Сальваторе было два - Адамо и Боно. Оба сочиняли слова и музыку самостоятельно, обладая интонацией, которую было сложно не опознать в сонме других голосов. Только об одном из двух не все знали, что он на самом деле тоже Сальваторе...
Адамо начинал как акустический бард, Сонни Боно как композитор-подмастерье в тесноватой сфере рок-н-ролла. Он является соавтором минимум двух вещей, заметно повлиявших на дальнейшее развитие поп-музыки.
Переработав его She Said Yeah, Роллинги сотворили из неё нечто вроде "грязной атомной бомбы" - образцовую матрицу хард-рока, существенно опередив на этом направлении MC5 и Лед Зеппелин.
Needles and Pins объединила в себе практически все элементы пауэр-попа, безотказно срабатывающие во множестве других песен, пропетых ей во след. Она написана совместно с Джеком Ницше, который, вероятно, и добавил в её структуру головокружительную модуляцию под конец восьми тактов интенсивного "бриджа" - музыкальную метафору "прихода", с чьими симптомами Ницше, увы, был знаком не понаслышке.
Стоит отметить, что и у раннего Адамо попадаются песни с привкусом ритм-энд-блюза, однако не они принесли ему всесоюзную славу и любовь нескольких поколений советского слушателя, не смотря на таких эффектных и разнообразных конкурентов, как Битлз, Том Джонс, Рафаэль и Моранди. Сентиментальность Адамо брала за живое в тех местах, куда не проникали голоса этих искусных мастеров "лечить душу ощущениями".
Шагнув на территорию шансона (весьма рискованный для американца поступок) Сонни Боно очаровал евразийскую публику обилием отголосков Кишинева и Одессы в англоязычных песнях, где он подпевает Шер с интонацией Боба Дилана, для тогдашнего нашего уха абсолютно неприемлемой.
Bang Bang, Little Man и душераздирающая Mama - все эти вещи звучали так, словно штатники исполняют классику советской эстрады. Позднее к ним добавилась совсем уже кабацкая A Cowboy's Work Is Never Done.
С помощью данного типа Сонни была создана "таинственная стена", оградившая от профанации более смелые эксперименты оригинального в сути своей автора-самоучки. Их не так много и они не могут претендовать на первые места в списках недооцененных шедевров, но заслуживают внимания. Единственный, самоубийственный по оформлению, сольный альбом Сонни Боно скрупулезно препарирует тематику Velvet Underground.
Нельзя не отметить, что любую из трех песен Нико на первом диске VU могла бы исполнить Шер, но час Лу Рида еще не пробил.
В числе разобщенных поклонников певческой манеры Сонни Боно выделяется Иэн Хантер, не постеснявшийся выпустить вдохновенный кавер одной из его песен на тему одиночества и дендизма - "Смейтесь надо мной".
Текст её попал на страницы "Тигра в гитаре", книги международника Феофанова, посвященной проблемам и перспективам поп-музыки Англии и США. Но представить, как такие вещи звучат в оригинале, в ту пору не было никакой возможности.
Послушаем её с авторскими пояснениями, и помянем хорошего человека, в котором было что-то от Ролана Быкова.
Salvatore Phillip Bono (February 16, 1935 - January 5, 1998)
