На холме, возле самого моря, обласканный тёплым морским ветром и избалованный солнечными лучами, удобно расположился двухэтажный мини-отель «Гнездо кукушки». Летом здесь всегда было оживлённо, а к концу осени отель наполовину пустел, а потому его двери открывались для зажигательных молодежных вечеринок, которые уже стали здесь традицией.
Хозяевами уютного отельчика были брат с сестрой, Евгений и Евгения, или, как звали их друзья — Женя и Женечка. Они были близнецами и, хотя походили друг на друга, как две капли воды, но разительно отличались характерами. Женя был лёгким на подъём и неисправимым оптимистом, а Женечка — убеждённой пессимисткой и злючкой, из тех людей, которые считают, что ничего в жизни не даётся просто так, и что «доверяй, но проверяй».
Отель раньше принадлежал родителям близнецов, но перешел в их владение после гибели родителей в ДТП. Ребята жили тут же, в двух небольших комнатушках, на первом этаже. После смерти родителей командование делом отца взяла на себя Женечка. Теперь она была для Жени и отцом, и матерью, и сестрой. В свои неполных двадцать два она умело управлялась с финансами, руководством отеля и закидонами брата, который, казалось, так и не вышел из детства. Это добавляло ей проблем и переживаний за будущее бизнеса и за судьбу брата.
— Ты опять разрешил здесь устроить вечеринку Маврику? Он ещё за прошлую не заплатил! Ты головой думаешь, или она тебе только для еды нужна? — отчитывала Женечка брата.
— Так заплатит же, просто у него события друг за другом идут: две недели назад ему двадцать пять стукнуло, а сегодня у Маврика мальчишник. Женится человек, как отказать? — оправдывался Женя.
— А знаешь что, — сказала Женечка, — вот сам этот мальчишник и устраивай! Возьми деньги, сам составляй смету, договаривайся, бегай, а я беру отгул! Покеда!
Женечка сняла фартук, выключила пылесос и ушла. Женя не ожидал такого поворота:
— Эй, ты куда? А как же я? Я не умею! Женька, вернись!
Женя выбежал на террасу, но только увидел клубы пыли. Сестра взяла мопед и угнала, только её и видели. Стукнув кулаком по перилам, Женя поплёлся готовиться к обещанной вечеринке-мальчишнику. Он никогда не составлял смет, не рассчитывал номера и не заказывал продукты. Всё это делала Женечка, а он был человеком-праздником: ди-джеем, ведущим, стендапером и всем, чем угодно, лишь бы народ веселился. А теперь придется разбираться самому.
***
— Короче, пацаны, — сказал он прибывшим на вечеринку парням, — я тут прикупил, чего смог, развлечения тоже. Ну что, зажжём вечерину?! Мои поздравления жениху!
— Ура! — неслось со всех сторон.
Праздник начался вечером и плавно перевалил за полночь. Усталые и довольные, гости разошлись по номерам лишь под утро. Вечеринка удалась. Изрядно выпивавший Женя не помнил, как добрался до кровати.
Проснулся он от детского плача. Полуденное солнце светило в открытое окно. Голова болела. Плач не прекращался. «У кого такой противный рингтон на будильнике?» — подумал Женя.
Он вышел из комнаты и прислушался. Плач раздавался откуда-то сверху, из комнаты одного из гостей, который был приглашён на мальчишник.
— Эй, у кого на полную громкость будильник орёт?! — крикнул Женя.
Плач на секунду стих, а затем начался с новой силой.
Женя быстро поднялся на второй этаж. Все двери в комнаты, кроме одной, были открыты: гости покинули отель, пока Женя спал. Поэтому, кроме него, в отеле никого не было.
Звук шёл из-за дверей. Женя осторожно заглянул в номер. От увиденного у него прошли остатки похмелья, и бросило в жар.
— Что за дела? Это что, шутка?
На кровати в люльке лежал младенец и истошно кричал. Он уже был весь красный, а его малюсенькие ручки, сжатые в кулачки, хаотично махали в воздухе. Ребёнок был накрыт маленьким одеяльцем ручной работы.
— Эй, ты кто? — Женя подошёл ближе.
То ли лохматая голова Жени, то ли его округлённые от удивления глаза, но что-то привлекло внимание младенца. Он перерастал плакать.
— Ты откуда здесь взялся? А-апчхи!
