Глава 4
Глава 4
Минуло полтора года с тех пор, как Марту сослали в "Гармонию". Она привыкла и даже полюбила это место. Боль незаметно сменилась философским настроем. Марта отпустила все то, что случилось и научилась находить радость там, где волею Никиты очутилась.
Внуки её не забывали, звонили, навещали, любили. И Марта была счастлива, тем более, что сердце подсказывало ей - эта весна станет последней.
"Вот и ладно. Вот и хорошо!"- думала она, ибо глядя на Зою, все чаще отсутствующую, такой же участи боялась, не хотела. Её собственное состояние, к которому она осторожно прислушивалась, хоть и менялось, но все же совсем не так быстро, да и вообще иначе.
Отношения с Зоей существенно не изменились, "возвращаясь", она по-прежнему думала только о себе и пренебрежительно отзывалась обо всех, включая Марту. Её нелюбимого сына, Марта так и не видела ни разу, ей было весьма любопытно, но мужчина старательно встреч избегал, знакомиться не хотел, всегда звонил, когда находился поблизости и просил Зою выйти. Однако сколько верёвочке не виться, конец все равно будет.
Рано или поздно, они должны были столкнуться.
Зоя с самого утра пребывала не в себе и бродила по коридорам, воображая себя в лесу среди сказочных, по всей видимости, летающих существ, потому как отмахивалась она от них постоянно. То ей казалось, что одно из них присело ей на плечо и не желает убираться, то кто-то путался в волосах и жужжал в ушах. Марта же, напротив, в тот день соображала прекрасно.
Была среда и гостей она не ждала, нацепив очки, сидела в глубине парка и читала Анну Говальда "Я её любил. Я его любила". Погода держалась мягкая, солнечная и безветренная.
Многие постояльцы вышли на улицу и с самого утра наслаждались, дышали воздухом, чинно прогуливались по дорожкам, ведя содержательные беседы о высоком и низком.
В какой-то момент Марта подняла глаза и ясно увидела Никиту, беседующего с главным врачом Аркадием Степановичем.
Появление зятя несказанно удивило Марту, поскольку она ни за что бы не поверила, что явился он справиться о её здоровье.
-Что, Никита, соскучился по мне? - Марта вероломно подловила мужчину на одной из аллей, когда не глядя по сторонам, он спешил к воротам, за которыми припарковал машину.
-Марта Васильевна! - вздрогнул Никита. - Вы меня напугали! Зачем вы напали на меня так внезапно?
-Внезапно напала?! - засмеялась Марта. - Да я здесь живу, твоей милостью, а вот ты что здесь делаешь?
Никита запустил руку в волосы, замялся, а затем неожиданно предложил, как с моста прыгнул:
-Давайте присядем, Марта Васильевна? Поговорим? Побеседуем?
-Что ж, давай присядем, поговорим, почему бы и нет? - заинтригованная Марта направилась к ближайшей свободной скамейке, расположившейся меж огромных гордых сосен.
-Слушаю тебя, Никита. - удобно усевшись и вытянув полные ноги, пригласила к беседе Марта.
Никита покружил вокруг, сорвал несколько иголок с молоденькой совсем сосны и, положив их в рот, принялся неторопливо жевать, собираться с мыслями.
-Мама у меня здесь... - произнёс он, наконец, и присел рядом с Мартой.
-Что, что? - Марта не поверила своим ушам. - У тебя здесь мама?!
-Ну да, мама. Альцгеймер у неё и, если верить прогнозам врача, то очень скоро минут просветления будет все меньше. Процесс ускорился, вот-вот она перестанет быть собой и превратится в ничто. Это так тяжело, так страшно, Марта Васильевна...
-А ведь маму твою Зоя зовут... - озарило Марту.
-Да. Зоя. И Вы, как я вижу, уже догадались, что это ваша соседка. - Никита покосился на тёщу.
Марта фыркнула, затем прыснула и, в конце концов, расхохоталась как безумная.
-Ну Никита, ну прохвост! Каков подлец! Орёл! - веселилась она. - Вот это я понимаю! Стратег! Генерал! Обеих старух сплавил, мамину квартиру, поди, сдал? - отсмеявшись и вытирая брызнувшие от смеха слезы, спросила Марта.
-Да сдал. А как, я по вашему, должен оплачивать это все? - Никита сделал рукой широкий, неопределённый жест.
