Василий Иосифович
На улице творилось чёрте что, с утра слегка похолодало. Весна оделась в рваное пальто, опять черны от злобы дали. Василий Сталин готовил воздушный парад к 1 мая 1952 года, поэтому волновался по поводу погоды:
- Пойдёт ли дождь?
Над Красной площадью должны были пролететь новейшие фронтовые бомбардировщики Ил-28. Накануне из-за резкого ухудшения метеоусловий, главком ВВС Жигарев категорически запретил проход над Москвой. Однако Василий приказал поднять самолёты в воздух.
- Я тут решаю! - категорично сказал он.
Наблюдать парад приехал Иосиф Виссарионович Сталин вместе с членами Политбюро. Они посмотрели фигуры высшего пилотажа и инсценировки воздушных боёв.
- Игры современных гладиаторов… - вся страна сидела у радиоприёмников и слушала рассказ о параде.
Голос диктора звенел металлом, когда объявлял о самолёте, ведомом сыном вождя. Хотя он сидел на правом сидении бомбардировщика, а за штурвалом находился командир экипажа, который вёл самолёт:
- Наши доблестные сталинские соколы!
Из-за дождя авиация прошла нестройно, чуть ли не задевая шпили Исторического музея. При посадке на запасном аэродроме в условиях очень плохой видимости один самолёт разбился и один получил повреждения.
- Опозорили! - пьяный Василий, с трудом держась на ногах, явился на традиционный приём после парада.
Панический страх перед грозным отцом преследовал его всю жизнь. Генерал-лейтенант Сталин, весь увешанный орденами, за стол сел на краешек стула. Его буквально трясло. Иосиф Виссарионович спросил его о чём-то из области авиации, он никак не мог найти ответа.
- Это не я, меня подставили… - начал метаться сын.
Тогда отец спросил:
- Ты что?.. Пьян? Или ты с похмелья?
Василий совершенно не мог с собой совладать и вскрикнул:
- Одни подлецы вокруг!
- Это что такое? - хмуро спросил Иосиф Виссарионович. - Что с тобой?
- Я отдыхаю…
- И часто ты так отдыхаешь? - настаивал отец. - Отвечай!
Наступила зловещая тишина.
- Часто, - тихо сказал сидящий слева Жигарев.
Василий послал его замысловатым матом. Тишина стала страшной.
- Вон отсюда, - коротко велел Сталин.
Так окончилась военная карьера Василия. Отец подписал приказ о снятии его с командования авиацией Московского округа.
- Доигрался, подлец! - Иосиф Виссарионович отодвинул лист с текстом приказа, будто отгораживаясь от сына. - А ведь начинал карьеру хорошо!
После трудного окончания школы его отправили туда, где мечтали быть все советские юноши, в авиационное училище. По дороге в лётную школу, Вася сказал встретившему его начальству:
- В этом году в Севастополь должен приехать папа отдыхать, вероятно, заедет ко мне!
Перепуганное насмерть начальство начало стараться. Поместили его не в общежитие для курсантов, а в отдельный дом для приезжих, питание ему готовили отдельно. Василий ездил на машине, предоставленной командованием школы.
- Когда я узнал об этом, - сказал Сталин внимательно слушавшей Истоминой и приказал: - Внимание и заботу к хитрому паршивцу не проявлять в смысле создания каких-то особых условий...
Он закурил знаменитую трубку и рассказал, как отправил сына на лётные курсы в Люберцы. Там стоял «дворцовый гарнизон», лётный полк, участвовавший в знаменитых воздушных парадах.
- В полку собрались асы, - сообщил Сталин. - Цуканов, командир знаменитого полка, стал его инструктором.
Василий пил и безобразничал. Его слабый Вася смертельно боялся того, что с ним неминуемо должно случиться, когда не станет старого отца.
- И старается забыться, - вздохнул Иосиф Виссарионович, - поэтому заливает страх вином. Поэтому часто женился. С первой женой Галей Бурдонской он познакомился на знаменитом катке на Петровке.
