Тётя Люся повела Алёнку к стоматологу. Я, как водится, напросилась с ними. Потому что настоящие двоюродные сестры не только вместе по ночам бегают до ветра в уличную уборную, но и к страшным стоматологам тоже ходят вдвоем. Для моральной поддержки. И потом не оставаться же одной дома в разгар летних каникул, когда сестра страдает.
«Мам, - скулила Алёнка, подпирая рукой щёку, разбарабаненную флюсом. – Может, не надо, мам? Клянусь новым альбомом «Руки вверх», я буду чистить зубы три раза в день»!
Люся была неумолима. Она воинственно поправила на плече ремень от сумки и, ухватив упирающуюся дочь под локоток, решительно потащила её в поликлинику.
Весь Дарасун знал стоматолога дядю Федю. И боялся его. Потому что этот большой, как медведь, пожилой врач, в посеревшем от многочисленных стирок халате и очках с толстыми линзами, лечил страждущих без анестезии и с нескрываемым удовольствием вырывал зубы.
Алёнке предстояло удаление и, конечно, разрыв сердца. Ну, потому что вытерпеть эту боль может только Юлька – наша подружка. Единственная на весь Дарасун девчонка, которая не боится ни дядю Федю, ни его это страшное кресло с бор-машиной и клещами.
«До Нового года не ем мороженое, прочитаю все книги, заданные на лето, буду поливать огород, огребать картошку и мыть полы», - торговалась сестра. С мороженым она, конечно, погорячилась, но местный стоматолог представлялся нам страшнее отсутствия даже всех в мире сладостей.
«Алёна, не мотай нервы, - Люся неслась по улице Калинина так, будто это у неё болит зуб. – Доктор посмотрит, полечит. Там потерпеть-то всего две минуты».
«Не всего, а целых две», - с умным видом вставила я свои экспертные пять копеек. Надо же было хоть как-то повлиять на родную тётю, которая вела собственную дочь на заклание стоматологу-живодеру.
«И ты туда же! Помолчи, иначе тоже пройдешь ТО у дяди Феди».
У меня пригорели все вши и я, заткнувшись в тряпочку, поплелась рядом с Алёнкой, на всякий случай придерживая её за подол платья. Ну, чтобы ей было не так страшно. Шла, проверяла языком на месте ли пломбы, и есть ли в зубах свежие дырки размером с озеро Байкал.
«Ну, с Богом», - Люся перекрестилась на пороге поликлиники и мы зашли в темный коридор. Пахло лекарствами и страхом. Сидели на скамейке у кабинета дяди Феди грустные взрослые. Вздыхали, пропускали без очереди особо больных, отвлекали друг друга разговорами о том, как сильно все подорожало, и что дефицит – собака такая, уже всех достал.
«Я буду за тебя молиться», - шепнула я сестре.
«Я тоже буду за себя молиться», - ответила она.
Скрипнула дверь кабинета, выпустила бледную женщину с ВООТ ТАКИМ взглядом и грозный, с прокуренной хрипотцой голос объявил:
«Следующий».
Мы с сестрой обнялись на прощание, расцеловались. Я пообещала навсегда сохранить все Алёнкины кассеты с «Руки Вверх», анкеты, песенники и круглого медведя Катьку. Сестра обреченно вздохнула и скрылась в кабинете стоматолога.
Томительные 15 минут превратились в вечность. За это время я успела нацарапать шариковой ручкой на скамейке у кабинета дяди Феди «А+Г=сестры навек» и «ДФ – дурак, курит табак». За дверью было тихо. Только скрипел огромными башмаками по старому дощатому полу страшный врач.
Пять минут. Десять. Двенадцать…
И тут на всю поликлинику разнеслось душераздирающее «АААААААААА»!
«Алёнку уничтожают», - у меня упало забрало, и я ринулась в кабинет. Благо, предусмотрительный Фёдор Кузьмич запирал её на крючок во время лечения пациентов, иначе, клянусь альбомами «Руки Вверх», я бы всё ему там разнесла, зачем-то спасая сестру.
«Девочка, прижми уже задницу, хватит бегать. Голова и так из-за зуба болит, а тут ты еще – посланник мигрени», - отчитала меня крупная тётя из очереди.
Пока я готовилась вежливо ответить взрослому человеку о том, что надо быть сердобольным и защищать людей от дяди Феди, Алёнка с Люсей выплыли из кабинета.
«У меня теперь есть зуб, - торжественно объявила сестра и открыла ладонь. Там, на белом платочке лежал настоящий Алёнкин зуб. – Сделаем из него секретик и будем каждый день смотреть.
«Ух ты ж», - обрадовалась я.
А потом мы пошли на рынок, и Алёнкина мама купила нам за храбрость значки. Да, обеим, потому что у нас в семье принято поровну и поощрять, и люлей раздавать. Сестра выбрала улитку с розовым домиком на спине, я – золотистого медведя, блестящего, как золотой дядь Федин зуб. Этого медведя я потом передарила Денису, когда мы через пару дней отправились в свое первое путешествие на поезде в Иркутск. Но это уже совсем другой город.
#смешныерассказы #юмор #историипродетство #Дарасун #веселыеистории #детствовСССР #рассказы #смех #семья