты), лихо работал с двумя специальными палочками, связанными между собой – оружием каратистов нунчаку.
Парнишка рассказал, что однажды в ходе зачистки кишлака на него выскочил душман с ножом. Боец мгновенно вытащил из-за голенища сапога нунчаку и ударил противника в ногу. Тот упал, скорчившись от боли, получив открытый перелом кости.
Не только наш ротный самовольно наказывал бойцов.
Признаю, иногда это требовалось. Отдельные солдаты позволяли говорить командному составу «ты», огрызались, отказывались выполнять законные требования. Что называется, «дедовали».
Арестуешь бойца, а он нужен в батальоне. Почему он должен пахать на комендатуру? Пусть ходит во внеочередные наряды.
Но у некоторых молодых офицеров чесались руки.
Двое лейтенантов решили по-мужски поговорить с «крупногабаритным» и нагловатым солдатом.
Вечерком его «пригласили» выйти на воздух. Он беспрекословно подчинился.
Когда отошли немного от палатки, один офицер замахнулся на бойца, но тот уклонился и тут же нанёс ответный удар под дых. Второй лейтенант получил по шее.
Солдат и офицеры стояли напротив друг друга и молчали.
Затем кто-то из офицеров произнёс:
- Извини, мы поступили неправильно. Ты сумел одолеть двоих. Не дрейфь, мстить не станем, но и ты прекращай борзеть, а иначе с гауптвахты не вылезешь.
На том и порешили.
29. Вылазки "духов".
Не знаю причин, но духи стали всё чаще обстреливать дорогу, которая проходила через Баграм и далее к различным частям, расположенным за аэропортом.
Дошло до того, что часов в 18 напали на грузовик с солдатами в кузове неподалёку от нашего батальона.
Почти та же история, что и с бойцами лейтенанта Мальцева: колёса пробиты, солдаты залегли, прячась за автомобиль. Отстреливались, а по ним били из пулемёта и нескольких автоматов.
На что рассчитывали душманы, открыв огонь по автомобилю, ехавшему не по пустынной дороге? Быстро поразить противника и скорее скрыться в «зелёнке»? До которой ещё добежать надо. Не так близко она находилась.
Через несколько минут после начала боя на дороге появилась БМД. Десантники всё поняли и двинулись на басмачей. На ходу стреляли из пушки и пулемёта. Душманы бежали к спасительным зарослям, оставляя по пути убитых и раненых.
Десантуре такая переделка вроде лёгкой разминки. Они делали своё дело, не торопясь. А механик-водитель не задраил над собой люк. Так и гнал «по-походному». «По-боевому» – это когда люк закрыт, и наблюдение за дорогой ведётся через стёкла-триплексы, что не совсем удобно. Но так положено в целях безопасности.
Пуля душмана попала механику в голову. Машина стала неуправляемой, но оператор-наводчик не прекращал огонь – башня-то на машине вертится.
Погибшего втащили внутрь, кто-то из экипажа принял управление. Бой закончился через несколько минут.
С нашей стороны: убитый водитель БМД и несколько легкораненых солдат, что следовали в автомобиле.
Не станем никого осуждать. На войне всякое случается.
На патрулях в Баграме по ночам тоже нет-нет, да дадут несколько очередей в сторону проезжей части. Но били издалека, наудачу, зная, что по городу курсируют советские солдаты. В бой, как правило, не ввязывались, сразу скрываясь.
Однажды метрах в 50-ти впереди патруля из нашей части, следовавшим по заданному маршруту, мелькнули трассеры.
Кто-то сказал:
- Бросить, что ли, гранату в зелень?
- Ты шо? - возмутился старшина Мошняга. Там гражданские могут находиться.
Действительно, в прошлое дежурство мы на «ГАЗ-66» заехали в "зелёнку", где имелась узкая дорожка, ведущая к кишлаку.
В свет фар попали мужчина и женщина. Они остановились, а женщина резко отвернулась.
Было темно, она шла без паранджи. И никак не ожидала появления "шурави" вблизи от жилища.
Однако я успел заметить длинные распущенные смоляные волосы афганки и её лицо необыкновенной красоты…
ч.30. Вылазка наших
Помните, в начале повествования я описывал, как негодовал по поводу работы на строительстве огромных гаражей (ещё в Союзе)? И тогда высказался, что призывался не в стройбат и, конечно, совсем не такой видел свою службу.
Сейчас о стройбате.
Через некоторое время службы в Баграме, недалеко от нас встала часть строительных войск.
Вот уж чего мы не ожидали: стройбат в Афгане?