-Ну да, конечно, зятек, мой бесценный! конечно, мамина-то квартира в центре, это тебе не зарплата в алкогольной сети. Столько вам с Викой при всем желании не заработать, трудись вы совсем без выходных! Понимаю! - и Марта рассмеялась снова и слышалось в этом смехе столько иронии, что Никита обиделся:
-Зря вы так, Марта Васильевна, все, что я делаю, это из лучших побуждений.
-Ой ли? -усомнилась Марта, а потом сказала:
-А знаешь, Никита, я ведь теперь понимаю откуда ноги растут. То есть я и раньше догадывалась, а теперь точно знаю. То, что ты нас с Зоей в одну комнату поселил, это, конечно, смешно, но и полезно. Для меня полезно. А мама твоя уже не вернётся и детей твоих так и не увидит... Ты отпусти её и проститься приходи, я тебе позвоню, когда она в сознании будет.
-Спасибо, Марта Васильевна! - искренне поблагодарил Никита.
*****
Однажды в гостях у одноклассника, где проводили вечеринку, Лиза познакомилась с Ноа. То был сын друзей хозяев квартиры, приехавший вместе с родителями погостить. Ноа был старше на три года и до тех пор, пока не появилась Лиза, сидел в углу со скучающим видом. Появление девушки его немедленно взбодрило, потому как она показалась ему невероятно красивой, неземной. Лиза, в свою очередь, сразу же обратила внимание на высокого, атлетически сложенного блондина с голубыми глазами и обворожительной улыбкой. Поскольку отец отпустил её всего на пару часов, Лиза не стала терять времени и улыбнулась блондину, намекая на то, что не прочь пообщаться.
-Ноа. Я Ноа. - с сильным акцентом произнес парень, совершенно правильно растолковав улыбку и явно обрадовавшись знакомству.
-Лиза. - представилась девушка и протянула тонкую руку, которую Ноа слегка пожал, бережно обхватив обеими ладонями.
***
Много лет назад родители Ноа покинули Москву ради сытого, благополучного, стабильного Стокгольма. Ноа родился шведом и даже внешне походил на местных и если шведский язык являлся для него родным, то на русском он говорил исключительно дома, поскольку родители считали, что нельзя забывать свои корни. А кроме того, они планировали возить сына в Россию, показать Москву, Питер, города Золотого кольца и много чего еще.
Удовольствия и здоровья для, Ноа занимался греблей, а работать планировал в мире компьютерных технологий, в игровом поле.
-Игры. Я делаю новые игры. Придумываю мир и жителей в нем. - объяснил Ноа. Богатое воображение и знание нужных программ, позволяло Ноа создавать удивительные, яркие вселенные и населять их сказочными существами, обладающими различными навыками и умениями. Часы напролёт Ноа проводил за компьютером, с головой погрузившись в виртуальную реальность. Уже в пятнадцать он заработал первые серьезные деньги и перестал зависеть от родителей. Ноа ждало блестящее будущее и идти в него ему захотелось непременно с Лизой.
Московская школьница буквально свела его с ума, вскружила голову, заставила сердце биться чаще, зажгла искристые фонарики в его глазах и познакомила с чувством, испытывать которое, Ноа не приходилось. Каждую встречу парень ждал с нетерпением, то и дело поглядывая на часы и ругая время за медленный ход. Но стоило появиться Лизе, и часы будто сходили с ума, пускались в бешеный, неудержимый галоп, ничуть не считаясь с чувствами влюбленных.
-Я буду тебя ждать. Когда станешь взрослая, приедешь ко мне в Стокгольм. - тщательно выговаривая слова, уверенно заявил Ноа.
-Приеду, обязательно приеду! - счастливо смеялась Лиза, голова которой кружилась так же азартно и так же уплывала из-под ног земля.
"Если бы родители любили друг друга так, как мы с Ноа, мы были бы самой счастливой, самой здоровой семьёй на Земле." - с грустью думала Лиза.
Ноа подарил ей первый поцелуй и первые цветы, принести которые домой, она не решилась и отдала их первой встречной девушке:
-Возьмите их пожалуйста! Посмотрите, какие красивые! Папа не одобряет моего парня, я не могу оставить их себе! А мне бы так хотелось! Позаботьтесь о них вместо меня!
