Так, ну понятно, что в Чечне не покажут очень много киноработ: как выдающихся, так и банально пошлых. При этом, с одной стороны, сегодня любой может смотреть, что хочет, через интернет. С другой, даже самые ретроградные регионы могут когда-нибудь измениться. Поэтому под “никогда” я подразумеваю “при нынешней верхушке”. Ведь еще полвека назад по Грозному ходили женщины с непокрытой головой и в довольно коротких платьях.
Неуместна лента, которую мы сегодня вспомним, во многих “холодных обществах”: на арабском Востоке, например. Да и Россия, гниющая с головы, тоже стремится туда же. Хотя пока надежды на лучшее сохраняются. Просто Чечню выбрал как самый показательный случай, когда традиции ставятся выше будущего. Для интереса поискал, что в Грозном с кинотеатрами. Нашел один. И пока вся страна смотрит дорогие и яркие “Воздух” и “Мастера и Маргариту”, чеченцам показывают какой-то ужастик “Избави нас. Одержимые” и “Пчеловода” со Стэйтемом/Стэтхэмом. Как сказал один умный человек (в интернете приписывают Густаву Малеру, но не ручаюсь в верности атрибуции), традиция - это не поклонение пеплу, а передача пламени. У нас же чаще всего наоборот. А пепел какого цвета? Вот то-то!
Наверно, каждая женщина хотела бы такую долгую прелюдию, какую позволил себе я, прежде чем приступить к конкретике. Так вот, мы сегодня вспоминаем картину конца ХХ века “Плезантвиль”, в очень изысканной форме провозгласившую важность перемен. Во многом это типично американская история, так как содержит отсылки к собственной культуре, но в главном получилось универсальное высказывание.
Близнецы Дэвид и Дженнифер попадают по ту сторону телеэкрана. В старый черно-белый сериал “Плезантвиль”. Так называется городок, в котором происходит действие. В США сразу несколько населенных пунктов с этим “приятным” названием. И все жители в Плезантвиле ведут себя, как герои “мыльного шоу” 50-х. Там нет негров, все улыбчивы, везде царит благодушный патриархат. Отец приходит домой, снимает шляпу, а мать уже торопится подать на стол ужин из трех блюд. Интимная жизнь заключается в том, чтобы подержаться за руку. Упаси Боже, что-то еще!
Жить в таком мире безопасно, но очень скучно. И если “ботаник” Дэвид поначалу чувствует себя там комфортно, то Дженнифер быстро соблазняет непорочного баскетболиста. И все заверте...
Люди, впервые испытавшие неведомые им эмоции, начинают различать цвета и сами становятся полноцветными. Вся лента основана на этом приеме: в кадре цвет противостоит монохрому. Одни начинают наслаждаться неведомым вкусом настоящей жизни, а другие пытаются запретить все это. И тут легко увидеть параллели и с прошлым США и нацистской Германии, и с нашим настоящим. Отъявленные консерваторы решают действовать Zаодно. На заведениях появляются надписи “Цветным вход воспрещен”, слушать можно только несколько официально одобренных песен, не допускаются никакие цвета кроме черного, белого и серого. Активисты устраивают погром в кафе, на витрине которого художник изобразил обнаженную женщину. А потом начинают жечь книги. Тут, конечно, главная отсылка к гитлеровцам. Но и в Америке середины прошлого века часто предавали огню... комиксы. А уже в нашем столетии в России пропутинское движение “Идущие вместе” сжигало постмодернистскую литературу.
Люди, видящие только черное и белое, норовят указать остальным, как жить и что видеть. И во многих странах и на разных исторических этапах пеплопоклонникам удается навязать свою волю тем, кто ценит искры.
Хотите больше знать о кино? Тогда читайте: