Первозданная юность песен написанных и спетых много лет назад незыблема. Как бы к ним не относился новый слушатель, они сохраняют тот же вид, в каком прозвучали впервые.
В то же время у песен данного вида, как у птиц на охоте, нет иной защиты кроме крыльев мелодии и фонетических заклинаний. Те и другие ищут спасения в вышине, одни от выстрелов, другие от кривотолков.
Последнее время мы всё чаще уклоняемся от "информации", умерщвляющей ощущение чудесного, отдавая предпочтение чисто поэтическому восторгу перед полнотой и совершенством, о которых не следует знать ничего лишнего.
Суррогатное "знание" выжигает нелинейный мост, соединяющий волшебный лес со сказочным замком, как правило не похожими ни на то, ни на другое.
Убедиться в том, что некоторые песни придуманы троицей Холланд-Дозиер-Холланд в двадцать с небольшим, означает уверовать в чудо, обнаружив легко поддающийся проверке факт.
Возьмем две вещи, созданные при участии Брайана Холланда. Одной дебютировали The Supremes, другую преподнесла царственная мисс Фрида Пэйн. Между этими композициями ровно десять лет, но их объединяет зашифрованный в них "образ грядущего" - едва осязаемый, но интригующий дух новой музыкальной декады, чье преображение набирает темп. Не забегая вперед, обе песни служат изящным эпиграфами к еще не написанной хронике.
И если I Want a Guy и I Shall Not Be Moved воспринимаются как сдержанная подсказка в духе "Так кто ж ты наконец?", то дальнейшие высказывания триумвирата Холланд-Дозиер-Холланд, будучи озвучены лучшими голосами эпохи, станут крылатыми афоризмами. Многие из которых, впервые прозвучав в шестидесятые, не cмолкают по сей день.
И очень важно, что Х-Д-Х продолжали снабжать материалом позднейший Сьюпримз в тот период, когда их другие сочинения, ставшие классикой в исполнении первых звезд "Мотауна", продолжали оставаться востребованы практически ежегодно, а то и чаще.
Символизм песен Ламонта Дозиера и братьев Холланд сродни дарам троих евангельских волхвов, и он не поддается профаническому истолкованию "от и до". Сколько в них ни вникай, трудно поверить, что мы имеем дело с реально историческими фигурами, людьми из плоти и крови, не чуждыми дендизма, сознающими и цену и ценность своей гениальности.
Обдумывая сегодняшний текст "под тихие снежинки", я поставил два условия - он должен быть торжественным, как поздравление заслуженному деятелю поп-культуры, но по возможности коротким, как тост от не самого почетного, но преданного гостя. Это первое. Второе - он должен быть проиллюстрирован, опять же, по возможности, не только пижонскими "раритетами" и ушибающими "хитами", а в первую очередь там, что не ошеломляет извне, но доопытно присутствует в подсознании каждого из нас независимо от осведомленности, возраста, настроения и т.д.
Таинства требуют особой музыки, обещая могущество при соблюдении важнейших деталей ритуала, которые могут и должны казаться ничего не значащими мелочами, песчинками, образующими пустыню - великую родину миражей. Могуществу произведения так же надлежит оставаться тайной за семью печатями. В семи комнатах мрака, который, подобно радуге, так же имеет оттенки.
Brian Holland 15. II. 1941
P.S.
"Слушай! Они играют нашу песню!" изумленно произносит (2 мин. 38 сек.) Джоуи Левин в Life Is A Rock (But the Radio Rolled Me) и последняя треть этой азартной поп-хроники протекает под вокализ Baby I Need Your Lovin' - одной из наиболее узнаваемых бессловесных мантр, подсказанных человечеству...