В 1938 году обеспокоенная мать лондонского брокера Николаса Уинтона (главного героя в молодости играет Джон Флинн, через полвека — Энтони Хопкинс, заслуживающий за эту роль третий «Оскар») уговаривает сына не ехать в Прагу, из которой все спешно уезжают — Чехословакию вот-вот захватит Гитлер. Решение Никки, как его называют друзья, поехать помогать незнакомым людям, которым грозит газовая камера, отзовется через 50 лет и станет причиной, по которой до сих пор стоит верить в человеческое сострадание.
Плюсы:
— британская «Одна жизнь» (в кинотеатрах с 15 февраля) не то чтобы рассказывает всю биографию простого героя Николаса Уинтона. Действие запараллелено в двух временных промежутках — в 1938-м, когда молодой Никки приезжает в Прагу, создает Британский комитет по делам беженцев и спасает от неминуемой смерти 669 еврейских детей, и в 1987-м, когда уже старого Уинтона позовут на глупое телешоу BBC «Это жизнь!» и познакомят со спасенными им благодарными людьми. Как прожил эти 50 лет лондонский брокер, мы точно не знаем, знаем только, что у него милый дом с бассейном в Мейденхеде под Лондоном и заботливая супруга Грета, которую играет знаменитая шведская актриса Лена Олин из «Невыносимой легкости бытия» и «Девятых врат». Здесь ей досталась неблагодарная роль покорной жены, которая радуется заслугам мужа;
— главное, из-за чего стоит смотреть «Одну жизнь», конечно, работа Энтони Хопкинса. Старый профи знает, как справиться со слабым сценарием — иногда просто выразительно промолчать. После первого «Оскара» за «Молчание ягнят» больше 30 лет назад Хопкинс стал много сниматься в экшнах и играть отцов супергероев. После второго — за «Отца», полученного в 2021-м, ему достаются роли посерьезнее, что не может не радовать — в «Одной жизни» он так хорош, что вполне мог бы рассчитывать еще на одну номинацию, выйди фильм в прокат на пару месяцев раньше;
— отличная, как всегда, Хелена Бонэм Картер в роли Бабетт, матери Уинтона — именно после тирады о том, как Британия приютила в свое время ее, иммигрантку-немку, вся операция по спасению детей получает финансирование. И ей же мы обязаны редкой здесь шуткой. «Откуда вы приехали?» — спрашивает у Бабетт лондонский чиновник из отдела по делам мигрантов. «Из Хэмпстеда. На 44-м автобусе», — отвечает она. Ее ответ звучит как обвинение в шовинизме;
— «Одна жизнь» оставляет ощущение, что, несмотря на весь современный цинизм, эгоизм и другие разделяющие людей качества и черты, всегда обязательно появляется такой Николас Уинтон, который верит в «обычных людей», как бы банально это ни звучало, и оказывается прав;
— попробуйте не расплакаться на сцене, когда ведущая телепередачи «Это жизнь!» просит в студии подняться людей, обязанных Уинтону своим спасением.
Минус:
— к сожалению, в своем кинодебюте опытный телевизионный режиссер Джеймс Хоуз (помимо прочего он снял «Медленных лошадей») не пропускает ни одной поверхностной банальности и, в общем, просто пересказывает события. Правда, это такие события, которые выдерживают любую критику сами по себе.
Фото: «Экспонента»