Поскольку не все заглядывают в профиль, то напомню, что веду этот канал я - писатель Галина Врублевская, что пришла в литературу из другой сферы и в позднем возрасте. Ввиду таких обстоятельств у меня не было и не могло быть опекающих меня знаменитостей. Однако с видными литераторами мне довелось познакомиться еще до своего выхода на большую писательскую дорогу. Общение с мастерами высокого класса, с классиками нашего времени – это большой дар в моей судьбе. Но где в наше время можно познакомиться вживую с писателями?
Это о классиках мы читаем: «Грибоедов пришел к Крылову» или «Достоевский пришел к Некрасову» и все о-кей – мэтры увидели их талант и сразу напечатали! В наше время я не могу прийти, скажем, к Татьяне Толстой или, тем паче, к Дине Рубиной, сокрытым в таинственных замках на литературном Олимпе. У меня никогда не было намерений узнать чьи-то адреса, куда-то проникнуть, а тем более задружиться и получить поддержку. В наше время, конечно, случается с кем-то из популярных авторов общаться в сети, но это несравнимо с живыми встречами, глаза в глаза. Однако жизнь постепенно подталкивала меня в эту сторону, а позже и сводила с писателями, известными в той или иной степени.
Но задолго до личных встреч я смотрела на писателей и поэтом из зрительного зала: посещала платные литературные вечера в филармонии или в Домах Культуры, где выступали именитые актеры или поэты. Например, слушала стихи Беллы Ахмадулиной, когда она приезжала в Ленинград. Или покупала билеты на выступления ленинградских-петербургских писателей. Но никогда не подходила к ним в антракте и записок не писала.
Мои первые встречи с писателями – встречи с общением и разговорами – случились уже на полдороге к писательству. И первыми знаковыми персонами стали для меня две женщины, обе – поэтессы.
Знакомства с женщинами-поэтами
Добрым словом я вспоминаю очень профессионального руководителя своего первого ЛИТО и одновременно человека твердого характера, поэта Ирэну Сергееву. В литературной среде Ленинграда-Петербурга ее имя хорошо известно. И, может быть потому, что в нашем ЛИТО при заводе «Электросила» собирались, в основном, поэты и поэтки, она обратила внимание на меня, единственного в группе прозаика-женщину, и даже как-то признала искру таланта. Но поскольку я уже выходила за возрастной лимит, ограничивающий продвижение начинающих авторов советского времени, – была старше 35 лет, то ни в какие издания, кроме заводской многотиражки, она меня рекомендовать не могла. И через год я ушла из ЛИТО, практически бросив и сочинительство. Разве что иногда писала «датские» юморески и печатала их в тех же многотиражках. Со временем я стала внештатно сотрудничать с разными газетами города, освещая уже социальные темы. В общем, почти как у Максима Горького история с газетной работой.
А где-то лет через 12 после того, как я ушла из ЛИТО – я уже работала психологом и даже написала просветительскую книжку по снам, – я стала посещать любительские литературные вечера в библиотеке недалеко от дома, на них выступали и разные писатели и поэты. И на одном из вечеров повстречала свою бывшую руководительницу творческого кружка.
Мы поговорили в кулуарах. Ирэна Андреевна за минувшие годы углубилась в православие (поэтому она настороженно отнеслась к теме моей первой книжки – сны), и общественные взгляды у нас несколько отличались. Однако наше общение возобновилось: в основном, оно сводилось к поздравлению друга с праздниками по телефону.
Позже у меня стали издаваться и романы, и в какой-то момент она помогла мне в техническом оформлении: за определенную плату помогла отредактировать мой очередной роман. Я приезжала к ней домой, и для меня эта совместная работа стала индивидуальным мастер-классом, ведь опытнейшая редактор в непосредственном контакте поясняла, что так, а что не так в стилистике. И разумеется, она мне дарила мне сборники своих стихов.
Еще через несколько лет я пригласила ее на свой творческий вечер в «Публичку», главную библиотеку города, на презентацию нового романа. И там, прямо из зала (см. фото выше), встав с места, Ирэна Андреевна казала несколько добрых слов об авторе и о книге. И даже вышла потом на сцену.
Она тоже приглашала меня на свои поэтические вечера - они неизменно проводились в концертном зале Музея-квартиры А.С. Пушкина на Мойке, 12. Ирэна Андреевна Сергеева уже два десятка лет - председатель секции поэзии СП России (Петербургское отделение). Но я в этом союзе не состояла и не состою.
А теперь расскажу о встречах с другой женщиной-поэтом – Галиной Гампер. В литературном Петербурге это очень известное имя.
Впервые я увидела ее на одном из литературных концертов в филармонии, увидела женщину, с детства прикованную к инвалидной коляске. Возможно там, я услышала полюбившееся мне стихотворение:
«Не может быть того, что быть не может,
И что не может быть, то не тревожит.
Не может быть, совсем не может быть –
И разрывается желанья нить.
Не может быть – и не хочу нисколько, –
И сладко мне всё то, что было горько.
Но может быть всё, что не может быть, –
И тут уж мне печали не избыть.
Как застит мозг, ах, как знобит и гложет –
Ведь может быть всё то, что быть не может».
Когда в новом веке я начала вживаться в писательскую среду (моя вторая попытка войти в ту же воду), то стала непременно посещать книжные ярмарки. На рубеже веков, с широким развитием коммерческой литературы, ярмарки и книжные салоны в нашем городе стали проводиться на разных стадионах, манежах, в спортивных комплексах. И на одной из них, в 2001 году состоялась моя знаковая встреча именно с Галиной Гампер.