Женя громко чихнул и сразу закрыл уши руками, в страхе, что малыш снова закричит. Но этого не произошло. Малыш улыбнулся, обнаружив два нижних зуба и милейшие ямочки на щеках. А его голубые глаза внимательно наблюдали за незнакомцем. Малыш заворочался, взялся за край люльки и попытался сесть, что у него не получилось. Тогда он потянул ручки к Жене и жалобно посмотрел: вот-вот заплачет.
— Я не умею младенцев на руках держать, — сказал Женя, — сейчас сбегаю за телефоном и одной вредной тёте позвоню.
Куда там! Малыш закричал так, что Женя схватил его под мышки, как котёнка, и сам, чуть не плача, осторожными шагами, словно несёт хрустальную вазу на голове, пошёл в свою комнату. Малыш сучил ногами, махал руками и требовал, чтобы его взяли, как следует.
Женя зашёл в комнату, положил ребёнка на свою кровать на животик и набрал номер сестры. Телефон не отвечал.
— Возьми трубку, вредина!
На крики пришёл Саймон — большой рыжий плоскомордый кот, любимец постояльцев и, по сути, хозяин отеля. По крайней мере, он сам так считал. Саймон запрыгнул на кровать и подошёл к малышу, который тут же перестал плакать и уставился на кота. Саймон понюхал голову младенца и лизнул его в затылок. Комнату огласил громкий заливистый смех малыша. Тогда кот лёг чуть поодаль и стал шевелить хвостом. Эта деталь не ускользнула от маленького любопытного носика, и малыш, спотыкаясь, пополз к коту. Уже через пару минут мудрый зверь и человеческий детёныш нашли общий язык. Женя, открыв рот, наблюдал эту картину. То, что не смог сделать он, кот уладил в один момент.
— Ура! Саймон, хоть ты меня не бросай, ладно? Видишь, какой попадос? И хозяйка твоя трубку не берёт. Я чокнусь щас, — тихо сказал Женя.
Кот лежал и с умной мордой смотрел на Женю, словно понимая груз возложенной на него ответственности. А может, подсчитывал в уме, во сколько вкусных подушечек, пакетик с которыми хозяйка прячет в кухонном шкафчике, Жене обойдутся его услуги.
— Чего названиваешь, соскучился? — за спиной Жени раздался голос сестры.
— Наконец-то! Женька, ты где была? Тут такое, такое! Короче, вот, — и Женя отошёл в сторону, предоставив глазам сестры всё, что он не смог сейчас описать словами.
Когда Женечка увидела ребёнка, муслякающего хвост кота, она пришла в ужас от двух вещей: наличием ребёнка, как такового, и того, что этот ребёнок сейчас ест её кота, что как минимум, негигиенично.
— Откуда у тебя ребёнок? — спросила она, стараясь не кричать, хотя очень хотелось.
Женечка отодвинула кошачий хвост, чем вызвала недовольство малыша.
— Со второго этажа принёс.
— Ладно, спрошу для особо одарённых: откуда ребёнок в отеле? Совсем один. Где его родители? — дрожа от гнева, спросила Женечка.
— Не знаю. Я проснулся, а он уже был, — пожал плечами Женя.
— Так его подкинули или вышли погулять и скоро вернутся?
— Не знаю.
— Стоило мне оставить тебя на ночь одного, и тебе подкидыша подсунули! Женя, вот, что ты за человек такой! — Женечку трясло от злости.
— Я-то здесь при чём!
Малыш, услышав перепалку, заплакал. Женечка взяла его на руки и начала качать:
— Не плачь, маленький, пойдём, посмотрим, где тебя нашёл этот дурачок, — и она отправилась в сопровождении брата в номер.
В люльке, кроме одеялка, лежали вещи первой необходимости для ребёнка: бутылочки, смесь, различные баночки для прикорма, подгузники и немного одежды. Сбоку Женя нашёл скомканную записку: «Это твоя дочь. Её зовут Евгения. Ей шесть месяцев. Ты отказался от меня, попробуй теперь отказаться от дочери».
— Женя, это твой ребёнок, смотри, как она на нас похожа, и глаза голубые и носик курносый, — констатировала Женечка тоном, не терпящим возращений, — кто её мать? Звони давай! Не плачь, Евгеша, не плачь, малышка. Ой, смотри, она отреагировала на своё имя.
— Не знаю я никакую мать! Ну, было с одной прошлым летом, так, курортный роман, — вытаращив глаза, сказал Женя, — но я даже телефона её не знаю. Она уехала и даже не попрощалась, помнишь, я ещё обижался?
— Точно! И сроки совпадают.
— Что делать будем, молодой отец? В полицию звонить? — спросила Женечка.
