Я пил.
Водку, пиво джин, коньяк, ром...
Что попадало на глаза, то и пил.
Иногда приходил в себя, но становилось плохо и я шёл в ближайший магазин, чтобы купить что-то выпить.
-Не продам!
-Чего? - я сфокусировал взгляд на огромных глазах, - да ты кто? Ты что? Да я...
- Уходите, не продам!
- Во дела, - я обернулся назад, никого не было, глянул на охранника, тот смотрел в окно, - бы..быстро...продала.
-Нет! - девчушка схватила бутылку и спрятала под прилавок.
-Да ты!!! А ну дай сюда...
-Не буянь, - охранник взял меня за руку и потащил на выход.
-Да ты...Вы...охамели совсем что ли? А ну убери руки, убери руки я сказал...
Но охранник молча вытолкал меня из магазина и захлопнул дверь.
-А ну пустите, пусти, кому сказал...Пусти, - я ломился в дверь, но мне не открывали, я кричал, умолял, просил, повышал голос, - да вы знаете кто я?- орал я.
-Не открывают? - услышал я мужской голос.
Я продолжал стучать в дверь.
-Не откроют, - меланхолично сказал голос.
-Мужчина...иди...те куда шёл, - рявкнул я и продолжил стучать в дверь.
-Да они не впустят, принципиальные, - я повернулся на голос, рядом стоял мужик с каким-то отсутствующим взглядом, мужик был не один, возле него сидела большая собака, - я как-то трое суток долбил, не открыли.
Я посмотрел на мужика, он смотрел куда -то вдаль своими рыбьими глазами, я заметил что, рот у него не открывается и губы не шевелятся, будто голос изнутри идёт.
Отошёл от двери, сел на какой-то камень, интересно...откуда камень здесь взялся...
-Так тут они испокон веков лежат...
Я оглянулся на рыбоглазого, тот смотрел вдаль.
-Что за...
-Тихо тут, неправда ли?
Я оглянулся вокруг, серое небо, до самого горизонта раскинулась серая водяная гладь, позади меня серая, каменистая даль...Ничего не понимаю...где я и что вообще...
- Нигде, здесь нет времени, нет адреса, здесь ничего нет...
-Но я-то есть...
-Ты есть...и я есть, и он...
-А ты кто? Кто говорит -то?
Я? Я Хрымпаркевипароанкпрууу...
-Чего? Как это? Кто ты вообще? Говорящий пёс? А этот почему молчит?..
-А он мой раб, можешь называть меня псом...я с тобой пойду...я теперь с тобой всегда ходить буду...
-А этот?
-Он дальше пойдёт...
- Триста четырнадцать рублей, алё...мужчина...С вас триста...
Я будто очнулся, посмотрел на продавца, на охранника и вышел из магазина. Я смотрел на солнце, на город, на бегущих людей...
Мне было плохо тошнило и кружилась голвоа, но я не взял выпивку, а побрёл домой.
Я точно знаю, меня не было в том магазине, я был в каком-то другом месте...
-Ой, Ваня, здравствуй, - у подъезда сидела тётя Шура, мамина приятельница, - что-то не видно тебя давно, а я думала ты в командировке.
Я мотнул головой и пошёл в сторону подъезда.
- Ванечка, а что -то давно Оксаны не видно с Машенькой?- а сама глазами хитрющими так и зыркает, - ой...а что это, собачку завёл, Ванечка?
Я хотел спросить какую собачку, но почувствовал прикосновение холодного, мокрого носа к руке, тихо оглянулся и увидел собаку, большую, из того моего видения...
Я молча пошёл собака шла следом.
Зашли в подъезд.
-Ну и темнотища тут, Вань...
Я стиснув зубы молчал. Открыл дверь, вошёл, сел в прихожей на стульчик.
-Ну и вонь, фууу, - собака сморщила нос, - ты что тут не убираешься, а Вань? У тебя что, тысяча ишаков здесь живут и гадят, беее, открой окно...и это...пойди умойся, Вань...
Ничего этого делать я не собирался, но...встал и пошёл делать будто кто-то вёл меня на верёвочке.
- Плохо? Ну ничего, это всегда так, сейчас тебя выворачивать начнёт и это, Вань...всякие видения будут, ты не бойся, я рядом, Вань...Отмашемся...
Я ничего не ответил, потому что остатком мозга понимал, что не бывает говорящих собак, не бывает, да и нет никакой собаки это мой воспалённый мозг всё придумал.
Я возможно и не ходил никуда...
- Ходил, Вань...ты в магазин ходил, чтобы купить себе этого дешёвого пойла, ты ходил Вань...
Я знаю, что со мной, это delirium tremens (алкогольный делирий), а по-простому - белая горячка, белка, белочка, она родимая...
-Нууу, Вань, это пока не белка, вот скоро начнётся, только держись, но я рядом, Вань...
Я как-то привык что рядом этот, с непроизносимым именем.
- Слушай, надо как -то тебя назвать... неудобно, без имени, а то я выговорить не могу.
- Зови меня Полканом, - пёс задумчиво посмотрел в окно, - всегда хотел быть...Полканом.
Ну Полкан, так Полкан, подумал я и провалился в небытие.
Я вспоминал, вспоминал с чего всё началось...
