- Мы уже думали, что ты не вернешься, Скворцов, - сказал Ромка, встретив друга в палате.
Мальчишки как раз укладывались спать.
- Где был? Ты рассказать обещал, - напомнил Валька, вытирая рукавом сопливый нос.
- Да нигде. Нечего рассказывать, - отмахнулся Колька, падая на кровать.
Мало того, что он показал свое сумасшествие Ленке, и она посоветовала ему сходить к врачу, так еще и девочка оказалась жива. Но он видел! Он даже трогал ее холодную безжизненную руку. Как же так?
- Давай, колись, - Ветка сел на его кровать и хлопнул по ноге.
Коля перевернулся на спину и заявил, глядя в потолок.
- Я, наверное, сумасшедший.
- Что случилось-то? – не выдержал даже Игорь.
Коля молчал. Он не хотел, чтобы друзья тоже его посчитали психом. Но они просто так не отстанут.
- Хорошо, - Колька сел, огляделся. Сашки в комнате еще не было. Тогда он постарается успеть рассказать, пока товарищ не вернулся от умывальников. – Каждую ночь Капустин бродит по комнате, бормочет что-то. А затем убегает в лес. Я пыталась следить за ним, но он скрывался. А тут вчера…
Дыхание у Кольки перехватило, как только он вспомнил жуткое лицо Сашки, смотрящее на него из темноты.
- … вчера я его увидел. В лесу. Это он пил кровь зверей. Это Сашка – чупакабра. Или вампир. Не знаю.
- Ну и жуткие у тебя сны, Скворцов, - присвистнул Игорь, приняв рассказ за шутку.
- Это не сны. Я от него улепетывать начал. Под забором на пузе прополз. Вот! – он достал из-под кровати грязную рубашку. – Всю рубаху перепачкал. А сегодня я опять видел, как Сашка пошел куда-то во время танцев. Намылился за ним. Только его не нашел. Зато на дорожке девчонка лежала из девятого отряда. Мелкая совсем. С дырой в шее. Я бросился бежать, хотел врача на помощь позвать. Она ведь мертвая была. Я пульс пощупал. Встретил Марьванну. Мы обратно вернулись, а девчонки нет. А потом я ее увидел живую, с вожаткой другой шла.
- Да, Скворцов. Ты точно поехал кукухой, - согласился Ветка, почесав затылок. – Или очень классно языком трепать умеешь.
- Да смысл мне врать? – обиделся Колька. – Чтобы вы меня просто так за психа приняли? Тут творится какая-то чертовщина. Вампиры и мертвые девочки. А все взрослые делают вид, будто ничего не происходит.
- Не брешешь? – вдруг серьезно спросил Рома, будто на минуту поверил, что все рассказанное может быть правдой.
- Либо чокнулся, либо правда, - сказал Колька.
В комнату с полотенцем на плече вошел Сашка. Он мурлыкал под нос какую-то песенку, похожую на гимн пионеров.
Ветка решительно встал с кровати и подошел к Сашке.
- Давай, Капустин, колись. Мы все знаем, - он толкнул его рукой в плечо.
Сашка опешил и удивленно захлопал глазами.
- О чем ты?
- Мы знаем, что это ты та чупакабра, из-за которой Зарницу отменили. Вампирюка.
- Я не понимаю, - замотал головой Сашка. Сейчас он выглядел таким растерянным, будто и впрямь был невиновен.
- Ром, отстань от него, - вдруг заступился Игорь, который до этого даже рта не раскрывал. – Мало ли, что Скворцов навыдумывал. А ты просто так на парня нападаешь.
Ромка замер, повернулся к Игорю.
- А че ты его защищаешь? Может, и ты такой же? – мальчик сжал руки в кулаки.
- Давай теперь всех обвинять в вампиризме! – взвился Игорь. – Вон, Валек, он постоянно бледный ходит, и руки у него всегда холодные. Наверное, он тоже вампир!