— Ты чего, а если Евгешу отберут и в детский дом отправят? — возразил брат.
— Тогда пусть здесь живёт, — сказала Женечка, — всё-таки племяшка моя. Знала бы мама, что сейчас тут происходит! Тебе не кажется, что Евгеша на маму немного походит?
— Думаю, есть сходство, — улыбнулся Женя, — дай её подержать.
Женечка протянула брату малышку. Видно было, что он волнуется. Женечка помогла ему правильно взять ребёнка, который смотрел на Женю и сосал пальцы.
— Так, — сказала Женечка, которая при любых обстоятельствах пыталась найти выход, — нужно Евгешу покормить. Давай, племяшка, посмотрим, что тебе твоя мать-кукушка оставила. Ага, ничего не понятно, столько баночек разных.
И Женечка обратилась туда, где всегда всё знали: на женский форум. Объяснив ситуацию, она получила шквал советов и слова поддержки. Теперь всё сообщество мамочек было обращено на двух ребят, которым подкинули ребёнка.
С успехом накормив Евгешу, они обнаружили, что малышке пора менять подгузник.
— Фу-у, какой кошмар! — воскликнул Женя, когда увидел содержимое подгузника, — как такая маленькая девочка могла такое сотворить!
В это время Женечка вытирала вымытую малышку.
— Все такими были, — усмехнулась Женечка, — думаешь, будешь отлынивать? Ага, щас! Подай детский крем и памперс. Потом твоя очередь дочери памперсы менять. Любишь кататься — люби и саночки возить.
Пока Женечка разбиралась с бытовыми проблемами, Женя знакомился со своей дочерью. Оказалось, она сильно любит то же, что и он: котиков, покушать, поиграть и поспать. Так что, когда Женечка вернулась в свою комнату, то обнаружила всех троих сладко спящих на своей кровати. Евгеша спала посредине, а по обеим сторонам сопели Женя и Саймон.
— Какие же вы дети, — устало сказала Женечка и отправилась стирать детские вещи. «Мамочка, если ты слышишь, помоги нам», — подумала Женечка. После смерти родителей прошло два года, а рана на сердце так и не зажила. Сейчас они с братом как никогда нуждались в её поддержке.
Троица проспала долго, и Женечка успела прибрать в номерах, приготовить нехитрый обед и заказать на дом продукты, включая детское питание.
***
Два месяца незаметно промелькнули в хлопотах. Наступила зима, а у Евгеши появилось ещё два зуба. Теперь она с удовольствием грызла сушки и сухарики, массажируя зудящие десна. Саймону не раз пришлось столкнуться с острыми зубками своей любимицы, поэтому он теперь благоразумно прятал свой хвост.
Женечка волновалась, что у малышки не было никаких документов и им нельзя появляться в государственной поликлинике. Благо, что частные педиатры не задавали лишних вопросов.
— Ребёнок должен где-то числиться и иметь документы. Вон, у Саймона они и то есть! Делай что-нибудь, отец ты или кто? — не вытерпела Женечка.
— Завтра пойду в адвокатскую контору, не волнуйся, — сказал Женя.
***
Но адвокаты не понадобились. Вечером в отеле, который пустовал уже неделю, кто-то позвонил в долгожданный звоночек. В холле стояла худенькая белокурая девушка с заплаканными глазами небесного цвета. Женя невольно залюбовался красотой девушки.
— Приветствую в «Гнезде кукушки», — улыбнулся посетительнице Женя, — будешь заселяться?
При слове «кукушка» девушка разрыдалась, закрыв лицо руками.
— Что с тобой, ты чего плачешь? Можно потише? — сказал Женя, боясь, что Евгеша проснётся.
— Ты тут маленькую девочку не находил? Я дочку её отцу оставила, но он сказал, что не взял её с собой! Он её бросил здесь, как и меня когда-то! А я надеялась, что он одумается! Даже не сообщил, что оставил здесь Евгешу! Я проследила издалека, когда он выходил отсюда после мальчишника, мне показалось, что он нёс в руках голубую люльку. А это оказалась его спортивная сумка.
— Так это ты — мама Евгеши? Вон оно как, а я думал, что я — её отец, — поразился Женя. — Вот сестра обалдеет! Меня, кстати, Женей зовут, а тебя?
— Я — Лера, и я хочу видеть дочь, — умоляюще сказала девушка.
Когда она зашла в комнату, где в детской кроватке спала Евгеша, улыбаясь во сне, Лера упала рядом с кроваткой на колени и заплакала.
