В эти дни вместе с женой отдыхаем в санатории “Буг” в Белоруссии. Это недалеко от Бреста. Прекрасные лечебные возможности, радушные сотрудники и очень приятная компания отдыхающих - люди, без остатка отдавшие себя своим семьям, детям, непростому крестьянскому труду на полях и фермах. Люди поизносившиеся, но не потерявшие жизненного задора, юмора, уверенности в добром будущем. У процедурных кабинетов то и дело слышишь, как пациенты на приятном уху белорусском суржике юморят над своими болячками, смеются, подшучивают друг над другом. А то и песни заводят, когда коллективные процедуры располагают к хоровому пению...
Несомненно, добрые воспоминания оставит о себе санаторий “Буг”. Но рассказ мой все же не о нём... При входе в лечебный корпус на двери первого же кабинета я прочитал на табличке: “Магнитотурботрон”. От неожиданности даже остановился. Магнитотурботрон? Сегодня? В Белоруссии? Как он здесь оказался?..
У моего бесконечного изумления были свои причины. Дело в том, что в самом конце 80-х мне посчастливилось быть знакомым с изобретателем этого необыкновенного устройства Демьяном Андреевичем Синицким - человеком уникальным. Возвращаясь в памяти к тем временам, всегда сожалел о том, что народ наш не знает об этом бескорыстном человеке, на закате жизни осознанно бросившем вызов тяжелейшему недугу нашего времени - раку.
Демьян Андреевич был от Бога одаренным инженером. Насколько я знаю, высшего инженерного образования в молодости своей он не получил, но много лет проработал в спецслужбах именно на инженерных должностях. В какой-то момент увлекся изучением лечебного воздействия на человека различных физических факторов. Совместная работа с докторами привела тогда к созданию целой серии эффективных физиотерапевтических приборов, которые по сей день используются в медицине. Безымянно...
В начале 80-х Демьян Андреевич уволился со службы по возрасту и вместе с семьей переехал на жительство с Дальнего Востока на Кубань. И здесь вскоре ему пришлось пережить страшный удар - от быстротечной меланомы кожи скончалась его любимая восемнадцатилетняя дочь. Тяжелейшая потеря была воспринята им как личный вызов со стороны зла. И на этот вызов он ответил готовностью остаток дней своих положить на борьбу с раком. Это была его собственная схватка с недугом.
Демьян Андреевич рассказывал мне, что для начала он решил изучить всю имевшуюся на тот момент - и отечественную, и зарубежную - литературу, вскрывающую причины возникновения онкологических заболеваний. И на основе изученного, используя собственные глубокие знания в области физики, сформулировал свое понимание природы онкологии. Он видел её в разбалансированности неких процессов, происходящих в живом организме на молекулярном уровне. Разобравшись в причинах, Демьян Андреевич задался вопросом: как привести отклонения в норму, и, таким образом, устранить саму основу возникновения болезни? Опыт естествоиспытателя подсказал, что таким способом может стать воздействие на живой организм переменных магнитных полей - магнитных вихрей. Именно так: не просто магнитного поля, и не только на область патологии, а именно магнитных вихрей и обязательно на весь организм. Только такое воздействие, по глубочайшему убеждению Демьяна Андреевича Синицкого, могло стать целительным.
Теперь предстояло изобрести устройство, воспроизводящее магнитные вихри. Оно было разработано, а затем и запатентовано в очень короткое время. И вскоре, буквально, из подручных материалов и на свои средства Демьян Андреевич собрал первый опытный экземпляр магнитотурботрона. Аппарат был небольшого размера, поскольку эксперименты по изучению нового терапевтического метода предстояло проводить на животных.
К этому времени у Демьяна Андреевича появились соратники и добровольные помощники. Своей идеей он сумел увлечь тогдашних руководителей Кубанского государственного мединститута (спасибо им!), и при институте появилась скромная лаборатория с ученым медиком во главе, которая и занялась изучением необычного метода лечения злокачественных опухолей. Эксперименты проводили на собаках, среди которых распространен рак молочной железы. Работа с этим заболеванием была удобна еще и тем, что не требовала серьезных инвазивных вмешательств - лаборатория не располагала такими возможностями. Лечебный процесс можно было наблюдать визуально, без использования особых инструментов.
Первые полноценно проведенные опыты показали ошеломляющий результат. После курса лечения магнитными вихрями, практически, все животные полностью избавлялись от заболевания, и, главное, к ним возвращалась репродуктивная функция: они могли производить потомство. Но самое удивительное было даже не в этом. После воздействия магнитотурботрона организм животного обретал способность самостоятельно отторгать новообразование. Опухоль молочной железы отделялась от окружающих тканей и, буквально, повисала на животе собаки, удерживаемая только кожей. Достаточно было рассечь истонченную ткань кожи и опухоль вываливалась наружу.