Валентина знала, что там катались на коньках самые красивые девушки и перспективные юноши из высшего общества Москвы. Катающиеся обсуждали скандальные подвиги великого лётчика Чкалова, восхищаясь:
- Он пролетел под мостом в Ленинграде, чтобы поразить любимую...
Бурдовская жила у метро Тургеневская, и Василий на бреющем полёте пролетел над станцией. У неё был низкий голос и великолепная фигура. Им было по девятнадцать лет, когда они расписались. Когда Сталин узнал об этом, написал сыну:
- Женился, чёрт с тобой! Если хорошая девушка, мы её все будем любить. Мне только жаль, что она вышла за такого идиота, как ты...
После войны наступил взлёт Василия. В двадцать семь лет стал командующим ВВС Московского военного округа. Он развёлся с первой женой, ушёл из «Дома на набережной» в особняк на Гоголевском бульваре, забрал туда обоих детей.
- Мать ходит туда тайком, - от охраны узнал Сталин, - он запретил ей видеться с ними.
Няня, не выдержав её горя, тайно устраивала ей встречи с детьми.
- А у Василия очередное приключение, он женился на знаменитой пловчихе Капитолине Васильевой! - шептались москвичи.
Ради пловчихи сын вождя соорудил спортивный комплекс, украсивший Ленинградский проспект, и первый в стране крытый бассейн. Но Капитолина недолго пробыла его женой.
- Пьянствовал Василий почти ежедневно, - жаловалась она, - неделями не появлялся на работе и дома, ни одной женщины не пропускал...
За счёт средств ВВС создал охотничье хозяйство в районе Переславль-Залесского в пятьдесят гектаров, где были выстроены три дачи, соединённые узкоколейной дорогой.
- Были приобретены по его приказу и доставлены в хозяйство двадцать пятнистых оленей, белые куропатки... - еженедельно докладывали отцу.
У него в штабе был большой гараж. Дорожных правил для него не существовало. Требовал часто, чтобы шофёр выезжал на встречную полосу.
- Вася мечтает походить на отца, - понимала Истомина. - Как он хочет, чтобы его тоже боялись!
Вскоре Василий женился в третий раз. На дочери героя войны маршала Тимошенко Екатерине. Она была очень строга и даже жестока. Детей Василия она не любила. Их тайно подкармливала повариха. Отец надеялся:
- Тимошенки бережливые люди, может, они образумят сына...
Не образумили, скандалы продолжались. Капелькин выполнял роль его адъютанта. Ему сообщили, что скоро приедет грузовая машина с вещами:
- Подарки для высшего командования из завоеванной Германии.
Прибыл грузовик, адъютант отобрал для Василия письменные приборы, а остальное приказал отвезти на дачу к жене Екатерине.
- Там золотые украшения с бриллиантами и изумрудами, десятки ковров, много дамского белья, мужские костюмы в огромном количестве, пальто, меховые шубы, горжетки, каракуль... - взахлёб рассказал он супруге.
Дом у неё после войны и так ломился от золота, немецких ковров и хрусталя. Она попросила майора лишнее продать в комиссионках.
- Целый месяц я возил это туда, деньги сдавал Екатерине… - отчитался Капелькин перед женой.
Женщины и застолья занимали Василия, но главной заботой было спортивное общество ВВС. Он истово любил футбол и хоккей, сумел создать знаменитую хоккейную команду ВВС. Игроки команды получали квартиры, спецпайки.
- Все они погибли в одночасье, - плакался он адъютанту.
Команда летела в Челябинск на очередную игру. Из-за сильной метели аэропорт назначения не принял, пришлось приземлиться в Казани. Игроки позвонили в Москву, Сталин разрешил продолжать полёт. Одиннадцать хоккеистов погибли при аварии во время посадки самолёта в пургу.
- Вместе с игроками разбился спецсамолёт, на котором летали только члены Политбюро, - Иосифу Виссарионовичу доложили, он запретил печатать сообщение: - В моей стране катастроф не бывает!