- Ты Валька-то не трожь! А то в нос дам.
Ромка почему-то с первого дня решил взять покровительство над слабым Вальком. Наверное считал, что иначе мальчишке из детдома будет сложно в лагере.
- Давай! Давай в нос! – закричал Игорь, спрыгивая со своей кровати и сжимая кулаки. – Только языком чесать и можешь. Да обвинять всех подряд!
Коля в ужасе смотрел на разыгрывающуюся сцену. Он уже жалел, что сдался и рассказал всю правду. Теперь парни подерутся. А правду никто так и не узнает.
- Стойте! – крикнул Колька. – Прекратите ругаться.
- Ты же сам сказал, что он вампир, и что теперь, не выбить из него правды? – возмутился Ветка, обиженно скрещивая руки.
- Но ты драться собираешься с Игорем! При чем тут вообще Игорь? – попытался вразумить Ромку мальчик.
Рома задумался.
- Действительно. Надо ж было Капустина поколотить, чтобы он во всем сознался, - кивнул тот и повернулся к замершему Сашке. – Сознавайся, или хуже будет.
- Это просто какой-то бред! – закричал Сашка, выбегая из комнаты. – Марьванна! Марьванна, они меня бить хотят!
- Крыса, - фыркнул Ромка, садясь на свою кровать. – Ну ничего, я его завтра подкараулю, всю правду выну.
Коля молча посмотрел на разъяренного Ромку, и снова пожалел, что рассказал. Он не хотел, чтобы кто-то дрался. Просто предупредить пытался. И вот что из этого вышло.
Прибежавшая вместе с Сашкой Марьванна была крайне недовольна.
- Вы что тут устроили? – возмутилась она. – Это что за нападки на мальчика?
- Да он вампир просто, - буркнул Ромка.
- Обзываться у нас тоже не принято, Веточкин! – сурово сказала вожатая. – Будешь наказан. Завтра весь день в столовой дежуришь, понял?
- Да так не честно! Я же его не побил!
- Еще этого не хватало. Прямые угрозы были? Были! Достаточно для наказания. И не перечь мне, Веточкин! А то позвоню твоим родителям.
Ромка поджал губы. Звонка родителям он боялся. Родители у него были строгие. Чего только папка стоит. Как что не так – ремень в руки и по Ромкиной заднице.
***
Утром Сашка встал одним из первых. И когда пришел Степан Сергеевич, чтобы всех разбудить, мальчик уже был одет, причесан и повязал себе на шею красный галстук.
- Рома, Игорь, идем умываться, - произнес мальчик, улыбаясь.
Игорь тут же подскочил, схватил полотенце и надел сандалии.
А Ромка только натянул одеяло на голову.
- Рома Веточкин, вставай, - приказал Сашка, хмурясь и подходя ближе.
Коля удивленно наблюдал за происходящем. Происходило что-то странное, Капустин никогда не позволял себе повышать голос на Ромку, да еще и приказывать ему. Зачем мальчик нарывался, было непонятно.
- Сашка, ты че творишь? Он ведь, правда, побьет тебя, - прошептал Валек, наблюдая за тем, как откинулось одеяло на кровати Ветки. И как мальчик поднялся на ноги.
- А мы помирились с ним вчера вечером, правда, Рома? – улыбнулся добродушно Сашка.
- Помирились, - согласился Ветка, почесывая шею. – Надо окно на ночь закрывать, комары озверели.
***
- Ты заметил? – возле умывальников сказал Валька. – Ветка не с нами пошел, а с Сашкой.
- Как тут не заметить, - пробормотал Коля. – И странный стал. Ты слышал, чтобы они вчера мирились?
- Нет. Мы же спать сразу легли.
- То-то. Сашка с ним что-то сделал, - решил Скворцов. – Точно тебе говорю.
Валек испуганно огляделся, проверяя, нет ли рядом Капустина.
- Думаешь, он его покусал? – шепотом спросил Валек.
