За что люблю Ольшанского (читать, а так – нет), он старается не говорить банальностей. Присуща ему такая стилистическая ("стиль – это человек") гигиена. Сейчас ведь как – хочешь, чтобы тебя услышали, говори банальности. Чтобы все ахнули: "Да это же вот прямо мои мысли! Какой он умный!" И ну репостить... Например: "У Карлсона просто фамилия смешная, вот была бы у него другая фамилия, мы бы не вздрогнули" (Сергей Лукьяненко).
Ольшанский же всегда старается пришпилить к отработке информационного повода какую-нибудь мысль. Какую-нибудь свою мысль, хоть чем-нибудь да отличающуюся от общей. Кто-то скажет "фу, это они хочут свою особенность показать, выпендриться", а я ценю и уважаю таких людей. Считаю их санитарами нашей свалки. Ну вот представьте себе городскую свалку без конца и без края, и по ней ходят два-три странных человечка, что-то перекладывают, переставляют, чтобы был немножко порядок. (Подметают в горящем доме, да.) Видимого смысла в этом нет, а невидимого – очень много, ибо не стоит село без праведника. Я в это верю. Я вообще верю в Бога.
Ну так про Карлсона. Вот Ольшанский пишет:
Страстное отношение русской общественности к приезду Такера Карлсона в Москву мне хорошо понятно.
Дело в том, что официозные формулы насчет причастности России к жизни "глобального юга", фронту "борьбы с колониализмом" и прочему "евразийству" - оставляют русского человека глубоко равнодушным.
Нет ничего более чуждого нам, чем эти волнения насчет того, что белые шайтаны кого-то в Африке угнетают, а равно и насчет горькой судьбы гордого палестинского, сирийского, йеменского и т.п. народа.
Все это, может быть, практически необходимо государству - или нет, - но, в любом случае, ужасно скучно и совсем мимо сердца.
Зато желание стать частью Запада, быть ближе к Западу - вот это вечный сюжет русской истории и русской культуры. (...) Просто либералы хотели бы принять западные правила игры беспрекословно (...) консерваторы же исходят из того, что близость с Западом должна случиться на уважительных и выгодных условиях - это пункт первый, и, во-вторых, сближаться с трансгендерами, феминистками, украинцами и далее по списку - противно и бессмысленно, а хочется иметь в друзьях Рональда Рейгана и Клинта Иствуда.
Но Рейгана нет, а Иствуд стар и далеко, зато есть Дональд Трамп и Такер Карлсон, и они даже, кажется, говорят о нас что-то хорошее.
И это именно то, что на самом деле нужно России. Место в этом ряду, за этим столом, внутри этого мира.
Увы, надо признать, что такая близость невозможна.
Может быть, он прав, а я нет, но у меня мысль другая. Во вред тексту даже напишу, почему она другая: потому что мы с Ольшанским из разных сословий: он из потомственной советской интеллигенции, да ещё столичной, да ещё с Патриаршьих, а я из интеллигенции первого поколения, да ещё провинциальной, да ещё с окраины, и "картины мира" поэтому у нас разные получаются.
Мы, народ (в шутку назову свою картину мира так), не хотим слиться с Западом, потому что не осязаем такой возможности, Запад от нас слишком далёк (ну, или мы от него), у нас на побывавшего за границей как на городскую достопримечательность смотрят. Наши вздохи и мечты ("да-а, умеют же... вот бы у нас так") носят исключительно платонический характер, все прекрасно понимают, что мечты мечтами, а жизнь остаётся жизнью. (Я, впрочем, говорю за наше поколение, у молодых, кто при советах не жил, по-другому уже всё устроено, возможно.)
Но мы не совсем дураки и понимаем – кто головой, а кто другим местом, т. е. инстинктивно – что судьба мира и России (а не "России и мира", как принято говорить) пока ещё решается на Западе. Это его собственная судьба уже не в его руках, а наша – пока в его. И отсюда наш интерес ко всякого рода карлсонам – "от начальства человек прибыл".
Визит его в Россию интересен нам не тем, что там скажет Западу Путин (а то мы не догадываемся, что он скажет, он же всякий раз говорит что-то новое, неожиданное, – сарказм), а тем, как это повлияет на Западные внутриполитические расклады. Мы всё ещё робко надеемся, что подобные акции шатают их режим, что это не яйца, разложенные "хозяевами денег" по разным корзинам, а реальная политика и реальная история – не симулякр; если в Бога я верю, то на это только надеюсь. Вот поэтому нам и интересен Карлсон.
Мы не "слиться" с Западом хотим – мы рассчитываем от него освободиться и надеемся, что такие "визиты карлсонов" этот сладкий миг приближают...
...Пишут, что он улетел со словами "это не лучшее интервью в моей карьере, ожидания людей в мире могут не оправдаться".
Хе-хе, какой ребёнок. И таким, как он, Ротшильды доверяют яйца? Это тебе не аргентинский зеленский и не папа Орбан, с которыми можно поговорить "о жизни и смерти". Владимир Владимирович не будет вас развлекать, на Владимире Владимировиче такая ответственность!..
Ой... А уж не Владимиру ли Владимировичу Ротшильды доверили свои настоящие яйца?
Ну, тогда всё, расходимся.
Цирк уехал, а жизнь остаётся жизнью, полной тягот и малоприятных открытий.