С моей сильной любви...с той самой, первой.
В Олеську я влюбился сразу, с размаху, вот как увидел её, так сразу и влюбился. Было нам по четырнадцать лет.
Оба были из благополучных семей, только она была чёрт, заводила, юла, а я музыкант.
Угу.
С ней я жил как на вулкане десять лет, нет, мы не жили вместе, мы просто встречались, но я жил ей, её жизнью, её чувствами.
- Ванька, -говорила Олеся, -а рванули на Байкал?
-У меня концерт, Леська...
-Ууу какой ты зануда, какой концерт опять?
- Отчётный, - виновато отвечаю я.
-Да ну тебя...
-Олесь, ну хочешь...я попрошу у родителей и после концерта...
-Да пошёл ты...Всё настроение испортил.
В следующий раз, я уже соглашался на её авантюру, нас ловили, возвращали, конечно спрашивали с меня, ведь я парень. Не мог же я сказать, что повёлся на Олеськину провокацию.
Она привыкла руководить мной, привыкла, что я рядом.
Нет, я не был подкаблучником, маменьким сынком, а она развязной, разбитной девчонкой, совсем нет.
Мы дополняли друг друга, мы были одним целым.
Когда мы выросли, начались сложности в отношениях, она психовала, кричала я тоже. Мы ругались, даже дрались...Ну как дрались... Олеська нападала, а я отмахивался, а потом бурно мирились.
Расставались, вновь сходились.
-Всё, хватит, - кричал я ей, - я не могу, ты выжала меня, как лимон. Я ухожу.
-Уходи, - кричала Олеська, - ненавижу тебя.
Я уходил, один раз на год, но встретились в метро...не договариваясь вышли на одной станции и бросились в объятия друг к другу.
К двадцати пяти годам у меня расшатались нервы, я был опустошён, а ещё...ещё я узнал, что она мне изменяет.
- Милый, - мурлыкала Олеська, у меня бывают мужчины, но это так...ничего серьёзного, ты же знаешь, в моём сердце место только для одного человека, для тебя.
Я это знал и я таял.
Да, ведь я тоже не жил монахом.
Вот так и жили, тесно вместе, скучно врозь.
Пока однажды я не сказал себе стоп.
Она поняла что я не шучу.
-Давай ещё раз попробуем, Вань, - плакала Олеська.
Я молчал, мне было безразлично, я весь выдохся, сил что-то доказывать, спорить, жить, любить, не было.
-Это всё, да, Вань?
Я промолчал, а что говорить? Ведь и так всё понятно, без слов.
И я ушёл...
Как я жил без Олеськи?
Да нормально жил.
А нормально - это никак, давно мне дед сказал.
Вы пробовали есть без соли, без приправ?
Вот так и у меня проходила жизнь, никак.
Но я упорно не отвечал на звонки от Олеськи, игнорировал её слёзные смс с просьбой перезвонить.
А потом она исчезла, до меня доходили слухи, что вроде бы уехала из страны, а потом, что вышла замуж.
Я не тосковал, нет, принял как данность и жил дальше.
В тоже время я и встретил Оксану.
Ооо, это большая противоположность моей Олеськи, я по привычки называл Олеську своей.
Оксана привлекла меня своей кротостью, милой улыбкой, нежным голосом, серыми, чистыми глазами.
В эти глаза я и влюбился.
Умные, спокойные, вдумчивые.
Это потом я уже начал искать какие-то черты не устраивающие меня, вёл себя, как болван.
А она трепла и молчала.
Меня бесило в ней то что не имеет своего мнения, так я думал.
Какой же я был дурак...
Настоящую любовь я принял за слабость.
Но это потом, я поначалу всерьёз увлёкся Оксаной, я отдыхал и нежился в этих отношениях.
Когда Оксана забеременела, я сразу же решил жениться, не раздумывая.
Родители были рады, Оксана подействовала на меня словно волшебница. Моя фея, звал я её.
Она обволакивала меня своим теплом, я купался в любви.
Когда родилась Машка, не было счастливее меня человека на земле.
Машке исполнилось пять лет, мы с ней шли из кафе, где отмечали её маленький юбилей, шли к машине на парковку, Оксана с соей сестрой Ниной, задержались.
Она выскочила как чёрт из табакерки.
Олеська.
- Ванька, - она кинулась мне на шею, принялась целовать и тискать, я опешил.
-Паап, - услышал я голос дочери.
-Ой, это кто у тебя?
- Моя дочь, - я вдруг...я...захотел быстро уйти, - извини, нам надо идти.
-Ты что? Всё ещё дуешься на меня? Брось, Ванька, - она присела перед Машкой, - а кто это у нас такой красивый? А у меня вот нет деток, - с сожалением сказала Олеська, - я подружка твоего папы.
Маша стояла насупившись.
- Извини, нам правда надо идти.
Я до самого вечера не позволял себе думать об этой встречи, до того самого момента как голова моя коснулась подушки...
Я только спрошу как она живёт, засыпая думал я...
Продолжение будет завтра, 05.02.2024.
Доброе утро, мои хорошие, иногда так будет, с продолжением, поверьте мне, так надо.
А я обнимаю вас.
Шлю лучики своего добра и позитива.
Всегда ваша
Мавридика д.