Адам
В ванной комнате пахнет цветочным шампунем. Едва уловимые нотки дразнят обоняние, напоминают мне о хрупкой девушке, которую я чуть не уложил на лопатки час назад.
После встречи с Татой я всегда потрясен. Одной части не терпится схватить мобильный телефон и переброситься парой фраз со всеми, как раньше, а вторая упрямится изо всех сил — это невозможно!
От противоречивой массы чувств, поселившихся у меня под ребрами, меня тошнит, даже когда я кричу. Но кое-что могло бы мне помочь.
Это что-то очень вкусное, с огромными серыми глазами и такой растяжкой, что я чуть не приплыл.
Так что в постели с ней тоже будет очень жарко.…
Я нервно облизываю губы.
Мой взгляд скользит по ванной и останавливается на темно-синем ремешке, свисающем с края корзины для белья.
Это майка Маши
Я чувствую себя извращенцем, но не могу устоять перед искушением.
Я беру кусок ткани и пропускаю между пальцев толстую хлопчатобумажную ткань. Аромат Маши становится ярче, привлекательнее... даже запах ее пота восхитителен. Гораздо вкуснее, чем у Таты.
Это всегда болезненно тянет внутрь, но я делаю глубокий вдох, и перед моими глазами сразу же вспыхивают образы 18-летней и старше с Машей в главной роли.
Как я уложил ее на кровать. И на кухонном столе. И перед камином... во всех положениях, но больше сзади. Я вижу раздвинутые ноги и блестящие складки жира, набухшие от желания взять моего бойца. Я почти чувствую, как он сжимается и становится влажным внутри нее. Как малышка сжимается с каждым толчком, стонет и раскачивает бедрами, еще больше толкая свою попку.
Не в силах сдержаться, я прыгаю в душ и в течение нескольких постыдных минут решаю разрядиться.
- Твою м-м-мать ... - шиплю я, подставляя лицо хлещущим струям воды.
Тонкие ручейки катятся по моей коже, и мне кажется, что Маша исследует мое тело пальцами.
Короткая вспышка не приносит облегчения.
Мастурбировать всегда было для меня заменой, и теперь боец даже не собирается отваливаться.
Я хочу Машу. Я хочу его так, чтобы у меня перед глазами было темно.
И все моральные принципы уже как-то отошли на второй план.
Гриша прав. Мы должны пригласить малыша поиграть в страйкбол. И в моей постели. И Тата может отправиться в ад. Да и от Алии я отпишусь — не извольте беспокоиться. У меня, конечно, нет никаких обязательств перед ней.
- Считай это тренировкой — - Адам легонько хлопает меня по плечу, но я все еще в шоке.
-Я не очень хорошо умею стрелять,-отвечаю я, с сомнением глядя на оружие, лежащее передо мной.
— В том-то и дело... что, если я все испорчу? И ты проиграешь из-за меня…
Сегодня после завтрака Адам сделал мне необычное предложение присоединиться к его команде по страйкболу.
Часть меня просто кричала от радости, готовая искупаться в грязи, просто чтобы быть вместе. Но мой разум продолжал твердить, что я плохой игрок и что у меня больше шансов вызвать проблемы.
Но Адам неожиданно упорствовал в убеждении.
- Это дружеское соревнование. Придут парни и девушки.
Румянец обжег мне щеки. С девушками? о ... так кто я? Как я могу представиться?
-Привет, я Маша, которая доставляет Адаму много хлопот. Меня также преследовал сын одного из громил, и именно поэтому меня преследуют сейчас.
Отвал башки!
Они сразу захотят подружиться со мной и пожать мне лапу.
-Я не твоя девушка— - вздыхаю я, осторожно прикасаясь к оружию. Это прекрасно! Мне это очень нравится.
— Мы можем это исправить.…
О, боже мой!
Кажется, под моими ногами разверзлась пропасть, и я упала с огромной высоты. Сердце берет разгон, полностью выбивая дыхание.
--Хорошая шутка— - шепчу я и краснею еще больше, чем раньше.
Дурак! Ее голос дрожит, как у девочки-подростка.
Но Адам вдруг прижимается ближе, хватает меня за талию и…
Нас снова прерывает этот чертов телефон! Я ненавижу это!
- Черт возьми, я убью тебя! - Вторит мне Адам и в два шага оказывается возле остановки.
- Да?! - он лает в трубку.
- Ничего! Да, мы придем. На час раньше? Хороший…
Он нажимает кнопку завершения.
А потом он поворачивается ко мне, и у него очень многообещающий взгляд.
-Пойдем, малыш, - он хищно прищуривает глаза.
- Они будут нас ждать. Только нас вдвоем.
Мне нужно возразить, сказать, что это плохая идея, но Адам быстро бежит на второй этаж за сумкой, и я понимаю, что никуда не пойду.
Адам
Я застрелю этого ублюдка. Мне все равно, будет ли он в моей команде.
Гриша привлекает мое внимание и оборачивается. На его лице вечная улыбка, а глаза наглые, как у садовой кошки.
- Я помешал тебе? - этот придурок стреляет.
— Разве не в твою судьбу было звонить на мобильный?
Но парень просто поднимает руки:
- Мне очень жаль, но это только что произошло.
Я клянусь этим. Ты все испортил, скотина. В конце концов, так или иначе, он вышел на девушку. А почему бы и нет? Я свободен, она, кажется, не стесняется прикасаться.
