После коротких заметок и фотографий в тг-канале решил написать чуть более подробно:
Оссора – посёлок с 2 тыс. населения, центр Карагинского района Камчатского края, куда можно добраться от Петропавловска-Камчатского только малой авиацией. Впервые я попал туда в апреле 2022, посёлок находился под трёхметровыми сугробами, так что даже некоторые детские площадки оказались под снегом полностью вместе с высокими горками.
По прилёте тогда я довольно сухо записал в дневник: «Мы сели в аэропорту Оссоры. В выгрузке багажа участвовали почти все мужики из пассажиров, выстроились цепочкой из багажного отсека в хвосте самолета и передавали сумки в грузовичок с открытым кузовом.
К выходу с аэропорта довезли на грузовичке, там разобрали чемоданы и сумки прямо с кузова. Всех забирали на машинах, а мы, безродные в Оссоре, стояли с рюкзаками, осматривая тополя вокруг парковки, которые завалило трехметровыми сугробами. Нас заприметил пограничник, подошёл, представился, узнал, кто мы и зачем, но документы не проверял.» Но на самом деле меня это место удивляло. Я тогда впервые был на Камчатке и ожидал увидеть пейзажный рай, а Оссора выглядела серым бетонным обломком в снежной пустыне.
И это первые обманчивые впечатления туриста. Потому что жизнь на северной Камчатке промысловая, она не заточена между бетонных стен, люди трудятся и отдыхают далеко за пределами населённых пунктов. Как только мы выехали на снегоходе в тундру, я ощутил этот простор, до ближайшие два населенных пункта в 60 и 150 километрах по тундре. Животных в этих местах больше, чем людей. Вокруг снегохода регулярно бегали, прыгали летали: зайцы, лисы, кречеты, полярные совы и медведи (они тогда только просыпались). Но больше всего меня поразили пейзажи, которые я и не ждал увидеть. Многие едут на Камчатку, чтобы увидеть вулканы, но в первую же поездку меня гораздо больше впечатлило апрельское Берингово море – огромная масса колышащейся шуги (снежной каши). Мы ехали на снегоходе прямо по обрыву над океаном – песчинки перед громадой стихии.
Постоянный риск не совладать со стихией до сих пор очень значим в жизни на Северной Камчатке. У каждого человека будет история о знакомых, которые погибли в шторме или попали в снежную бурю в тундре. Но всё равно надо ехать в тундру, идти в море, потому что там промысел или путь в соседний посёлок. И такая авантюрная жизнь заряжает многих северян, а в городе на контрасте они начинают загибаться из-за скованности, рутины, отсутствия простора и т. д. Один местный парень, родившийся в табуне оленеводов, сказал, что ему не нравится в городе, потому что ноги болят от асфальта – по тундре ходить мягче.
Если Вам интересна этнографическая наука, подписывайтесь на мой канал! Я регулярно бываю в антропологических экспедициях и работаю с историческими материалами этнографов.