Поймала себя на мысли, что где бы я ни жила, практически всегда я очень любила своё жилище. За исключением парочки мест, в которых мне довелось обитать. В первый раз я так и не поняла ничего, проживая самостоятельно в первый год после отпочкования от родительского гнезда. Можно освежить в памяти:
А потом это был год жизни на Дальневосточном проспекте. Об этом периоде я рассказала вот тут:
Во всех остальных местах обитания я ухитрялась свить уютное гнездо, находиться в котором мне было очень комфортно.
Когда после Поэтического бульвара я обосновалась на улице академика Байкова, папа тут же, по согласованию с хозяйкой квартиры, привёз мне из Выборга мою собственную тахту и ковры на пол и на стену. Комнатка была небольшая и квадратная. Справа от двери по этой же стенке стояла тахта, ковёр на стене опоясывал её углом, получалось очень уютно. У противоположной стены справа от окна располагался хозяйский письменный стол. А по левой стене хозяева поставили некое сооружение, кажется самодельное, из собранных в два яруса нижних тумб от мебельной стенки (все помнят, что это такое?)
Нижняя часть была длиннее верхней, и в это место на стене чудесно вписалось зеркало.
А на ковре над тахтой был прикреплён булавками портрет Брижит Бардо, выполненный простым карандашом на большом листе ватмана.
Типа такого. Точной копии я найти не смогла. Подарил школьный друг, когда мне слишком приспичило его заиметь. Я у кого-то увидала, и он поразил моё воображение. Не знаю, куда он девался потом? Истрепался, наверное.
Это было моё первое самостоятельное жильё. Пусть не совсем моё, только видимость, но что-то позволяло мне считать этот дом своим. Может быть то, как меня в нём приняли.
Генриетта Николаевна, хозяйка квартиры сразу же предупредила меня, чтобы я не привозила никакой своей посуды. "Вполне хватит того, что есть". И я даже вещи свои, те, которые нужно было повесить на плечики, хранила в шкафу в её комнате, потому что в моей комнате такого шкафа не было. Когда у них собирались какие-то гости и накрывался стол, меня обязательно приглашали поучаствовать.
Помню, как к хозяйке приехал какой-то друг из Грузии и привёз с собой грузинскую чачу.
Как обычно, я приняла участие в застолье. Чачу мне довелось попробовать впервые. У неё был почему-то цитрусовый вкус, что несколько сглаживало крепость напитка. Короче, на следующий день я покрылась волдырями. А Генриетта была врачом, работала в Институте усовершенствования врачей. Сначала решили, что у меня аллергия. А потом оказалось, что меня кто-то заразил краснухой. Помню, что было очень тяжко, высокая температура. Я обычно без температуры болею, поэтому тяжело переношу её наличие. И моя квартирная хозяйка ходила за мной, как родная мать.
Кстати, мы очень дружили с её старшим сыном Гошкой. Он учился классе в седьмом, но был очень умненьким и начитанным мальчиком. И очень уважал приходить ко мне в комнату поговорить. И ведь нам было о чём!
Если ещё учесть, что моё жилище находилось в 15 минутах езды от места учёбы, вы согласитесь, что с жильём мне очень повезло.
Думала, расскажу вам сразу обо всех своих гнёздах, но, пожалуй, погорячилась. Слишком много получится, боюсь утомить. Перенесу рассказ на другой раз.
И на этом разрешите откланяться.
А ко мне сюда заглядывайте, может быть интересно.
Вы всегда можете здесь подписаться на мой канал, если вас заинтересовало то, что я делаю. А я буду очень рада вам и вашим комментариям.
Всегда ваша Виктория.