А что касается первого неудачного опыта, ярость берет меня за горло, и перед глазами встает алая пелена. Этот майор сядет. Я не пожалею денег, но посажу его в тюрьму. Влюбленным в молодых девушек . Позволь ему прочувствовать это на собственном горьком опыте, ублюдок.
— Вот и все, пошли,-говорю я сквозь зубы.
- Девочки уже ждут.
- Ты имеешь в виду "дембель"? Гриша смеется, но, встретив мой взгляд, быстро покидает раздевалку.
Чертов клоун. Ему просто нужно посмеяться.
Я медленно выдыхаю.
Я знаю, что страйкбол-это не слишком романтично. Но тащить Машу в ресторан-тоже не лучшая идея. Особенно сейчас. За ней, вероятно, следят, и вид беззаботной девушки на свидании грозит стать большим минусом в суде.
И здесь мы можем забыть о тренировках по стрельбе в целях самообороны.
И отец майора еще раз убедится, что эта добыча не так проста. Наши ребята любили Машу. Даже босс стал мягким:
-Тебе следует присмотреться повнимательнее. Я беру свои слова обратно. Помнишь, ты поставил меня на один уровень с твоей бывшей Шаболдой? Я был неправ. Она разумная девушка, которая борется, борется.
Я улыбаюсь, вспоминая неуклюжие извинения командира, и напряжение постепенно спадает.
Настроив свое снаряжение, Гриша. Я ищу маленькую и нахожу ее в группе смеющихся парней с ломом на голове.
Черт возьми, черт возьми! Ты не можешь оставить ее ни на секунду!
Я иду к ним быстрым шагом. Лом сразу замечает меня, бросает на меня враждебный взгляд. Маша тоже оборачивается.
Она выглядит немного нелепо в своем снаряжении и с пистолетом под рукой, но очень мило. Мне хочется разразиться смехом, а затем вытряхнуть ребенка из костюма, потому что, черт возьми, это ей не подходит! То есть все соответствует фигуре, многое, и все равно невозможно представить, что она способна стрелять.
Ладно, она побежит в качестве моральной поддержки. Главное-держаться подальше от металлолома. Этот козел уже пускает слюни, и вид у него очень характерный.
-Адам, я думал, ты разговариваешь по телефону,-говорит он, стиснув зубы. - Со своей Татой…
Эта стерва!
— Если ты хочешь, чтобы она была в твоей коллекции шмар, возьми ее. Мы расстались давным-давно. Лом скручен. Он смотрит на Машу, но она делает вид, что происходящее ее не касается. И все же упоминание о прежней Маше причиняет боль.
Я чувствую, как ее настроение портится. И мое тоже. И все это из-за какого-то ублюдка, у которого по соседству не хватает женщин.
Лом сжимает челюсть, готовится выпустить очередную чушь, но коллекция объявлена.
Я хватаю малышку за локоть и прижимаю ее к себе.
- Держись рядом, хорошо?
Маша фыркает и нарочито делает полшага назад.
Та-а-ак ты решила показать свои когти. Они у тебя есть, я помню.
Один рывок — и малыш рычит от возмущения, пытаясь закинуть мою руку себе на плечо.
- Трогай свою Тату,— тихо шипит она.
Мои слова как горох о стену.
- Ты ревнуешь? Адам смеется.
И я молчу.
Потому что возразить нечего. А какой девушке не понравится красивый двухметровый мужчина, который к тому же спас ей жизнь?! Да, я люблю Адама. А там, где есть симпатия, есть и ревность.
-Я предпочитаю печь пироги дома, - фыркаю я, поправляя свое снаряжение.
- Теперь я буду стрелять в своих собственных людей!
Адам надевает шлем и снимает предохранитель с автомата. Он чертовски хорошо выглядит в военной форме, как настоящий коммандос, но гнев помогает сохранять самообладание.
-Целься в лом, - он опускает защитное стекло.
- Он настоящий придурок.
- По крайней мере, он свободен.
Черт возьми! Я прикусываю язык, но чувствую напряжение.
- Я тоже свободен. А прошлое есть прошлое. Вот и все, поехали.
И тянет меня к одному из убежищ.
Боже мой, это абсурд! И кто назвал меня Татой?
Но тут что-то хлопает меня по плечу. Я оборачиваюсь и вижу пятно ярко-красной краски на кирпичной стене.
- Черт возьми, черт возьми! - Прошипел Адам.
- Быстрее, быстрее, быстрее.…
Мы прячемся за бетонным столбом. Адам выглядывает из-за укрытия и снова прячется.
— Сегодня мы охраняем базу, - он кивнул на флаг, установленный сбоку.
- Наша главная задача-нанести ответный удар, хорошо?
Я поспешно киваю. Желание начать ссору тонет в нарастающем адреналине. Я слышу короткие команды нашей группы, треск выстрелов.
Хорошо, мы поговорим позже. Или нет. Я не хочу ничего слышать о Тате. Я просто не хочу и все, каким бы трусливо это ни казалось.
Стрельба становится все более интенсивной.
Адам коротко приказывает, что делать и где выполнять. Постепенно я увлекаюсь. Настолько, что, выстрелив в одного из противников, я не могу сдержать "да!", за что немедленно получаю шарик краски в плечо.
Мой напарник, командир, коротко смеется.
- Но тебе не следовало высовывать голову наружу. Еще один удар, и вы на свободе.
Да, я помню!
Я загружаю в автомат новые патроны. Это получается почти идеально. Адам одобрительно улыбнулся, и тот мягко опустился ниже его на колени.
Да, Маша... ты доставила себе много неприятностей. Впрочем, как и всегда.
продолжение следует...