Никогда ещё Лиза так полно не ощущала жизнь, не радовалась каждому новому дню. Но первая, такая неожиданная и, что важно, взаимная любовь, подарила ей крылья, легко научила летать. Без дёгтя, однако, не обошлось. Чувство приходилось скрывать, в то время, как хотелось о нем кричать всем и каждому. Губы улыбались сами собой, глаза ослепительно сияли и вся она словно переливалась разноцветными, весёлыми огоньками.
Папа не то, что не одобрял, он знать не знал о Ноа и о том, что его дочь, которой ещё нет семнадцати, проводит время в компании трепетного, но огромного, мускулистого шведа и не имело никакого значения то, что парню всего девятнадцать и Лиза для него единственная девушка в мире, как в виртуальном, так и в реальном. Если бы Никита увидел их вместе, его бы, несомненно, хватило сильнейший удар. Представления Никиты об отношениях были четкими: сначала образование, потом встречи и не со всеми подряд, а только с тем, кто впоследствии станет мужем, которого он, Никита, одобрит.
-Одно из основных достоинств девушки - её целомудрие, чистота, невинность. Если когда-нибудь я узнаю, что ты, Лиза, начала встречаться с парнем раньше, чем на четвёртом курсе, я просто не знаю, что с тобой сделаю. Но поверь, тебе это не понравится в любом случае .
Лиза верила, поскольку очень хорошо знала своего отца.
-Я хочу узнать твоих маму и папу. - незадолго до отъезда изъявил желание Ноа.
-Нет, Ноа, прости, не в этот раз. Папа очень строгий, он не поймёт. Но я с удовольствием познакомлю тебя с бабулей!
-Да! Это да! Я уже люблю твоя бабуля! - обрадовался Ноа.
Марта не только одобрила Ноа, но сказала, что сердце подсказывает ей, он будет хорошим, надёжным и любящим мужем.
-Верь ему, детка, он твой. Все будет хорошо. Я это чувствую, старые люди ошибаются редко. - сказала Марта, когда Лиза примчалась к ней одна, после того, как Ноа уехал.
-Ну как тебе? Как тебе Ноа? Правда, он чудо? Мне так хорошо рядом с ним, так хорошо! - без умолку тараторила Лиза, порывисто обнимая бабушку.
О том, что рядом живёт вторая бабушка - Зоя, дети так никогда и не узнали. Зоя, можно сказать, уже покинула этот мир, несмотря на то, что тонкую её фигуру ещё можно было время от времени видеть в парке, где словно приведение она мелькала среди деревьев под неустанным наблюдением одной из сестер. Зоя перестала красить губы, подводить глаза и делать маникюр, шкатулка с украшениями печально стояла на тумбочке невостребованной. Нередко случалось, что Зоя весь день напролет проводила в кровати, не снимая пижамы и не умывшись. В такие дни приходила сестра, расчесывала Зое волосы, укладывала их, кормила женщину с ложечки, что-то тихонько, ласково приговаривая. Смотреть на это Марта решительно не могла и тотчас покидала комнату. Взгляд Зои все чаще не выражал ничего, она на глазах превращалась в пустую оболочку, безвозвратно утратив свою сущность где-то на полпути к смерти.
Марте было больно смотреть на колючую злючку-Зою. "Лучше бы она ругалась и полоскала сына..." - думала она с горечью.
Никита так и не успел застать мать в том виде, который позволил бы им поговорить, попрощаться, сказать друг другу что-то единственно важное, жизненно необходимое. В один из дней, когда Зоя проснулась, как некогда злая и раздраженная, Марта обрадовалась и позвонила Никите, но он, к сожалению, не ответил. "Работает, - поняла Марта. - не получилось... Значит не судьба. "
Осознав, что мать ускользнула, так и не ответив на его вопросы, так и не выслушав, Никита плакал и скулил как побитый щенок. Марта и предположить не могла, как сильно он привязан к матери, какое огромное влияние она имела на него, несмотря на то, что всю жизнь планомерно и методично уничтожала, безжалостно калечила его душу. Зоя унижала, обижала и неустанно топтала сына, и, тем не менее, Никита её боготворил. Да, он отправил её в "Гармонию", но лишь для того, чтобы за ней постоянно присматривали, ибо Альцгеймер не щадит никого. И, как подумалось Марте, её собственное пребывание здесь, Никита задумал затем, чтобы человек добрый и терпеливый, но не оплачиваемый профессионал, а обыкновенный мирянин, скрасил дни его сухой, жестокой матушке. Согласно Никитиной логике, он делал благое дело для обеих женщин и верил в это абсолютно искренне.
Надежда Ровицкая