Этот же поразительный эффект позже наблюдался и в экспериментах с больными людьми - Министерство здравоохранения СССР после тщательного изучения результатов опытов над животными дало добро на проведение пробного лечения больных с третьей и четвертой стадией онкологии. Один из этих первых пациентов рассказывал мне, что после курса лечения огромная опухоль, которая образовалась у него в области шеи, как бы прорвала кожу и самостоятельно выпала наружу. Судя по всему, в этом необычном эффекте крылась самая главная особенность нового лечебного метода - придавать организму человека такую силу, которая позволяла ему самостоятельно отторгать инородные злокачественные образования. Но это были лишь предположения, которые еще предстояло доказать в ходе будущих научных исследований.
Пробный лечебный курс завершился полным излечением большей части экспериментальной группы, состоявшей из двенадцати обреченных. Об этом уникальном явлении рассказало тогда Центральное телевидение в передаче “Судьба одного изобретения”, к подготовке которой имел отношение и я. Итоги первого клинического эксперимента позволили продолжить исследовательскую работу на базе краснодарского онкологического диспансера.
Параллельно с медицинскими экспериментами Демьян Андреевич работал над усовершенствованием своего устройства. Аппарат второго поколения, рассчитанный на лечение человека, работал на науку уже не только в Краснодаре, но и в двух профильных московских институтах - институте рентгенологии и радиологии и институте имени Герцена.
А на подходе был магнитотурботрон третьего поколения, более совершенный и рассчитанный уже не на кустарную сборку собственными руками, а на промышленное серийное производство. В этот период - это был конец 90-х - Демьян Андреевич пару раз приезжал в Москву. Мы встречались, и каждый раз я поражался неудержимой целеустремленностью этого человека, его готовностью преодолеть любые трудности и препятствия, чтобы исполнить дело своей жизни. Именно так - как дело всей жизни - я воспринимал многотрудные хлопоты Демьяна Андреевича по продвижению своего метода лечения. Не ради денег или славы! Ради помощи людям в их противостоянии с тяжелой болезнью.
Наезжая в Москву, Демьян Андреевич останавливался в известной гостинице “Пекин”. За дружеской беседой в кафе он радостно поведал мне о том, что принято решение наладить серийный выпуск аппаратов “Магнитотурботрон” на одном из краснодарских военных заводов, что полным ходом идет разработка технологического процесса производства, что аппарат будет наиболее совершенным с технической точки зрения, и наиболее эффективным - с медицинской...
Это была наша последняя встреча. Под Новый год, я, как обычно, позвонил на домашний телефон Демьяна Андреевича с поздравлениями. Трубку подняла его жена. После долгой паузы она с трудом проговорила, что Демьяна Андреевича нет в живых...
В это невозможно было поверить. Да, Демьян Андреевич уже давно перешагнул отметку “семьдесят”, но в нем было столько энергии, было такое неудержимое стремление к цели, что, казалось, ничто не может прервать его самый ответственный забег в жизни.
Жена Демьяна Андреевича рассказала, что стало причиной трагедии. На заводе завершилась работа над технической документацией изделия, и оставались считанные дни до запуска его в производство, а, значит, и до исполнения обета, данного Синицким после гибели дочери: остаток жизни потратить на борьбу с раком. И в этот момент случилось абсолютно непредвиденное: главный инженер завода, который активно участвовал в подготовке производства магнитотурботрона, выкрал уже готовую документацию и сбежал с нею за рубеж. Демьян Андреевич этого не перенес. Случился инсульт...
Без автора и неутомимого “движителя” всего дела задуманному Демьяном Андреевичем не суждено было сбыться. Не были доведены до логического завершения медицинские научные исследования, в глухом тупике оказался и вопрос о производстве аппарата...
И вот более чем через двадцать лет после драмы, разыгравшейся в Краснодаре, в белорусском санатории я стою перед дверью кабинета, на которой висит табличка “Магнитотурботрон”. Думаю, теперь читателю понятно мое изумление...
Интернет подсказал, что аппарат производится сейчас в России (предполагаю, что не без участия сына Демьяна Андреевича), используется как физиотерапевтическое средство при самых разных неврологических, эндокринных, сердечно-сосудистых и прочих заболеваниях.
И за это слава Богу! Но думаю, что со временем истинные возможности магнитотурботрона Синицкого пытливыми российскими естествоиспытателями будут вскрыты до конца, и дело жизни бескорыстного энтузиаста триумфально завершится.
