Три. Два. Один. Возьмёт, или проигнорирует?
– Здравствуйте! Это, Валентина, партнёр Офиген-банка. Уделите мне буквально пару минут?
Слушая женственно шелестящий голос коллеги, воркующей с отозвавшимся клиентом, Роман Раскольников впервые в жизни пожалел, что родился не женщиной. Ишь, как заливает. И не важно, кто на другом конце трубки – падкий до сладкоголосых девиц сорокалетний бизнесмен или пенсионерка, которая уже не слышит половину сказанного. Главное что? Тембр голоса, успокаивающие, обволакивающие нотки, вызывающие доверие и понуждающие клиента продолжить разговор. У Романа с этими врождёнными качествами не задалось. По крайней мере, не на этой работе. Подтверждением служил околонулевой KPI: в низкие показатели эффективности Романа каждый день тыкал руководитель группы.
Роман Раскольников набрал в грудь воздуха, сделал плавный выдох и позвонил на следующий номер в списке.
Три. Два… В горле что-то предательски зачесалось как раз в тот момент, когда абонент ответил.
– Иннокентий Антонович? Здравствуйте! – прохрипел Роман, смахивая кулаком проступившую слезу, и затараторил заученный текст: – Уделите мне буквально пару минут вашего внимания, и я расскажу вам об услуге, которую вы можете бесплатно получить, если…
Короткие гудки.
Роману стало так обидно, что делая отрицательную пометку в базе, он слишком импульсивно дернул мышкой и стёр весь столбик данных.
И этот бросил трубку! Да что ж это такое! Чего они все шарахаются, как от прокажённого! Роман представил себе, как этот хам Иннокентий Антонович старательно выбирает в меню смартфона пункт «заблокировать и сообщить о спаме» напротив номера, с которого ему только что позвонили.
– Ах вот вы как, – мрачно процедил Роман Раскольников. – Ну, уж нет. Со мной нельзя так. Я тоже человек! Личность!
Новое, неожиданное ощущение собственного достоинства посетило Романа.
– Тварь ли я дрожащая, или право имею… – прошептал он фразу, откуда-то родившуюся в голове.
С этими словами он покинул рабочее место и направился на другой край необъятного опенспейса, бросив на недоумевающих коллег взгляд, полный торжества, вызова и где-то даже немного презрения.
– Кристина Робертовна!
– Роман. Ну что опять? Я занята. Давайте в нерабочее время.
Кристина Робертовна, уверенная в себе деловая женщина двадцати четырёх лет от роду, напряжённо всматривалась в свой монитор, словно тщилась найти там ответы на все тайны вселенной. Роман Раскольников, тридцативосьмилетний мужчина в самом расцвете сил, застыл на месте. Его боевой настрой куда-то делся, и стоя перед руководителем с приоткрытым ртом он напоминал то ли актёра немого кино, то ли аквариумную рыбку на полу.
– Судя по отчёту, проблемы у вас остались те же, – руководитель колл-центра сверилась с данными. – Значит, дополнительный инструктаж не помог, психолог тоже. Может, у вас сложились нездоровые отношения в команде? Вы слабо участвуете в тимбилдинге…
– Я увольняюсь, Кристина Робертовна!
Слова прозвучали, как выстрел на дуэли. Роман Раскольников сам не поверил в звук своего голоса. Он впервые прозвучал уверенно и мощно, так, как во время прозвона «холодных» номеров никогда не получалось.
– Да? Ну, учитывая вашу результативность, я вас не стану удерживать, – удивлённо произнесла Кристина Робертовна, наконец, оторвавшись от монитора. – Только куда же вы пойдёте? Продавцом на кассу в маркет-у-дома? Или дворником? Но туда сейчас тоже, ещё попробуй, устройся. Конкуренция за места не маленькая, и не только со стороны наших соотечественников…
Все вытесненные в миг внутреннего триумфа страхи снова нахлынули на Романа Раскольникова, и он зажмурился от стыда и горечи. Перед взором его вспыхнул и растворился в небытии архетипический топор.
– На плотника пойду учиться! – выпалил он. – Рабочие профессии сейчас в дефиците. Когда я на учёте в центре занятости стоял, нам рассказывали.
Кристина Робертовна только развела руками, мол, я сделала всё, что могла.
Тварь ли я дрожащая, или право имею, – вертелось в голове Романа, пока он шествовал к отделу кадров мимо вереницы юных, уверенных в себе, эффективных лиц.
*
– Ещё один не выдержал, – задумчиво отметила Регина Геннадьевна, менеджер по персоналу, возвращая на стеллаж папку с документами уволившегося сотрудника. – А говорят эйджизм, дискриминация. Просто работа адская. Только молодые вывозят.
С ужасом она подумала было, что ей самой уже сорок два, а переучиваться поздно, но усилием воли подавила тревогу. Надо было возвращаться к работе: публиковать объявление об открывшейся вакансии оператора в колл-центр. Так, что там за требования? Возраст – до тридцати пяти…
Подписаться на фан-группу писателя Сергея Остапенко и читать новые рассказы и миниатюры:
vk.com/ostapenkosergey
Читать романы Сергея Остапенко:
www.litres.ru/author/sergey-ostapenko-25630212/