- Может и покусал. Только Ромка уже не наш Ромка.
На зарядке Ромка, Саша и Игорь стояли впереди всех. В красных галстуках, отглаженных рубашках. Улыбчивые, выспавшиеся.
- Раз-два, три-четыре, - командовал физрук Николай Анатольевич.
Он был усатый и худой. Синий спортивный костюм висел на нем, как на вешалке. Мужчина делал бодрые прыжки, размахивая руками.
- И еще один подход!
Ветка активнее всех прыгал, хотя до этого ленился даже ноги поднимать. Вечно сонный по утрам, он раздражался на любые активности, которые от него требовались. Сейчас Рому будто подменили.
- Ромка прыгает, - шепнул Валек Кольке.
- Прыгает, - согласился мальчик.
После зарядки Валек подбежал к своему другу.
- Ромк, погнали в футбол после завтрака?
- Не могу, я обещал Саше поиграть в шахматы.
- Ты же терпеть их не можешь, - удивился мальчик.
Ромка только пожал плечами и отправился следом за Капустиным.
- Колька, мы Ромку потеряли. Совсем. Он идет после завтрака играть в шахматы с Сашкой. Он его загипнотизировал что ли?
Коля даже не знал, что и сказать. Они с Вальком остались вдвоем. Саша же шел, окруженный Игорем и Веткой, а где-то позади них плелся Ванька, оглядываясь на Кольку с Козочкиным, будто не мог решить, на чью сторону вставать теперь.
***
- Ухты, Веточкин, тебя не узнать, - заметив прилежно играющего в шахматы мальчика, удивилась Марьванна. – Что это с тобой? Звонка родителям боишься?
- Я просто провел с ним разъяснительную беседу, Марьванна, - улыбнулся Сашка, ставя шах Ромке.
- Надо бы тебя, Саша, поставить перевоспитывать других ребят. Вот, например, из первого отряда. Там Коровьев совсем от рук отбился.
- Могу попробовать.
Лицо Сашки озарила очередная улыбка.
***
- Колись, Капустин, что ты с Ромкой сделал!? – закричал Валек, налетая на Сашку во время тихого часа.
- Ты че, Козочкин? Больной? – спросил мальчик, отталкивая его от себя.
Худенький мальчишка шлепнулся на пятую точку, но тут же подскочил, сжимая от злости кулаки.
- Он все время с нами дружил. А теперь что? За ночь успел с тобой подружиться? Ты что-то сделал с ним, Капустин. Признавайся!
Уши Валька алели. Колька наблюдал со своей кровати и не хотел вмешиваться, вчера уже проходили. Ничего не получится, а Сашка еще и жертвой окажется, потом от вожатых попадет.
- Вот у него и спроси, - бросил Сашка злобно.
Сегодня Ромка был на дежурстве в столовой, поэтому в комнате он пока не появился.
- Спрашивал я уже! Он не отвечает! Говорит, что не хочет больше со мной и Колькой общаться! А вчера хотел! Что ночью случилось?!
Появился уставший Ветка.
- С дороги, - он прошел мимо Валька, отпихнув того в сторону.
- Ромк, ты че? Мы ж друзья, - обиделся мальчишка.
- Не друзья мы и никогда не были. Отвали, а? – и забравшись в кровать, Ветка отвернулся к окну и засопел.
***
- Ребята! Послушайте! Через пять дней у нас концерт. Надо придумать какую-нибудь сценку и танец. Концерт будет посвящен Великой Отечественной войне. У кого какие идеи есть? – Марьванна оглядела пионеров.
Вверх сразу поднялись три руки. Саши Капустина, Игоря Смирнова и Ромы Веточкина.
- Веточкин? Удивлена. Ну, давай, рассказывай.
И Рома предложил сыграть сценку, будто сидят в окопах русские солдаты. Стреляют в противников. И вдруг разносится над полем боля благая весь – война закончена.
