Валентина вышла после вечерней смены. Идти до дома было не близко, минут 30. Но на развозке со всеми ей ехать было невыносимо. Алешка, ее сердечная привязанность вовсю крутил шуры-муры с другой, с Иркой из соседнего цеха. Как это больно и обидно. И даже ее, Валашку, не стеснялся.
Каблучки стучали по асфальту полутемных улиц, а в голове у нее была картина: вот она заходит в комнату для дымящих, а там Алексей с Иркой, он ее приобнял за плечи. Она вовсю хихикает, но не отстраняется. И ведь знает, змеища этакая, что они уже полгода встречаются.
Слезы покатились из глаз. Как обидно. Алешка потом подходил:
- Ну что ты себе придумала, мы просто разговаривали.
Ага, просто. Совсем не просто. Вон и Катька давно намекала на неверность Лешки. А Валюшка считала, что это она просто завидует, и все у них хорошо. Послушать бы ей, влюбленной глупышке Катьку, но нет, не послушала.
И еще одна причина для слез была. О ней Валюшка пока никому не говорила.
Она вздохнула. Фонари отбрасывали тени, отгоняя темноту. А позади них тьма была кромешной.
- Может, все же надо было ехать на развозке?
Валентине стало страшно. Позади раздались шаги. Она оглянулась – никого. Но ведь точно слышала шаги.
Она ускорила шаг. Каблуки стучали по асфальту, ей казалось, что очень громко. Ощущение чужого взгляда ее не отпускало. Кто-то смотрел в спину. Валюшка прямо чувствовала этот недобрый взгляд.
- Ну хоть бы случайный прохожий встретился,- подумала она и побежала.
Мелькали фонари, дыхание сбивалось и от бега, и от страха. Леденящий ужас охватил сердце. Вот фонарь перегорел, надо быстро пробежать эту темноту. Ещё пара фонарей, и людное место будет.
Но кто-то схватил ее сзади. Оглянуться ей не удалось. Сильные руки сжимали шею, и она потеряла сознание.
Павел Петрович заехал в больницу. Сегодня дежурила его жена – Варенька, Варвара Петровна. Блестящий хирург.
- Варюша, ты домой когда?
- Скоро, у меня с собой бутерброды, сейчас чаю налью. Подождешь?
- Подожду.
- Сегодня все так тихо, даже уже и не вспомню, когда так было. Все спокойно, новых больных нет. Хорошо бы так и шло.
И тут раздался крик в коридоре:
- Варвара Петровна, срочно! Надо идти! – влетела запыхавшаяся медсестра.
- Катюша, куда?
- Скорая звонила. Девушку нашли, в тяжелом состоянии, без сознания. Там такой ужас, сказали они. Ее изрезали жутко. А что не сказали. Только попросили, чтобы хирург был.
- Ну вот, сглазила, - вздохнула Варя.
- Я подожду.
- Этом может быть надолго.
- Скорее всего там криминальные нарушения, так что все равно меня вызовут. Все узнать, опросить врачей скорой, откуда привезли, что да как. Так что ты беги, а я вниз, к ним.
Он спустился, сел возле приемного покоя в коридоре. А Варя пошла встречать. Вскоре раздался ее решительный голос:
- Перекладывайте на каталку. Катя, беги, готовь операционную.
Мимо провезли кого-то на каталке, Павел Петрович и не рассмотрел, кто это. Заиграл телефон:
- Петрович, ты еще не дома?