В день воина-интернационалиста мы хотим познакомить вас с воспоминаниями сапёра, который 20 лет назад отправился добровольцем разминировать земли далёкой и экзотической Камбоджи. Его позывной «Мастер» и сейчас он работает в степях Донбасса. На его счету уже несколько сотен полностью разминированных домов Мариуполя и два ранения.
20 лет назад Камбоджа только выходила из войны и нужно было развивать хозяйство, а поля оставались заминированы. На тот период это была самая заминированная страна в мире. (Сейчас самой заминированный является уже другая страна, понятно какая.)
Особых технических сложностей в Камбодже не было. Было много иностранных мин разных конструкций, были и экзотические самоделки. Номенклатура оружия и боеприпасов многих стран была большой. Война шла уже более 30 лет, поэтому всё так и накопилось.
В Камбодже контрактники из России, боялись выходить с территории посольства после 18:00. Российский посол запрещал. А как раз после 18:00 вся жизнь и начиналась! Мы же отвечали сами за себя и нам была предоставлена полная свобода. Я объехал всю воевавшую страну и приобрёл большой опыт.
Местные к нам относились очень хорошо. Это при том, что я был единственными белым человеком поблизости. Работал я у партизан. Это были крестьяне, образование которых составляло либо пару классов, либо они совсем были безграмотные. Многие машину увидели первый раз только несколько лет назад. Но они были людьми доброжелательными, и относились хорошо именно к представителям бывшего Советского Союза.
Там конечно было много особенностей, так как часть времени приходилось работать в джунглях и на бывших рисовых полях. Жили в гамаках, ходили в сланцах с китайскими автоматами – оружие там было обычным инструментом, как в русскую весну на Донбассе. Я перенимал манеру поведения и образ жизни местного населения. Спал в гамаке, ел рис, запечённый в колене бамбука или листьях. Собирал дождевую воду, в дождь в джунглях нет чистой воды. Защищал себя от москитов, обмазав кожу соком и слоем тонкой глины. Учился у местных минёров разминировать разные типы мин с помощью подручных средств, например, самодельных ключей.
Самый страшный случай в моей практике – это подрыв тракторной платформы с крестьянами. Кто-то поставил мину в центр рисового поля. Видел и кучи, выложенные из человеческих черепов. А так, многое было… И змеи людей кусали и наши машины обстреливали…
Помню, как американскую журналистку спасали, когда её шершень укусил! А вообще, у местных часто разборки были, люди же власть делили, и, как следствие, бизнес. Одни мины снимали, а другие их ставили. Всё как обычно в экзотических странах.
Смешные случаи тоже были. Как-то я перепутал направление и перепрыгнул ленту, которой отмечают разминированные участки, и пробежал по заминированному полю. Тихий ужас: некоторые мины через метр стояли.
Самый тяжкий период – это сезон дождей. Иногда от вынужденного безделья такая тоска по Родине накрывает. Особо слабые пить начинают. А вы попробуйте прожить долго без нашей зимы, прожить в бунгало, у тропического моря с белопесочными пляжами, фруктами и морепродуктами. Да вы с ума сойдете. Очень тяжело. Донимали завтраки, обеды с огромными креветками или лобстером. Очень хотелось картошки с грибами и борща.
Жара – это сущее наказание, особенно, когда климат влажный. Тут два способа – или ходить в лёгкой закрытой одежде в шляпе, или совсем голым. В джунглях пот не испаряется с тела, течёт в глаза, приходилось носить на шее платок и постоянно вытирать им лицо.
Можно ли сравнивать работу тогда и сейчас? Наверное, нет. Это разные войны. Сейчас идёт самая тяжёлая война, которую я видел, с самой большой площадью минных полей. И самое тяжёлое, что всё происходит у нас дома. Тактика применения минного оружия постоянно меняется, изделия становятся технически более сложными, приходится подключать воображение.
Мастер, специально для проекта @wargonzoya
*наш проект существует на средства подписчиков, карта для помощи
4276 3801 4149 1378