Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Проехав около полукилометра, внедорожник остановился перед кованными, распахнутыми воротами усадьбы. Мощёная дорожка по пологому склону ведёт к особняку. Прихватив кофр, Андрей вышел из автомобиля и вошёл на территорию. Вдоль дороги растут апельсиновые и манговые деревья, плоды нависают над дорожкой.
На крыльцо дома вышла негритянка, одетая в тёмное длинное платье с повязанным белым передником.
— Доброго утра, сеньора! — Андрей чуть кивнул. — Как можно увидеть дона Солорсано? Мое имя — Пол, я журналист из далёкой Ирландии.
— Зачем вы приехали, сеньор? — произнесла женщина.
— Обратиться к дону Солорсано мне рекомендовал дон Клаудио…
— Минутку, сеньор. — Женщина скрылась за дверью особняка.
Прошло несколько минут, дверь вновь открылась, и на крыльцо вышла негритянка.
— Сеньор, дон Солорсано примет вас. Следуйте за мной. — Женщина спустилась по ступеням, придерживая длинную юбку, и направилась к веранде правого крыла особняка.
Подойдя к веранде, она остановилась. Андрей разглядывал поднявшегося навстречу высокого мужчину лет шестидесяти. Белые короткие волосы, такая же аккуратная борода обрамляли волевое смуглое лицо. Цепкие карие глаза. Одет он был в светлые брюки и свободную рубаху, перетянутую широким шёлковым поясом.
— Доброго утра! — Андрей чуть склонил голову. — Меня зовут Пол, я журналист из Ирландии.
— Проходите, сеньор! — Мужчина показал рукой на плетёное кресло у стола.
— Благодарю вас!
— Кофе или лимонад? — Хозяин дома присел в кресло.
— Пожалуй, кофе, — произнёс Андрей, опускаясь в кресло напротив.
— Амалия, подай кофе…
— Да, сеньор. — Женщина присела в книксене.
— О чём вы хотели поговорить, сеньор Пол?
— Просто Пол… — улыбнулся Андрей. — В настоящий момент я изучаю вопрос предстоящей земельной реформы. В Министерстве сельскохозяйственного развития и аграрной реформы мне рассказали об основных положениях предстоящего закона. И, естественно, возник ряд вопросов, на которые я не смог получить ответы. Дон Клаудио посоветовал мне обратиться к вам, чтобы узнать, как новая власть уже действует в отношении крупных землевладельцев.
Вошедшая на веранду негритянка поставила на стол две кофейные пары из тончайшего фарфора и небольшой кофейник. Поклонившись, она скрылась в доме. Дон Солорсано разлил тёмный напиток по чашкам, улыбнулся и кивнул сидящему напротив.
— Угощайтесь… — Мужчина двумя пальцами взял чашечку за ручку и пригубил напиток.
— Благодарю! — Андрей тоже сделал маленький глоток и удовлетворённо качнул головой. — Замечательный кофе!
— Это дикая реформа. Или реформа дикарей — как хотите, — вздохнул дон Солорсано. — Представьте: приходят ко мне какие-то оборванные личности из местного Совета по аграрной реформе и заявляют, что мои земли подлежат конфискации только потому, что я сдаю их в аренду. Представляете! И ведь я не могу выгнать их взашей. Они же представляют власть. А мне ещё приходится разговаривать с ними и торговаться о размерах компенсации! Как же уважение к частной собственности, позвольте спросить? Да, я сдавал в аренду землю… Здесь у нас, на севере, всегда свободные земли сдают в аренду. Так поступал мой дед и мой отец. Таким образом, мы спасали этих лодырей-крестьян от голодной смерти. А что получали взамен? Часть урожая и пятьсот кордоб с мансаны в год. Несчастные пятьсот тысяч в год! (Это приблизительно пятьдесят тысяч долларов.) Но ведь мне нужно содержать дом, платить служанкам, садовнику. А сколько нынче стоит бензин! Пришлось даже продать одну машину. И дети у меня учатся в Соединённых Штатах, изволь каждый месяц высылать им на содержание… Ужасно, просто ужасно, — сокрушённо произнёс мужчина. — Сандинисты — дикари, узурпировали власть и делают всё, что им вздумается. Они уже отняли половину земель. И что мне делать? Предупредили, что если начну сдавать и их, а не обрабатывать, то отнимут всё… Как жить дальше, ума не приложу. Если так будет продолжаться, мне придётся залезать в долги. Или вызывать детей из Штатов, переводить их в Национальный университет. Рассчитать прислугу… А может, плюнуть на всё и уехать? Вы, как европейский человек, должны меня понять… Здесь, в Никарагуа, нет никакой демократии. Здесь человеку невозможно нормально жить…
— Дон Солорсано, так может, в таком случае, пойти на некоторые уступки?
— Что вы имеете в виду? — глаза мужчины сузились.
— Если вы будете обрабатывать все имеющиеся у вас земли, то сандинисты их не изымут.
— Пол, тогда мне придётся потратить довольно серьёзные деньги на закупку сельхозтехники, на найм агронома, крестьян, которым придётся платить установленную сандинистами норму, а не использовать дешёвый труд подёнщиков, — это дополнительные затраты.
— Дон Солорсано, вы изучали экономические труды западных или американских бизнесменов?
— Они не применимы в наших условиях, — раздражённо произнёс мужчина.
— Простите, но вынужден не согласиться… Вы, наверное, слышали, что сандинисты считают кооперативы передовой формой землепользования.
Законченные произведения (Журналист в процессе, но с опережением) вы можете читать на площадках Boosty (100 рублей в месяц) и Author Today. Желающие угостить автора кофе могут воспользоваться кнопкой «Поддержать», размещённой внизу каждой статьи справа.