Просто лучшие хоккеисты куда-то исчезли, и никто не смел ни о чём спросить. Но подлинной страстью Василия был футбол. При помощи благ он создал звёздную футбольную команду. По составу игроков с ней могло соперничать только «Динамо», команда МВД Берии.
- Но хотя Вася собрал блестящих футболистов, - понимал старший Сталин, - команда ВВС по-настоящему не заиграет, нет достойного тренера.
Василий вспомнил о знаменитом тренере «Спартака» Николае Старостине. Он отбывал тюремный срок на Дальнем Востоке. Однажды ночью его разбудили и привели в кабинет начальника лагеря. По телефону секретной правительственной связи он услышал:
- Николай, здравствуйте. Это Василий Сталин...
Вскоре на военном аэродроме приземлился личный самолёт командующего ВВС Московского округа. Старостина вывезли в Москву. Он оказался в особняке на Гоголевском бульваре. В огромной зале стоял стол, на нём графин с водкой. Вася выпил за встречу и уверенно сказал:
- Следующий раз выпьем за победу!
Старостин сидел в восьмиметровой комнате, которую оставили семье от их огромной квартиры, к нему жались плачущие от счастья жена и дочь.
- Теперь всё будет хорошо! - убеждал он родных.
Но начать тренировать команду Николай не успел. Лаврентий Павлович ответил своим ходом. К Старостину явились двое в форме и заявили:
- Гражданин Старостин, вы хорошо знаете, что приехали в столицу незаконно, и вы должны в двадцать четыре часа уехать обратно.
Василий, узнав об этом, пришёл в бешенство:
- Как они посмели?!
Он твёрдо пообещал Николаю:
- Будешь жить вместе со мной в моём доме, там уж никто не тронет.
Бывший заключённый Старостин и младший Сталин стали неразлучны. Вместе ездили в штаб, на тренировки, на дачу, даже спали в широченной кровати.
- Хрен я им тебя отдам… - Василий спал с револьвером под подушкой. - Только через мой труп!
Он запретил Старостину выходить из дома. Николай тосковал по семье и однажды, когда Сталин уснул пьяным сном, вылез в сад через окно и ушёл к себе. Утром его разбудили звонком в дверь, вошли два полковника.
- Мы же предупреждали! - усмехнулся старший.
Старостина выслали из Москвы. Но на первой же остановке в поезде появился Капелькин и заявил:
- Я догнал вас на самолёте. Хозяин приказал вас доставить в Москву.
Василий обожал, когда его называли, как отца. Когда Старостина привезли, он схватился за телефон, позвонил в МВД, вызвал одного из заместителей Берии и заявил:
- Два часа назад вы мне сказали, что не знаете, где Старостин... Но сейчас он сидит напротив меня. Это ваши люди его похитили. Запомните, в нашей семье обид не прощают.
Иосифу Виссарионовичу пришлось вмешаться в конфликт. По его приказу Старостина выслали. Всесильный Берия увидел в этом слабость и нанёс удар. По надуманному «делу врачей» арестовали Николая Сидоровича Власика, главу охраны Сталина. Когда за ним пришли чекисты, он сказал пророческие слова:
- Меня арестовали, значит, скоро не будет Сталина…
Николай
Карта в игре совершенно не шла, поэтому мысли офицера российской армии Николая Михайловича Пржевальского витали где-то далеко. Перед зимовкой он исследовал Южно-Уссурийский край, пройдя за три месяца более тысячи вёрст и вернулся к посту Турий Рог на западном берегу озера Ханка. В новом русском поселении собралась пёстрая компания, коротающая вечернее время за игрой в карты.
- Где же мне найти деньги на экспедицию в Среднюю Азию? - мучился он. - Вот где можно собрать богатый урожай новых данных об этих загадочных местах и прославиться. Иначе я всю жизнь буду ездить, куда пошлёт российское правительство.
- Надо сегодня обязательно выиграть! - сказал Филипп Козлов, сидевший рядом. - У тебя великолепная зрительная память.