Я тогда издала мои газетные рассказики за свой счет книжкой и осваивалась в роли писательницы. И вот однажды брожу по ярмарке в одиночестве, неприкаянная, а в сумке моя тоненькая авторская книжечка - ищу, кому бы показать. Останавливаюсь у стендов, разглядываю одно-другое, иду дальше. Вижу за прилавком сидит в инвалидном кресле со своими книжками поэт Галина Гампер. Поскольку я знала и любила ее стихи, то остановилась у прилавка, взяла с ее стенда сборничек автора, листаю, приценилась. Но она предложила мне вместо стихов купить биографию английского поэта Шелли, написанную в виде романа. В общем, перешел разговор на прозу, и книгу о Шелли я у нее купила, а книгу стихов она мне подарила в обмен на мою книжицу.
В разговоре выяснилось, что живем мы в одном районе, и она меня в гости пригласила и телефонами обменялись. Позднее довелось побывать у нее несколько раз дома, говорили про жизнь, про литературу. Когда у меня был издан первый роман, тоже подарила ей книгу. Кстати, выяснилось, что с Ирэной Сергеевой они такие непримиримые антиподы, что даже не здороваются при встрече где-нибудь в доме писателей. И состояли они в разных, на тот момент, политически отличающихся, союзах. Так бывает у писателей одного, высокого, ранга. Ныне Г. Гампер нет в живых, но ее автограф на своем сборнике стихов согревает мне душу.
Известных женщин-прозаиков в ту пору мне не повстречалось, или их вообще мало в нашем городе.
Знакомства с известными мужчинами-прозаиками
Когда у меня вышел наконец первый роман, то на такой же книжной ярмарке мы пересеклись и познакомились с известным писателем Даниилом Граниным! И случилось это два года спустя после встречи с Галиной Гампер.
Мы познакомились с ним на стенде издательства «Центрполиграф» в 2003 году. В том издательстве одновременно вышли одна из последних книг Гранина и мой роман. Случайность нашей встречи состояла в том, что мы выступали на этом стенде в один день и одновременно подошли к организатору мероприятий. Познакомились и обменялись книжками. Эта встреча с классиком осталась для меня единственной в жизни .
На той же ярмарке на следующий день я познакомилась и с другими писателями, получившими известность еще в советское время.
Помнится, с интересом читала душевно написанную прозу Юрия Рытхэу еще в молодые годы. В ту встречу на ярмарке Рытхэу посетовал, что в новой России его мало издают, хотя по всему миру его книги издаются всюду.
А творчество Ильи Штемлера, как и я, по образованию инженера, мне было особенно близко. Он писал, используя «метод погружения» в среду, то есть устраивался на работу в ту среду, о которой писал. Все мои романы, хотя и отнесены издательством к романтической серии, тоже подробно рассказывают о жизни людей, работающих в той или иной служебной сфере (инженеры, менеджеры, врачи, журналисты, архитекторы, издатели, музейные работники). В некоторых областях я работала сама, в других имела близких родственников или знакомых.
В конце нулевых, хотя у меня уже и вышли нескольких романов, я оставалась в отрыве от литературной среды, поскольку издательства находились в Москве, а я в Санкт-Петербурге. И, чтобы как-то взбодриться, пообщаться на литературной почве, я пришла на литературные курсы в нашем городе.
На литературных курсах я с увлечением занималась два года (занятия проходили дважды в неделю), и здесь мне выпали часы общения с крупным петербургским прозаиком, сценаристом и режиссером Дмитрием Каралисом – он руководил нашей мастерской прозы. Поскольку я в тот период задумала и собирала материал для нового романа – о начинающих писателях «Неприступная женщина» (в другом издании "Карьеристки"- ссылка в прикрепленном комментарии), – то смотрела под особым углом на все происходящее. Мне были интересны, как наши разговоры с руководителем и однокурсниками на переменках, так и обсуждения произведений друг друга в часы занятий. Дмитрий Николаевич, последний в моей жизни учитель, оказался даже чуть моложе меня. Но именно по его советам я начала писать нон-фикшн прозу и мемуары. Периодически мы разговариваем и сейчас с ним, но теперь больше общаемся в сети, чем вживую. Одной из последних заметных работ Дмитрия Каралиса стал его фильм о Данииле Гранине, основанный на многолетней дружбе писателя с классиком и на интервью с ним. А на фото ниже мы с Дмитрием Николаевичем на сравнительно недавнем книжном салоне, в 2022 году. Тоже выступали со своими книгами на одном стенде, друг за другом. Снимки тоже репортажные, случайные, но какие есть.
В последнее десятилетие мне выпало счастье общаться с большим количеством заметных петербургским писателей, но это уже не случайные встречи, а закономерные. Илья Штемлер, Дмитрий Каралис, а также фантаст Андрей Балабуха оказали мне доверие и в какой-то момент дали рекомендацию в Союз писателей Петербурга. И я рада, что стала частицей разнообразного писательского сообщества, внеся и свое слово в летопись современности.
Мимолетные встречи с известнейшими писателями в прагматичном плане редко приносят ощутимые в книжном плане выгоды (они не помогают проникнуть в издательства или напечататься), но заражают и заряжают особой энергетикой успеха, которая позволяет менее опытному автору достичь гармонии и в своем творчестве.
Этой статьей я пока завершаю свою небольшую серию из трех статей о знаковых встречах начинающих писателей с лучшими писателями своего времени.
Две другие статьи про знаковые встречи писателей по ссылкам ниже.