Андрей Маркович только что вернулся из больницы домой. Стыдно признаться, но его забрали туда совершенно в невменяемом состоянии, в тот самый момент, когда он вылез на карниз окна и кричал на всю улицу:
- Я иду к тебе, любимая.
Ему казалось, что жена в белом роскошном платье, летала рядом с балконом и звала его за собой.
Соседи вызвали скорую помощь и МЧС. Сняли незадачливого пенсионера с девятого этажа и поместили в психушку, натянув на него смирительную рубашку, так как он брыкался ногами, отбивался от санитаров и даже укусил одного за ухо. Полежав недельку, остепенился, отошел и вернулся в родную обитель отрешенным, замученным лекарствами и притихшим.
Надо сказать, что раньше он был совершенно спокойным рассудительным интеллигентным человеком, не позволяющим себе ни какие вольности. Преподаватель престижного ВУЗа, доктор наук, имеет почетные звания, награды, а грамот и не счесть, вся стена кабинета увешана ими. Это Снежана, жена, заботливо вставляла их в рамочки и помещала на стену.
Теперь ее нет, она ушла от него два года назад туда, откуда нет возврата, нет вестей, остаются лишь воспоминания.
Он загрустил, осунулся. Наверняка, от горя и уныния, стали происходить с ним такие необъяснимые на первый взгляд метаморфозы. Он задумался. Ему казалось, что он сходит с ума. Как у нормального человека, ведущего тихий примерный образ жизни, начинались вдруг странные видения. Он видел другую реальность, страшные рыла, огромных пауков, щелкающих зубатыми челюстями или это сдвиг по фазе и, он понемногу, лишался рассудка? Ему было страшно. он сидел обхватив голову руками.
Пришла домработница.
- Добрый день, Андрей Маркович! Как вы себя чувствуете сегодня?
- Здравствуй, Женечка. Все хорошо, - грустным голосом отозвался он.
- Может вам чайку заварить, для бодрости?
- Можно.
- Посмотрите, я вам квитанции принесла.
Он перебирал бумаги: квитанция за квартиру, капремонт две штуки.
- Это я что, за два месяца не заплатил? Плохо, надо все исправить. – Вслух рассуждал мужчина. Он всегда вовремя оплачивал все счета, был ответственным и пунктуальным. Видимо из-за своего неадекватного состояния, пропустил один платеж. – Женя, голубушка, будь добра, принеси телефон из кабинета. Сейчас все исправим.
Через некоторое время все было решено. Оплачены квитанции за капремонт, квартиру, мусор.
- А это что? – он удивленно смотрел на белый лист, испещренный буквами. Он отбросил его в сторону.
В его руках было извещение о вызове на судебное заседание, в качестве ответчика. Иск подал его собственный сын Геннадий и о чем? О невменяемости отца. Да, да! О признании Андрея Марковича Смирнова невменяемым человеком. Андрей Маркович сник, сгорбился. Из глаз потекли слезы. Он покраснел и сильно сжал кулаки от безысходности. А вдруг и впрямь он становится простым дурачком, умственно отсталым человеком, не умеющим обслужить себя.
Женя печально смотрела на своего подопечного, ей было жаль этого спокойного добродушного старика. Он не был похож на человека с поврежденным рассудком. Конечно, в последнее время с ним происходили какие - то странные случаи, не поддающиеся объяснению. Только он сидит в кресле, читает книгу, вполне себе нормальный человек, выпьет чай и через некоторое время он выскакивает из квартиры, с криками: Пожар, пожар. Стучится во все квартиры и требует, чтобы все спускались вниз. А окружающие люди, кажутся ему чертями из ада, которые ловят его своими длинными волосатыми лапами, чтобы усадить на раскаленную сковороду.
- Вы не имеете права, отстаньте от меня, поганые. Уйдите черти окаянные. Я вас порву на части, только подойдите ближе, - кричал он им, отмахиваясь руками, кидаясь на соседей, прохожих и глаза его горели адским огнем.
- Бедный человек, видно наука его доконала, ум съела, - говорили соседи, - Жаль человека, так вести себя на старости лет, ой-е-ей!
- Вроде все нормально было, а тут! Вот ведь как бывает. Не знаешь, чем закончиться твоя жизнь.
- В психушке, чай не сладко, быстро овощем сделают, какая уж это жизнь.
Были и такие, которые просто смеялись над бедой человека.
- А еще ученый, преподаватель, издевался, наверное, над студентами, вот и вернулось все ему. Пусть теперь побегает, ненормальный.
- Поделом старому.
-Где же сын его, чего смотрит, ждет когда деду полностью крышу снесет?
Женя погладила его по плечу.
- Не переживайте! Все образуется.
- Да, как же так, Женечка. Опеку надо мной? Что же это такое? Неужели я совсем, того… - он покрутил пальцем у виска. - Дожил!
- Мы разберемся!
- Да, а давай теперь чай пить, ты же мне обещала.
- Ах да, чай. Минутку.
Женя встала и потянулась за заварником, она поставила чашку, налила из заварника ароматный настой, задумалась..., и остановилась.
- Чай? Андрей Маркович! Чай! Точно, все верно. Вспоминайте... Как только вы пили этот чай, с вами происходили эти внезапные вспышки безумия. Вспоминайте.
- Да. Ты права, Женя.
- А ведь этот чай не простой, мне принес его ваш сын. Сказал, что его необходимо давать только вам в лечебных целях. Еще добавил, что мне его пить категорически запрещается, мол, он так дорого стоит, еле его достал и только вам нужно его заваривать два раза в неделю. Да, так все и было.
