Начитавшись постов своих коллег в социальных сетях о роли и предназначении нашей профессии, у меня возникло странное ощущение.
Я могу понять, когда посмотрев фильм "Линкольн для адвоката" третьекурсник юр.фака воображает себя хитровыдуманным литигатором, который задорно ставит на место своих оппонентов в суде. Он, правда, может верить в то, что вот оно как-то так и будет в адвокатуре.
В действительности, все тезисы: "про служение, желание защищать, высшую справедливость", - маркетинг. Стимулирование продаж. Уж простят меня сентиментальные коллеги, но я не верю им.
Про высокое предназначение я верю лишь тем, кто помогает Pro bono реально нуждающимся со всей отдачей. Такие есть, но они не пишут об этом. Они показывают кейс, как правило в СМИ, собирая заслуженные лавры. Это тоже оплата: репутацией, совестью, кармой - только не деньгами.
Наша профессия не романтична. Она жестока при условии, что ты отрабатываешь по полной. Желание помочь действительно должно быть, но оно модифицируется: рисками, опасностью пострадать от своего же доверителя, морально-этическими конструкциями, неврозами (своими и доверителя), тяжелым и тягучим конфликтом.
Ты варишься в супе из переживаний, проблем, нестандартных задач и кучи различных психотипов и поведенческих паттернов, которые диктуют тебе суд, надзорные органы, доверители, оппоненты, свидетели и т.д.
Всё это становится обыденностью, в которой ты должен быть собран, не ссать, а ещё успевать торговать лицом, улыбаясь и демонстрируя уверенность в себе.
Самые сильные адвокаты ... страдают. Есть ли смысл в высоком призвании, если в ближайшей перспективе тебе предстоит вычерпать лужу говна и всем вокруг показать, что там вообще-то всегда был персиковый сок, а это никакое не говно, а мякоть такая.
Разнылся. Адвокаты не ноют. Тебя некому слушать. Ноют тебе.
Мы ремесленники. По физической усталости адвокаты мягко говоря не стоят рядом с шахтерами. Но по общему уровню напряжения лучшие из нас постоянно ходят у черты: бросить все / уйти из профессии / пойти учиться на айтишника / открыть кофейню. Хотя, бывает и по 8 часов на ногах зимой на каком-нибудь промышленном объекте пишешь осмотр.
Наша работа, если поделить на проценты, выглядит так:
30 % - поиск информации: в документах, цифры, отчеты, аудит, оценка, свидетели и т.д.;
20 % - работа с законом, практикой, нормативкой;
30 % - подготовка документов;
10 % - суды / комиссии / собрания;
10 % - работа с доверителем: совещания, встречи;
20 % - учим маленьких: стажеры, практиканты, помощники. Они растут и помогают, а ты помогаешь им;
10 % - вечерние / ночные / выходные звонки и переписка;
30 % - продвижение и маркетинг. Куда без него;
Вышло больше 100 %. Потому что оно больше 100 %.
Как итог, на вопросы:
Романтична ли адвокатура? Стою ли я закутавшись в кашемировый шарф, и думаю над тактикой защиты по спору, разглядывая снежинки за окном? Выпадет ли из ящика моего стола дорогая сигара, когда я его открою? Преследует ли меня понимание, что моё предназначение защищать людей и закон?
Я отвечу:
Прагматична и прозаична. С пробками в 10 баллов ничего больше не остается делать в офисе, а шарфа у меня нет. Крайний раз выпали новопассит и ибупрофен. Меня преследует желание поесть пельменей.
Свою профессию я люблю и ненавижу одновременно.
Порой, правда получается помочь. Так, чтобы прям спасти чью-то судьбу. Стать тем типом, о котором пишут возвышенные коллеги: защищать / служить / спасать и вот это всё.
А потом ты растворяешься в вязкой трясине персикового сока с мякотью. Нет, это не говно, не подумайте.