Найти в Дзене
Екатерина Широкова

Трёхсторонняя привязанность. Правда для двоих

Красивое лицо жениха медленно покрывалось испариной. Он поморгал, с тоской уставился куда-то поверх Таниной шевелюры и сипло произнёс: — Ты же шутишь, да? Скажи, что шутишь. Таня нежно провела ладонью по небритой щеке и виновато шепнула: — Не шучу. Пожалуйста, прости. — По-твоему, нормально просить о таком? — Нет. Совсем не нормально, — Таня понурилась, сложила руки крестом, и Артём впервые почувствовал, что уже предал девушку, ещё не сделав ровным счётом ничего. — Выходит, я должен перестать видеться с родителями? Ты же этого хочешь? — он ещё призывал к разуму, но потухшие глаза без слов кричали, что Артём уже на полпути к осознанию. — Ты не должен, нет! Ни в коем случае, Артём! Знаю, трудно переварить такое, да ещё и перед свадьбой, но мы можем всё отменить. Ты же не сказал маме? Ничего страшного не случится, если свадьбы не будет. — То есть просто разбежимся, если откажусь? Такие правила? — Всё не так! Пойми, это не блажь, я физически смогу остаться, только если ты останешься. В это

Красивое лицо жениха медленно покрывалось испариной. Он поморгал, с тоской уставился куда-то поверх Таниной шевелюры и сипло произнёс:

— Ты же шутишь, да? Скажи, что шутишь.

Таня нежно провела ладонью по небритой щеке и виновато шепнула:

— Не шучу. Пожалуйста, прости.

— По-твоему, нормально просить о таком?

— Нет. Совсем не нормально, — Таня понурилась, сложила руки крестом, и Артём впервые почувствовал, что уже предал девушку, ещё не сделав ровным счётом ничего.

— Выходит, я должен перестать видеться с родителями? Ты же этого хочешь? — он ещё призывал к разуму, но потухшие глаза без слов кричали, что Артём уже на полпути к осознанию.

— Ты не должен, нет! Ни в коем случае, Артём! Знаю, трудно переварить такое, да ещё и перед свадьбой, но мы можем всё отменить. Ты же не сказал маме? Ничего страшного не случится, если свадьбы не будет.

— То есть просто разбежимся, если откажусь? Такие правила?

— Всё не так! Пойми, это не блажь, я физически смогу остаться, только если ты останешься. В этом доме. Навсегда. А если уйдёшь, я исчезну. Это не моё условие, это реальность. Нет иных вариантов.

— Допустим, но причём здесь мои родители? Что за дикий каприз?

— Твои мама и папа… ты же любишь их, так? А им опасно здесь находится, плохая Таня обязательно навредит!

— Снова за старое? Послушай, у тебя в голове что-то перемешалось. Уверен, ты не станешь… не станешь обижать… А я присмотрю за тобой, детка. Мы можем …

— Думаешь, я сумасшедшая?

— А что ещё? Ты просишь добровольно запереться с тобой, не пускать предков и пугаешь плохой Таней! Плохая Таня — это другая твоя половина? С которой ты не в ладах?

— Не поверишь, если расскажу.

— Но тебе придётся! Или уже передумала? А дикие истории — способ послать меня куда подальше? Не стесняйся, признай, что передумала выходить замуж!

— Не передумала! Не говори так… Но понимаю, что прошу слишком многого.

— Тогда скажи, в чём причина? Ведь это не просьба, а какая-то дичь!

Она обвила себя рукам.

"Трёхсторонняя привязанность", Екатерина Широкова
"Трёхсторонняя привязанность", Екатерина Широкова

— Ты же знал, что со мной что-то не так?

— В каком смысле? — нехорошо посерел Артём.

— В прямом. Я не обычная девушка, а… хм… заколдованная.

— И кем же? — скривился здоровяк. Поворот ему ох как не нравился.

— Никем. Такое случается, когда молодую девушку обижают и тело остаётся в земле, неприкаянное и неотомщенное.

— Чьё тело? И кто обидел… тебя?

— Моё тело, Артём. Ты правильно понял. И оно прямо под домом, неглубоко, но уже растворилось в земле. А кто и зачем обидел — забыла. Слишком давно было. В любом случае, их нет в живых. Столько не живут.

— Что ты говоришь?! Я же вижу тебя! Какое ещё тело? Ты здесь, со мной!

— И да и нет. Я с тобой только потому, что ты смог пожалеть меня, даже полюбить. Ты хороший и добрый человек, и ты дал мне человеческую оболочку, но временно. Мне уже тяжело дышать, тяжело оставаться… реальной. С каждым днём тяжелее. А когда ты выходишь, становится хуже.

Он больно сжал её плечи, но Таня терпела.

— Как это вообще возможно? И почему молчала?

— Раньше люди прекрасно знали про мертвячек, а теперь позабыли. Вот только мы никуда не делись.

— Мертвячка? И что это значит?

— Именно то, что подумал. Меня давным-давно нет в живых, я дух, призрак, но если ты останешься со мной, я смогу быть настоящей. Сколько угодно долго. Всё то время, пока ты жив и я нужна тебе.

— Я не выхожу из здания, и ты живёшь? Как человек?

— Да. Довольно просто. Тебе выбирать. Приму любое решение, но знай, что я благодарна за то, что уже у нас было.

— Мне… почему ты призналась сейчас? Не раньше? Не вчера, например? Когда собиралась сказать?

— Давно. Но было немного страшно. Так здорово снова побыть человеком… Ты даже не представляешь!

— Ясно. Да, ясно. Но… Родители! Они-то каким боком? Почему нельзя пускать их сюда?

— Есть и другой призрак. Тоже Таня. Она злится на твоего папу. И на тебя. Из-за неё… эти синяки. Я пыталась остановить её, но вышло не очень.

— На моего отца? И меня? Но почему? Она тоже мертвячка? Ни за что не поверю, что мой отец прикончил какую-то чокнутую…

— Нет-нет, не он. Она сама. Таня любила твоего отца, но закончилось всё плохо. Лучше им не встречаться.

— А что твоя злая Таня делает здесь? Она раньше жила тут? Сомневаюсь, что папа мотался в такие дали ради пустой интрижки. Город довольно далеко, при желании он бы нашёл кого-нибудь поближе, да хоть на заводе.

— Там и нашёл. Таня здесь из-за сына. Он приехал сюда.

— Сына?

— Да. Их сына.

— Намекаешь, что её сын — ещё и сын моего отца?

— Да.

— И кто он?

— Ты уже догадался, Артём. Но вот Кот понятия не имеет.

продолжение...

Подписаться на канал

Shiro-book