Немцы бросают оружие и убегают с поля, а радостные победившие солдаты русской армии поднимают красное знамя.
- Ничего себе.
Идеи Капустина и Смирнова тоже оказываются интересными, но они задействовали бы слишком мало народу, а нужно было, чтобы весь отряд мог поучаствовать. Поэтому решили брать за основу сценку Ромки.
- Классно придумал! – хлопали его ребята, проходя мимо.
- Спасибо, - улыбнулся Ромка, поправляя красный галстук.
Единственное, что не учла Марьванна, это то, что на распределении ролей никто не захочет быть немцем. Те, кого поставили на роли четырех немецких солдат, орали во все горло так, что у вожатых заложило уши.
- Почему я должен играть плохого?! Я за советскую армию! – голосили они. – А если меня потом в лагере чмарить будут? Скажут, что немец?
Колька, получив как раз роль немецкого солдата, бунтовать не собирался. Ему вообще не до этого было. Ну сыграет он. Полежит в противоположном окопе или вообще на поле боя постоит с автоматом. Да все же понимают, что это просто игра. Спектакль. Ничего серьезного.
Ему бы сейчас разобраться с тем, что происходит с его друзьями, а уже потом думать о роли.
- Вот, посмотрите на Колю. Он молчит. Потому что все понимает! – вдруг указала на мальчика Марьванна. – Коля у нас тогда будет сразу бросать оружие на землю, когда услышит, что война окончена.
Такого повышения Скворцов не ожидал и даже немного возгордился. Ну плохиш он, но не настолько. Откажется убивать военных противоположной стороны.
- А, может, он как раз и хотел бы быть немцем! – вдруг выкрикнул Сашка, подливая масла в огонь.
- Коля, ты хотел бы быть немцем? – устало спросила Марьванна, ища поддержки у тихого пионера.
- Нет, не хотел, - твердо ответил Коля.
- Видите. Никто не хочет. Вам просто надо сыграть.
И тут наконец-то появился Степан Сергеевич. Завидев, еще издали, что у его напарницы ужасные проблемы, он подошел и гулко гаркнул:
- Тишина! Все будет так, как решили. Возражения не принимаются. Те, кто решит возразить – будет мыть туалеты. Ясно? Предлагаю добавить еще солдат на противоборствующую сторону. Чтобы было поровну.
Дети открыли было рот, чтобы начать возмущаться, но предыдущая угроза еще крепко сидела в их головах, поэтому рты недовольно захлопнулись, а немцев стало на целых двух больше.
***
Ночью Коля спал плохо. Он ворочался, постоянно просыпался. Ему опять казалось, будто кто-то бродит по комнате, но, когда он открывал глаза – все спали в кроватях.
Утром мальчик проснулся разбитый. Хотел позвать умываться Вальку, но тот уже ушел с остальными, даже не подождав. А еще вчера возмущался на Рому.
Колька не знал, что и думать. Никто из мальчишек в комнате с ним не разговаривал. Когда он пытался завязать разговор, просто отворачивались, и говорили, что не хотят общаться.
- Каково это, Скворцов, когда становишься изгоем? Нравится? – толкнув его в плечо, спросил проходящий мимо Сашка.
- Не понимаю, зачем ты это делаешь и как. Я тебя разве как-то обидел? Мы ведь в первые дни даже на кружки ходили вместе, - буркнул Коля.
Он конфликтным не был, и драться, как другие ребята, с Сашкой не собирался.
На зарядке Коле пришлось стоять впереди вместе со всеми ребятами из палаты. Они как-то незаметно переместились в первый ряд, и Николай Анатольевич попросил Колю встать рядом со своей палатой.
- Валь, че происходит? – спросил он между прыжками друга.
- Понял, что не стоит с тобой общаться, а то можно психозом заразиться, - буркнул Валька, продолжая скакать, будто заведенный.
А потом он вдруг пошатнулся, схватился рукой за голову и упал на землю, потеряв сознание.