За карточным столом собрались знакомые люди и ставки минимальные. Ему было скучно, офицер намеревался пойти спать.
- Завтра нужно писать отчёт об экспедиции, - сказал он помощнику. - А чем глупее начальство, тем меньше оно сомневается в своей мудрости.
- Поиграем ещё, - ответил Филипп. - Вдруг начнётся большая игра!
Николай пожал плечами и вслух вспомнил, как они в 1867 году по реке Уссури дошли до станицы Буссе.
- Оттуда мы поплыли на лодке на озеро Ханка... - откликнулся Козлов, - Там мы чуть не попали в лапы медведицы!
- Ты поднял весло, прикладывая его наподобие ружья и, целясь в медведицу! - упрекнул Пржевальский. - Она кормила на берегу медвежат, но защищая их, бросилась в воду и поплыла по направлению к нам. Плыла быстро, загребая сразу двумя лапами, фыркая на каждом гребке.
- Времени зарядить ружьё не осталось, - засмеялся собеседник. - Мы схватились за вёсла и начали грести, будто от каждого гребка зависела жизнь. Эта зверюга не оставила нам ни малейшего шанса…
- Но её материнское чувство превысило жажду мести! - уточнил он. - Медведица резко развернулась и спокойно «собачьим» стилем поплыла к берегу. Мы не переставали грести в резвом темпе, до тех пор, пока весёлая семейка не скрылась за поворотом реки.
- А, знаешь, почему она повернула? - засмеялся Филипп. - Мы так испугались, что испортили воздух, и ей дышать стало нечем.
Он указал глазами на зашедшего в накуренную комнату солидного мужчину в бобровой шубе.
- Людей портят не столько деньги, сколько их отсутствие… - офицер скорбно вздохнул, переключаясь на недостаток средств, и рассеянно наблюдая, как к ним присоединился новый игрок.
- По виду богатый купец… - уточнил Козлов.
- Как ставить карту? - спросил купец, явно не зная правил игры.
Это был богатый торговец пушниной, которых немало приезжало в недавно присоединённый к России богатый дичью край.
- Это очень просто, - вернулся Николай в реальность, - выдерни наудачу какую-нибудь, положи её на стол, а на неё наклади, сколько хочешь денег.
Он взял новую колоду карт в левую руку, крепко сжал, заклейка с треском лопнула. Потом жестом фокусника начал тасовать карты, «переливая» колоду из левой руки в правую.
- Я из другой колоды буду метать две кучки! - объяснял Пржевальский. - Когда карта, подобная твоей, выйдет на мою сторону, то я беру твои деньги, а когда выпадет на твою, то ты получишь от меня столько же, сколько ставил на свою карту. Сторона банкомета правая, сторона понтера левая.
Он взял новую колоду карт, заклеенную крест-накрест, и с особым шиком разорвал упаковку.
- Чтобы избежать плутовства, для каждой игры распечатывают новую колоду… - закончил он обучение. - Колода полагается банкомёту.
- Каковы ставки? - спросил купец. - Я намерен играть по-крупному!
- Если у тебя есть деньги, то ты мудр, красив собой, а также можешь
хорошо петь… - заметил Филипп. - Осталось только их найти.
С появлением нового игрока договорились делать большие ставки. Они играли за четырёхугольным столом, покрытым зелёным сукном, который называли ломберным. Возле каждого игрока лежали мел и щёточка.
- Фантастическая картина карточной игры… - Николай любил состояние лёгкого возбуждения в ожидании чего-то особенного.
Мелком на зелёном сукне стола, делались расчёты, записывали ставки, ненужное стиралось щёточкой. Возле каждого игрока находились стопки золотых монет и ассигнаций, на столе зажженные канделябры, за окном ночь.
- Начнёмс, пожалуй! - громко сказал Козлов и игра началась.
Все игроки оживились, почувствовав возможность сорвать большой куш. Использованную колоду, после прохождения пульки, кидали под стол.