Женечка стояла в дверях, в шоке от происходящего. Она сразу поняла, что это — мать ребёнка, и ждала момента, чтобы высказать, всё, что она думает.
Когда Лера успокоилась, она вышла в холл и виновато посмотрела на Женю и его сестру:
— Простите меня, я за эти два месяца вся измучилась. Я за всё вам отработаю! За каждый подгузник! Мне больше некуда идти, мама умерла, а отчим выгнал нас с Евгешей из дома. И я решилась на то, что сделала.
***
Когда Женечка узнала всю правду, злые слова застряли у нее в горле. Она посмотрела на брата, который весь покраснел от гнева и жалости. Два абсолютно разных чувства боролись в нём. И это было для него впервые. «Наконец-то ты взрослеешь, братик», — подумала Женечка.
— Оставайся, — хором сказали брат с сестрой и переглянулись.
— Здесь места всем хватит, — сказал Женя, — ты не поверишь, но мою сестру тоже зовут Женя. Тут целая коллекция из Жень, так что придётся тебе задержаться. Если захочешь, то навсегда.
Женечка поняла, почему брат так сказал, всё-таки они были близнецами. Лера стояла напротив Жени и, не отрываясь, смотрела на него. Женечка щёлкнула пальцами. Никто не отреагировал. Женечка улыбнулась. Она поняла, что их «Гнездо кукушки» снова превращается в семейное гнёздышко.
---
Автор: Ирина Ашланская
---
Слабак
- Как правильно: чаячья или чайкина? – спросила она мужа.
Тот вздрогнул. Жена третий день играла в молчанку, и ее вопрос, сказанный тихим ровным голосом, был подобен удару жгута.
- Ты это к чему? – он перевернулся на бок, лицом к ней. К его белому, лишенному загара, налившемуся благополучным и таким отвратительным жирком, животу, прилипли песчинки. Глаза близоруко щурились, от чего казались совсем маленькими, невзрачными. Круглые, почти женские плечи казались широкими только под рубашкой, а сейчас было видно, какие они пухлые, дряблые, покатые.
Элю чуть не передернуло от отвращения. Она попыталась скрыть свои эмоции. Получилось не очень хорошо – Эля прочитала это в глазах Дениса. «Жалкий тюфяк. Слабак. Мерзость какая, Боги!»
Он все понимал. Он вообще был очень понятливым. Ботаник. Зубрила. Заточка. Странная природа причудливо распределила по рангам представителей человеческой расы. Сильные, смелые, злые «альфы» порождают себе подобных, оттискивая в сторону жалких недоделков. Все так, как должно быть. Все верно.
Но слабаки, хилятики и недоноски, поняв, что уцепиться за место в жизни за счет физической силы не удается, обзавелись большим мозгом. Большим и очень хитрым мозгом. И вот, какой-то из недомерков придумал вместо палки топор и вручил восторженным альфам.
Потом он изобрел яму, дно которой ощерилось остро наточенными копьями. Первый мамонт, и сыто все племя. А если устроить эти хищные ловушки по границам поселения? Никакой враг племени не грозит. А если во время страшной бури увидеть загоревшееся от небесного огня дерево, да назвать его тотемным защитником? Тогда у племени появится собственный великий жрец!
И вот, дикие, косматые красотки идут к главному изобретателю на поклон. Потому что с ним ты будешь всегда сыта. Хоть и спать с ним невозможно. И вообще от него тошнит. Но таков закон: жить надо с тем, кто может устроить тебе беззаботное существование в уютной пещере. А благодарные мускулистые альфы будут таскать в эту пещеру мясо, и их глупые жены, клюнувшие на силу, а не на ум, будут чистить жилище умного недомерка и преклоняться перед величием его холеной жены…
Эля свободно плавала в водах бизнес-моря, словно часть безликого офисного планктона, когда Денис сделал ей предложение. Подруги убеждали: головастый парень, ты с ним не пропадешь! Он – гений! Да, Денис был гением. Денису достаточно одного беглого взгляда на любой проект, и он мог сразу докрутить модель до совершенства, приносящего огромные деньги. Или выкинуть в корзину, как безнадежный.
- Выходи замуж, дочь. Не смеши народ, - требовала мать.
- С лица воду не пить, привыкнешь, - завидовала сестра.
- Ты дура, что ли, Элька? Бабки, влияние, нормальная жизнь! – кричала ей Маринка, накачанная вином в зюзю после очередного разрыва с одним из «альфа» самцов, - ты посмотри на меня! Нравится?