- А давай – ка, сдадим его на экспертизу. Чем черт не шутит. Ну, сынок, зачем же ты так со мной? Некрасиво! Квартира понадобилась? Это факт.
Он осмотрел все вокруг. Квартира была большой, четыре комнаты, в престижном районе, в самом центре Москвы, с высокими потолками и прекрасным видом на реку. На стенах висят картины известных художников, оригиналы, довольно дорогие на данный момент времени. Фарфоровые статуэтки, привезенные из Германии, когда он посещал научные симпозиумы, конференции. Мебель из красного дерева, сделанная на заказ. Уникальная библиотека, занимающая все стены кабинета от пола до потолка. Его собственные книги. Неужели весь этот хлам он променял на своего отца. Обессиленно Андрей Маркович сел в кресло.
- Вам плохо?
- Нет, Женя, я просто думаю, зачем он затеял все это сейчас, пока я жив. Подождал бы немного. Нет денег, попроси у меня. Разве я ему отказал бы? Нет. Не зря он после смерти матери требовал, чтобы я сдал две комнаты в аренду. А мой покой? Неужели ему все равно, что будет со мной, главное деньги. И он только и ждет моей смерти. А я все живу, живу. Эх, сынок. Как больно, стыдно… за него.
- Живите на здоровье, хоть сто лет, вы никому ничего не должны.
- Благодарю, Женечка, хоть ты меня понимаешь.
В суде, напыщенный Геннадий коротко и ясно объяснил свою ситуацию с отцом:
- Периодически становится невменяемым, впадает в агрессию, пугает соседей, бросается на людей, выпрыгивает из окон, что может привести к инвалидности человека или закончиться весьма плачевно. И неизвестно, кстати, когда может произойти внезапное помутнение рассудка. А если рядом никого не окажется? Что тогда? Может быть и сейчас, в результате стресса, в его голове уже происходят странные изменения сознания и мы станем свидетелями настоящего психического отклонения. Ему нужны хороший уход и наблюдение врачей. Вот тут в папочке у меня собраны все выписки из больницы, где он находился после госпитализации.
- Мы поняли вашу позицию, теперь слушаем вас, Андрей Маркович. Что вы можете сказать в свою защиту.
- Мне очень горько, что мой единственный сын решил сделать отца невменяемым. Да я не отрицаю, что со мной в последнее время стали происходить странные ситуации, которые я не мог объяснить до сегодняшнего времени. Я сам был напуган и не знал, что мне делать, а больше всего боялся повторения таких инцидентов. Боялся сойти с ума. Да и стыдно, мне, уважаемому человеку прыгать по балконам и нападать на людей. Но со мной все в порядке. Я вам сейчас все объясню. Два месяца назад, когда произошел первый случай помутнения рассудка, за мной присматривала Евгения Павловна, новая сиделка. Ее нанял для меня сын Геннадий.
- Да, я забочусь о тебе. – Тут же вставил Геннадий. – И она сразу попросила помощи, так, как он отбивался от чертей, бил стены полотенцем, выбежал на улицу и дрался с прохожими. Пришлось бросать работу и вызывать скорую помощь.
- Все верно. - Подтвердил Андрей Маркович. - Потом еще два нелицеприятных случая произошли, но на самом деле, я в полном порядке. Я понял! Все дело в чае. Его Геннадий привез специально для меня и приказал Евгении Павловне заваривать два раза в неделю только для меня, повторяю, только для меня, самой не пить. Именно в те дни, когда я наслаждался ароматом заваренного чая и начинались эти приступы.
- Что ты такое говоришь? Видите, уже начинается.
- Молчите Истец, вам слово не давали.
- Я провел экспертизу. Вот результат. Тут весь набор химических веществ, способных привести к неадекватному состоянию любого, самого здорового организма, сделать из нормального человека совершенного психа, идиота, не отвечающего за свои действия.
- Передайте заключение мне. – Попросил судья, - я посмотрю.
- Да и чай тоже.
- Да это полный бред. Зачем мне травить отца. Сами подсыпали чего то, а на меня наговаривают. Это лечебный напиток, мне друг привез, для повышения тонуса организма.
- Евгения Павловна может подтвердить мои слова. А давай тебе заварим его и дадим выпить, прямо здесь. Понаблюдаем.
- Тишина в зале. Суд, рассмотрев исковые требования и оценив результаты экспертизы, заключения врачей, выносит решение: в иске отказать.
Удар молотка и Геннадий стукнул в такт ему по столу.
- Ну, как так то? Что теперь мне с ним делать?
- А ничего сынок не надо делать, ты главное теперь ко мне не приходи.
- Отец, ты понимаешь, что они настроили тебя против меня. Я же хотел, как лучше.
- Нет, сынок, ты хотел, как хотел сам. и скажи спасибо, что я не обращаюсь в полицию с заявлением на тебя.
- Каким еще заявлением?
Теперь Андрей Маркович живет мирно, спокойно в своей квартире. Он полон сил и энергии, пьет по утрам простой черный чай, купленный в соседнем супермаркете, рядом с домом и наслаждается каждым новым днем. Евгения Павловна навещает его, изредка, помогая по хозяйству и гуляет с ним в парке.
Несколько раз они успели посмотреть спектакль в любимом театре.
Сын не появляется на глаза отцу, наверное понял свою ошибку. А может и нет. Такие люди редко меняют свою точку зрения, считая себя правыми. Затаившись, ждут последствий своих действий...
Страдает ли он? Наверное да. Только о том, что не получилось превратить отца в овощ, ради собственной корысти.