- Потом лакеи соберут колоды и продадут их в свою пользу мещанам, - знал Филипп, - для игры в дурачки и прочих забав.
Когда под стол, вместе с использованными картами, падали деньги их не принято было подбирать, считалось дурным тоном.
- В приметы я не верю, - Пржевальский нагнулся, чтобы поднять небольшого достоинства ассигнацию, которую уронил под стол.
Его соперник, запалив от свечи крупную ассигнацию, посветил ему, ухмыляясь, якобы чтобы облегчить поиски.
- Значит, денег у него куры не клюют, - догадался Николай. - Показывает свою купеческую удаль, но не на того напал… Пора начинать играть по-крупному!
Игрокам в душе по жизни часто везёт. До утра он выиграл у купца большую сумму.
- Красиво ты его сделал! - восхитился Козлов.
- Эти деньги позволят и приступить к подготовке первого Среднеазиатского похода! - заверил помощника он. - А пока продолжим путешествие…
Наступившей весной 1868 года они снова отправились на озеро Ханка.
- Не стоит возвращаться в прошлое, там никого нет! - пошутил Пржевальский. - Зато можно вернуться в те места, где тебе было хорошо!
- Где-то здесь за нами гналась медведица! - вспомнил Филипп.
Вдвоём шли вдоль пологого берега небольшой речки, впадавшей в озеро. Вдруг Козлов остановился и тихо сказал:
- Не шумите, посмотрите туда!
Впереди виднелась небольшая песчаная коса, между ней и берегом расстояние метра два. В реке стоял медведь и ловил рыбу. Ударял лапой по воде, когтями цепляя рыбину, и выкидывал за спину.
- Ну, силища-то дурная, медвежья, - засмеялся командир. - Рыбина перелетает через косу, падает в воду, между косой и берегом, и уплывает.
Медведь так штук с десяток перебросил, повернулся, а рыбы нет. Разобидевшись на жизнь звериную, как начал он рычать благим матом и бить, что есть силы по воде лапами, от злости подпрыгивать.
- Ну, точно, как человек! - громко засмеялся напарник.
Медведь их не видел, кусты скрывали их. Разгневанный неудачной охотой зверь сделал гигантский скачок в их сторону и столкнулся с людьми.
- Это дано нам в виде наказания за давнее издевательство над медведицей… - побледнел Козлов.
Имея двух с половиной метровый рост и семьсот килограммов веса, медведь не бросился сразу в атаку, остановился.
- Тихо, тихо… - прошептал Николай. - В пору, когда реки забиты рыбой, а лес ягодами и грибами, они становятся немного ленивыми.
Вместе с картинками гибели в голове Филиппа промелькнули варианты спасения. Он встал на четвереньки и выкрикнул, подражая лаю собаки:
- Гав, гав… гав!
Действие напугало медведя, он пятился. Получив преимущество, Козлов его развил. Подпрыгнул, попробовал вильнуть задом, изображая нервное подергиванье хвоста, и оскалил зубы.
- Медведь шлёпнулся на зад! - изумился Пржевальский. - Хотя собаку, наверное, никогда не видел…
Филипп, залившись душераздирающим лаем, кинулся к нему. Когда оставалось полметра, медведь подскочил с места и, обильно удобряя почву дерьмом, бросился откуда пришёл. Прыжки его были огромны и достигали в длину четырёх метров, он бежал и оглядывался, словно боясь, погони.
- Нам всегда нужно в походах так действовать! - одобрил действия напарника Николай. - Смело, решительно и изобретательно.
Вскоре он принял участие в усмирении в Маньчжурии китайских разбойников, за что был назначен старшим адъютантом штаба войск Приамурской области. Результатами поездки стали сочинения:
- «Об инородческом населении в южной части Приамурской области» и «Путешествие в Уссурийский край».
- Вот и пригодились выигранные в карты деньги! - радовался он, обходя ночью отдыхающий походный лагерь. - Только вскоре они закончатся, но в карты я больше играть не буду…
