Французский астроном Пьер Гассенди, а следом за ним и небезызвестный английский физик Исаак Ньютон считали, что свет состоит из маленьких, невидимых глазу частиц. По их мнению, Солнце, огонь, молния и другие источники света, бомбардировали все окружающие поверхности световыми частичками, которые, отражаясь от них, попадали к нам в глаза и формировали картинку. Такое положение дел было в 17 веке.
Недолго музыка играла и всего через каких-то 150 лет (примерно) на сцену выходит другой английский физик – Томас Юнг. Он говорит:
«Хорошо, раз свет состоит из частиц, давайте проверим на практике».
Говорит он и проводит эксперимент.
Берем свечку, ставим перед ней экран, а между ними – плотную перегородку. Пока перегородка не пропускает свет, на экране ничего нет. Проделаем в перегородке малюсенькую щелочку. Если свет – это поток частиц, то через такую щелочку пройдет только один как бы веер лучиков из этих частиц, и на экране мы увидим тонкую полосочку.
Полосочку, конечно, никто не увидел. Но это совсем другая история. На экране появилась нечеткая полоса, по бокам от которой, виднелось еще по одной полосе поменьше. Люди крепко призадумались.
«Погодите, – сказал Юнг, – я еще вот как могу».
И взял и проделал рядом с первой щелью вторую, поменьше. Как будто без этого проблем не хватало. И что же мы увидели на экране? Череду светлых и темных полос! Это ж классическая интерференционная картина!
«Всё дело закрыто, свет есмь волна. Я доказал», – порешил Юнг.
Если бы только он знал, что еще 100 лет спустя придут новые умники, которые докажут всему свету, что свет – и волна, и частица, а вернее ни то, ни то другое. Но вот это уже точно другая история.