Строительства там хватало, понятно, но всё равно народ пребывал в недоумении.
Хотя, если задуматься: кто станет возводить долговременные оборонительные сооружения, например? Здесь нужны профессионалы от каменщиков до прорабов и выше.
Я не знаю, что строили вновь прибывшие, но запомнились они вскоре, пожалуй, всем, кто находился неподалёку от них, да и дальше (земля слухом полнится).
Любой служивший в ДРА обязательно вспомнит, как бойцы из его подразделения как-то наелись винограда, дынь или других даров земли.
Мы – люди советские. И привыкли, что – «это всё колхозное – это всё моё».
Никто не думал, срывая сладкие плоды: они ведь принадлежат кому-то. И отсутствие сторожа совсем не означает, что растения бесхозные.
Пошли однажды солдаты строительных войск небольшой группой нарвать винограда, растущего вблизи части. Конечно, самовольно. Кто бы их отпустил на такое мероприятие?
Ушли… и пропали.
Правда, вроде как, докатилось несколько одиночных выстрелов с той стороны, где сгинули вояки, но кто на подобное обратит внимание в Афгане?
Вот что произошло.
Солдат захватили те самые хозяева винограда, причём все хорошо вооружённые. Видимо, они и осуществляли первые нападения в местах нашей дислокации.
Горы от Баграма находятся далеко. Оттуда крупным бандформированиям невозможно дойти до советских частей незамеченными. Их уничтожат на подходе.
Владельцы земли, пленившие наших военнослужащих, не пошли в комендатуру с жалобой, что практиковалось в похожих случаях. Афганцы знали, кому жаловаться на шурави.
Хозяева земель сами стали вершить кровавый суд.
Сначала военных жестоко избили. Затем, видимо, с каждым решили разобраться отдельно.
Одного бойца в полубессознательном состоянии «мирные дехкане» подтащили к старшему, наверняка, «председателю колхоза». Главарь держал в руке известный с прежних времён пистолет системы «маузер».
Солдата поддерживали за плечи, голова его свесилась вниз. Доложили начальнику как и что, после чего, старшОй, не долго думая, выстрелил из маузера бойцу в затылок.
Духи подумали, что убили солдата и бросили его пока. Пошли к другими захваченными разбираться. А может, перекусить решили после первого кратковременного «судебного процесса».
Но боец был жив. Пуля вошла под кожу в области шеи и выскочила наружу в районе бёдер.
Раненный боец, оставленный без надзора, очухался и рванул к своим. Рассказал всю правду батальонной верхушке, лишь ему остановили кровь.
Что делать? Надо спасать «зас…анцев». Примерно так выразился командир. Он, очевидно, позвонил к более высокому начальству, всё разъяснил и получил «добро» на вызволение подчинённых из плена своими силами.
И стройбат приступил к проведению операции.
Солдаты шли длинной цепью (территория охвата приличная).
Причём, они именно шагали: не скакали короткими перебежками, не ползли, шли в полный рост и не стреляли. Это хорошо просматривалось с территории нашего батальона. Ведь описываемые события происходило напротив, метрах в трёхстах и немного правее на взгорье.
Со стороны по незнанию подобные действия можно принять за съёмки кинофильма. Только предчувствие от этого кино не очень хорошее.
Все понимали, сейчас пацаны начнут падать, и, возможно, кто-то больше не поднимется. Мы не могли спокойно смотреть на картину приближающего боя. Все ждали, вдруг командир батальона прикажет получить оружие и выдвинуться на помощь стройбату. Но такой приказ не поступал. Наш комбат стоял у КПП и тревожно смотрел то на цепь солдат, то на нас, готовых броситься на помощь к своим.
Наверное, командир ожидал звонка из штаба дивизии. В данной ситуации подполковник не имел права на самовольные действия.
Мы увидели, как местные жители стали отходить, останавливаясь и стреляя в наступающих. Тут же раздался треск автоматных очередей. Завязался бой.
Видя явное преимущество, противники начали разбегаться. Один дух заскочил в стог с сеном, тут же прошитый трассерами. Сено воспламенилось.
Затем из гранатомётов взорвали пару домов, откуда вёлся прицельный огонь по нашим.
Вскоре навстречу военным вышли люди, размахивая белым флагом.
Всех подробностей дальнейших событий я не знаю, но украшенных фингалами бойцов, выдали строительной части.
Могу заявить: строительный батальон дивизии тоже воевал в Афгане. И успешно. Заметно, что солдат неплохо подготовили до приезда в ДРА.
Продолжение: https://dzen.ru/a/Zf-Y7nXRUAuqM1Xp
Предыдущая часть: